Духи школы
Шрифт:
Декс наклонил голову, разглядывая меня поверх солнцезащитных очков.
– И-и-и?
– И, может, я перестаралась и… вывихнула ему плечо.
– Вот это да! Правда? – переспросил Деке, и всего на секунду актерство – или что это было – слетело с него, и он показался мне обычным подростком.
Обычным подростком, который носит галстук, но все равно.
– Это был несчастный случай, – поспешно пояснила я, но Декс покачал головой.
– Что за девочка и что за дурак?
– Роми Хейден и Бен… не знаю, как его. Не помню.
– Ты вырубила Бена Маккрэри? – вытаращил глаза парень.
– Это
Декс расхохотался.
– О Боже, я за всю неделю не слыхал ничего более грандиозного. Ты моя новая героиня.
Прищурившись, он наклонился ко мне и сказал:
– Серьезно, я, может, действительно уже в тебя влюблен. Я не поставлю тебя в неловкое положение, если начну за тобой ухаживать?
Голова у меня шла кругом, я попятилась. И вспомнила свою кузину Софи с ее бойфрендом Арчером. Как они постоянно перешучивались между собой. Мне бы выдать какую-нибудь остроту, но вместо этого я ответила:
– Поставишь.
Я ждала, что его улыбка дрогнет и из глаз уйдет веселье. Но наоборот, он показался мне даже более довольным.
– Что ж, тогда нам придется подождать, пока мы не узнаем друг друга получше.
Постойте, неужели это означает, что он на самом деле хочет за мной ухаживать?
– И ты не только напала на Бена Маккрэри…
– Я на него не нападала, – пробормотала я, но Декс пропустил мои слова мимо ушей.
– Ты еще и сделала это, защищая Роми Хейден, самую бесполезную ученицу школы. Я не шучу. Сегодня ты моя фаворитка.
Откуда-то издалека донеслось электронное завывание звонка, и Декс нахмурился.
– Жаль, время общения подошло к концу. У тебя дальше пара алгебры?
Я покачала головой, вспоминая расписание, которое сунула в задний карман.
– Европейская история.
– А, ты в десятом классе. Я в девятом, поэтому расходимся, как в море корабли, – со вздохом проговорил Деке. – В таком случае увидимся завтра утром в автобусе.
Я моргнула.
– Ты ездишь в автобусе?
– Ты не заметила меня сегодня утром? Я оскорблен.
Я была слишком занята переживаниями о том, как сориентируюсь в школе Мэри Эванс, чтобы кого-то заметить, даже парня шести футов ростом и в брюках в тонюсенькую полоску.
– Утром я еще не до конца проснулась, – наконец нашлась я.
Покачиваясь на носках, Декс снова улыбнулся:
– Ясно. Я займу тебе завтра место. До встречи, Изабелла.
– Изольда, – поправила я, и он улыбнулся еще шире.
– Даже лучше.
Он протянул мне руку. Наши ладони соприкоснулись, и меня пробило. Деке, похоже, этого не почувствовал, так как дважды крепко тряхнул мою ладонь, прежде чем выпустить.
– Постарайся никого больше сегодня не побить! – крикнул он, пятясь от меня по дорожке.
Я все еще вибрировала, поэтому пришлось приложить все усилия, чтобы выдавить в ответ слабую улыбку. Как только он повернулся и пошел, как все нормальные люди, я посмотрела на свою руку.
Кожу все еще покалывало, словно сквозь меня шел электрический ток. Он был слабым, и мне, разумеется, приходилось ощущать и посильнее, но ошибки быть не могло. Магия.
Декс был экстраординарием.
Глава 9
Остаток
Я была не вполне готова для новой пикировки с Дексом, поэтому решила пойти домой пешком, а не ехать на автобусе. Расстояние составляло несколько миль, поэтому, когда я пришла домой, икры у меня болели, но прогулка дала время подумать. К какой разновидности экстраординарнее относился Деке? Разумнее всего было предположить, что он колдун… Гематита я у него не заметила, а без этого камня вампиры поджариваются на солнце… и своеобразного запаха, присущего оборотням, не почувствовала. Крылья очень бросаются в глаза, поэтому, если он не прячет их под бушлатом, вряд ли он фей. Но я видела очень много ведьм и колдунов и всегда могла ощутить их силу, как только приближалась к ним на расстояние нескольких футов. Мне никогда не требовалось касаться их, чтобы почувствовать магию.
Отпирая дверь, я прикидывала, кого можно об этом спросить. Я знала, что следует сказать маме, но раньше у меня никогда не возникало трудностей с идентификацией экстраординария, и быть обязанной этим кому-нибудь я не была готова. И потом, подразумевается, это мое задание. Шанс проявить себя.
Интересно, что сказала бы Финли, будь она здесь? Вероятно, что-то вроде: «Ткни серебром и посмотри, убьет его это или нет».
Поэтому у меня остался только один выход.
В доме было тихо и темно, когда я вошла в прихожую, и мамина машина на подъездной дорожке отсутствовала. Тем не менее я поймала себя на том, что ступаю тихо, идя в третью спальню. Я не была там с тех пор, как мы сюда переехали, и, когда открыла дверь, словно получила удар под дых.
Здесь находились вещи Финли. А именно: ее подушка и фотография, которую она сунула за раму зеркала в нашей спальне. На снимке мне было лет шесть, Фин – восемь или девять. Мы стояли на тренировочном дворе, две маленькие рыжеволосые девочки, обнимающие друг друга за плечи. Прелестная картинка (если не обращать внимания, что я держу миниатюрный арбалет, а Фин сжимает в руке меч), и я пожалела, что не помню дня, когда была сделана эта фотография.
В комнате находился и ее пояс, тот, что я нашла тогда ночью повисшим вокруг одного из столбиков кровати. Мне захотелось подойти, подержать его в руках. Вместо этого я прошла мимо кровати к зеркалу на стене. Оно, как обычно, было задернуто тяжелой холстиной. Когда я отодвинула ткань, Торин сидел там, привалившись бедром к кровати позади меня.
Он со скукой разглядывал свои ногти, но когда сообразил, что я здесь, его лицо прояснилось.
– Здравствуй, Изольда. Хорошо прошел день в школе?
– Не очень, – ответила я. – Но мне нужно кое о чем тебя спросить.
Торин сложил руки.
– Честно говоря, у меня сегодня нет настроения пророчествовать.
– Мне не будущее нужно узнать. Мне надо узнать… не знаю, настоящее, наверно. Сегодня я познакомилась с парнем, и он… ну, он какой-то такой…
– В смысле красивый и нравится тебе или в смысле один из моего рода?