Духи школы

Хокинс Рейчел

Мама посмотрела на меня, и что-то похожее на улыбку мелькнуло на ее лице.

– Значит, на самом деле ты пошла бы в библиотеку, а не обратилась бы к «Гуглу»?

Теперь улыбнулась я.

– Мам, это же всего лишь «Гугл». И – да, ты всегда говорила, что для исследований лучше всего пользоваться книгами. Даже Интернет не все знает.

– Я в курсе, что говорила это, просто удивлена, что ты слушала.

– Иногда я это делаю, – сказала я, и мама похлопала меня по колену. Затем, прочистив горло, встала и пошла к двери.

– Что

ж, это начало, – все еще хрипло проговорила она. – Вероятно, ничего особого не даст, но лучше, чем ничего. А теперь пойдем. Я не хочу, чтобы ты проводила здесь слишком много времени.

Подавив разочарование, я тоже встала. Я всегда гордилась своей мамой. Да, она никогда не пекла печенье и не шила костюмов для Хэллоуина, но она могла сражаться с монстрами. Она была крутой и умной, и может, не читала мне сказки перед сном, зато научила, как защищаться от того, что таится под кроватью.

Но в тот момент мне не нужна была умная, крутая мать, которая производит необыкновенное впечатление. Мне хотелось посидеть рядом с ней на диване и рассказать о том, как паршиво прошел мой день. И возможно, о Дексе, опустив подробности о вероятной магической силе.

Мне хотелось сказать ей, что я тоже скучаю по Финли.

Вместо этого я вышла вслед за ней в коридор и произнесла:

– Тогда я… наверно, пойду делать уроки.

– Хорошо, – коротко кивнула мама. – А я пойду… э… прибираться на кухне. Увидимся в шесть за ужином?

– Конечно, – ответила я и, развернувшись, побежала вверх по лестнице.

Когда я преодолела половину пути, мама позвала:

– Иззи?

– Да?

– Я… у тебя хорошо получается, – с запинкой проговорила она. – Выбитое плечо сюда не относится.

Конечно, мама не сказала вслух: «О, Иззи, я так тобой горжусь, и я ошиблась, поручив тебе такое неудачное задание».

Но я его выполню.

Глава 10

Я в недоумении села прямо. Я двигалась, над головой щебетали птицы, а в воздухе стоял такой густой аромат цветов, что слегка кружилась голова. Темно-зеленая вода искрилась на солнце. Когда я подняла руку, чтобы заслониться от этого блеска, снова обнаружила на пальцах тонну колец, которых никогда у меня не было.

Я со стоном откинулась на шелковые подушки.

– Почему мы в лодке?

С противоположного конца маленькой гребной лодки мне улыбался Торин, налегая длинными руками на весла.

– Подумал, что перемена декораций пойдет на пользу.

– Знаешь, что пойдет на пользу? Если ты перестанешь вторгаться в мои сны с этими… – Я взмахнула рукой. – Не знаю, как назвать.

– Это прогулка, Изольда. И весьма приятная к тому же.

Ужасно противно, но возразить нечего. Солнце ласково грело лицо, и было нечто бесспорно приятное в том, чтобы плыть по реке, поросшей по берегам цветочными кустами и плакучими ивами.

– Где мы? – спросила я. –

В каком-то известном тебе месте?

Торин бросил весла и откинулся на сиденье, закрыв глаза и подставив лицо солнцу.

– Ты знаешь ответ.

– Освобожу тебя и узнаю, – пробормотала я.

Он кивнул, отвечая:

– Совершенно верно.

– Поскольку этого не произойдет, есть еще какая-то причина, по которой ты решил, что мы должны спуститься вниз по реке на лодке?

– Ты скрежетала зубами во сне. Это раздражало и беспокоило, поэтому я подумал, что прогулка пойдет тебе на пользу.

– Во-первых, не смей наблюдать за мной, когда я сплю, а во-вторых…

– О, тише, – без особого пыла прервал меня Торин. – Неужели ты не можешь просто полежать на подушках, наслаждаясь этим дивным летним днем?

– Сейчас февраль, и я уже лежу, – напомнила я колдуну.

– Во внешнем мире, – уточнил он. – Но здесь может быть все, что нам угодно.

Опасное направление мыслей. Торин – мастер в подобных делах: предложить мечтания, желания и идеальные дни. Но все это было нереальным и небесплатным.

И тем не менее здорово почувствовать тепло и подремать на солнышке, не переживая из-за Финли, мамы, привидений и – я передернулась – школы.

Опираясь о борт лодки, я опустила пальцы в прохладную воду. Мне понадобилось несколько секунд для осознания, что я не вижу своего отражения. Выпрямившись, я посмотрела, прищурившись, на Торина.

– Понимаю, что зеркал у тебя не бывает, но даже вода не дает отражения?

– Мои правила, – легко откликнулся он.

Какое-то движение на дальнем берегу привлекло мое внимание, и, подняв голову, я увидела женщину, шедшую вдоль берега. На ней было тяжелое платье из пурпурной парчи, иссиня-черные волосы поблескивали на солнце.

– Кто это?

С недоуменным возгласом Торин повернул голову и рассердился, увидев даму.

– Что она здесь делает?

Едва заметное движение ладонью, и женщина пропала, но Торин все не мог успокоиться.

– Странно. Я не приглашал сюда Ровену. – Он прищурился на меня. – А ты?

– Так как я даже не знаю, кто такая Ровена, то нет, не приглашала.

Колдун посмотрел на то место, где она находилась.

– Ровена была членом… – Он осекся, убирая упавшие на глаза волосы. – Не важно.

Я сидела и ждала, когда он что-нибудь добавит, но колдун просто закрыт глаза, подняв к солнцу лицо. Я мало знала о его жизни до зеркала и иногда думала, что, может, это и к лучшему. Странно было думать о Торине как о нормальном человеке – более того, нормальном парне, – бродившем по миру.

Мы долго молчали, и я, видимо, задремала. Возможно ли это вообще – спать во сне? С Торином, который знал? И все равно я вздрогнула, когда он вдруг сказал:

– Тебе следует просто быть собой.