Дурман любви
Шрифт:
– Отвратительно, – с чувством промолвила мадам Роза, однако глаза у нее смеялись. – Ладно, я сейчас принесу оружие.
Вернувшись, она выложила на стол револьвер и метнула проницательный взгляд на Джека.
– Раз мисс Каммингс не в ладах с этим, вам лучше показать ей… иначе она не справится.
– Господи, какой он допотопный! – воскликнула Клари, разглядывая револьвер. – Неужели кремневый?
– А разве другие бывают? – осведомилась мадам Роза.
– Разумеется, это не самая новая модель, – кивнул Джек в знак согласия, – но если
– Я не знаю, как из него стрелять, – сказала Клари, кусая губы от напряжения и обиды.
– Я тебе покажу. Возьми его вот так.
Джек вложил ей в ладонь револьвер. Рукоятка из орехового дерева была блестящей от долгого употребления. Ствол был из железа, а спусковой механизм – из изрядно почерневшей латуни.
– Он еще не заряжен, – продолжал Джек, – так что бояться нечего. Держи его так, словно целишься в кого-то. Нет, нет, подальше от лица. Порох может ослепить тебя.
– Спасибо на добром слове! Револьвер оказался таким тяжелым, что пришлось держать его обеими руками. Чувствуя себя актрисой, играющей роль в историческом фильме, она положила палец на курок и выставила вперед ствол.
– Уже гораздо лучше, – одобрительно сказал Джек, поправляя прицел. – Сначала нужно поднять молоточки, а затем нажать на курок.
Взяв у нее револьвер, он продемонстрировал, как это делается.
– Думаю, мне следовало бы потренироваться, прежде чем пускать его в ход, – сказала Клари.
– Вздор, – оборвала ее мадам Роза и, взяв в свою очередь револьвер, встала наизготовку. – Видите, это совсем просто.
– Значит, вам приходилось им пользоваться? – спросила Клари.
– Изредка, чтобы привести в чувство буянов, – ответила мадам Роза. – Возможно, и вам придется. А может быть, вы без всяких приключений доберетесь до Эфон-Фарм.
Давайте я заряжу его, протянув руку.
– Я тоже умею, – возразила мадам Роза, но револьвер отдала.
Затем она направилась к бару и достала из-под стойки рожок с порохом. Клари внимательно смотрела, как Джек, насыпав в ствол черный порошок, просунул в дуло тряпичный пыж и пулю, которую задвинул глубже с помощью железного шомпола.
– Готово. Если ты окажешься в ситуации, когда вынуждена будешь применить револьвер, подними молоточки, хорошенько прицелься и нажми на курок.
– Не забывайте об отдаче! – предупредила мадам Роза.
– Будем надеяться, что эта дьявольская штуковина мне не понадобится, – ответила Клари. – А кстати, как близко должна быть мишень, чтобы не промазать? Господи, что я говорю!
– Примерно двадцать футов, – хладнокровно отозвался Джек. – Лучше даже меньше. Ты не привыкла к огнестрельному оружию, поэтому так будет надежнее.
– Скажешь тоже! – пробурчала Клари.
– Да я ведь уже сказал, – удивился Джек, а затем усмехнулся. – Понятно, это у вас присказка такая.
Клари кивнула. Зажав револьвер в одной руке, он взял ее за подбородок другой. На какое-то мгновение ей показалось, что он собирается поцеловать ее, но
– Я почти убежден, что на обратном пути ничего серьезного не произойдет, но рисковать не хочу, поскольку речь идет о твоей жизни. И о жизни Люка. Клари, тебе придется править.
– Это гораздо легче, чем иметь дело с револьвером, – сказала она. – За последние несколько недель я уже не раз правила повозкой на ферме.
– Знаю. Ты мне очень нужна, Клари.
И он вновь провел пальцами по ее губам.
– Удачной поездки! – прошептала она.
– Когда я вернусь, мы с тобой должны будем кое-что серьезно обсудить.
Он сказал это так тихо, что мадам Роза не услышала.
– И ты наконец расскажешь мне о своем прошлом? – спросила она.
– Я собираюсь предпринять кое-какие действия для того, чтобы это стало возможным.
– Черт возьми, что все это означает? Она заговорила слишком громко, и Джек взял ее за руку. Мадам Роза нахмурилась, услышав ее несдержанное восклицание. Клари хотела извиниться, но тут в комнату вошел Дэнси, ведя под руку Люка. У мальчика была разбита губа, а под глазом красовался синяк. Он успел умыться и переодеться в одну из рубашек своего дяди. Нос у него все еще кровоточил, и он зажимал ноздри платком.
– Да, порадуется мать, когда увидит тебя, – протянула Клари.
– Она будет ворчать, – согласился Люк, – но это неважно. Люси сказала, что я молодец.
– Люси? Я думала, ты дрался из-за Эмми.
– Да вы его не спрашивайте, мисс Клари, – бросил Дэнси, пожав плечами. – У меня голова гудит от того, что эти парни наговорили на кухне. Они уже подружились. А насчет Сары вы правы. Она захочет с него шкуру спустить, когда узнает, что он вытворял в городе… правда, он так вымахал, что его уже и не отшлепаешь.
– Насколько я знаю Сару, – сказала Клари, – она ограничится кратким назиданием, а наказывать мальчика не станет.
– Люк, – возгласила мадам Роза, – я настоятельно советую тебе убраться из Богемия-вилидж, иначе твоей шкурой займусь я, чтобы избавить Сару от лишних хлопот. И не возвращайся в мой дом до тех пор, пока не научишься вести себя более достойно.
– Да, мэм, – ответил Люк, понурившись.
– Пошли, – сказала Клари, беря его за руку. – Идем отсюда или нас выставят на первой скорости.
– Мисс Клари, о чем это вы? – озадаченно спросил Люк.
– Не обращай внимания. Найди повозку и ложись в нее. Править буду я.
Джек подогнал повозку к дому мадам Розы. Протянув руку, он помог Клари подняться и посадил рядом с собой. Бедра их соприкоснулись, и Клари нервно сжала его пальцы. Несмотря на всю обиду, причиненную его нежеланием рассказать всю правду о себе, ее влекло к нему так же сильно, как прежде. Это походило на наваждение.
– Мне жаль, что я не могу отвезти тебя домой, – сказал он. – Но времени у меня уже нет. Корабль, на котором я плыву, зайдет в шлюз через два часа, а к вечеру я должен быть на месте.