Дуэлянты
Шрифт:
Архип стоял перед управляющим, переминаясь с ноги на ногу.
– Мне бы сударь…
– Чего еще?! – не выдержал Варфоломей.
– Так это… Рубль обещанный…
– Вот держи. Да не напивайся сильно.
– Благодарствуйте…
Архип вышел из конторы. Варфоломей же пребывал в замешательстве: что же делать? Как сорвать планы госпожи Забродиной?
Неожиданно ему пришло на ум очень простое решение. Он взял чистый лист бумаги и начал писать письмо…
Сергей Васильевич
– Вот выпейте, барин, капли, как обычно.
Она наполнила водой стакан и отсчитала ровно сорок капель, в комнате распространился запах лекарства.
– Ох, лежу здесь, как в лазарете… – пожаловался барин. – А где Антонина Петровна?
– На Северине прогуливается… – уклончиво ответила горничная.
– Вот, вот… Я – в постели хвораю, а она скачет все…
Лизавета отсчитала ровно сорок капель, подождала, когда они растворяться воде и поднесла лекарство ко рту больного.
– Пейте, Сергей Васильевич.
Он беспрекословно подчинился.
– Надоело мне лежать, скоро ходить разучусь. Хоть газету мне принеси…
– Не велено…
Барин округлил глаза.
– Это кем не велено?
– Доктором. Нельзя вам волноваться.
– Тогда книгу мне принеси из библиотеки, – взмолился больной.
– Книгу, это можно. Но только веселого содержания.
– Принеси мне «Илиаду» Гомера.
Лизавета подозрительно посмотрела на барина.
– А она веселая?
– Веселей некуда… Неси уж…
Лизавета отправилась за Гомером. Не успела она выйти из комнаты, как навстречу ей поспешил дворецкий.
– Письмо барину, передай.
Лизавета взяла письмо, опустила в карман передника и продолжила свой путь. Книг в библиотеке было немного, Сергей Василевич не был филоматом [1] и потому особенно ими не увлекался, отдавая предпочтение охоте и выпивке, нежели чтению.
Лизавета умела читать и без труда нашла Гомера в темно-коричневом кожаном переплете.
1
Любитель наук.
Вернувшись обратно в барские покои, горничная сразу же сообщила новость:
– Вот, барин, вам письмо… И вот Гомер.
– Письмо? – Сергей Васильевич удивился. – Небось опять долги требуют… Не хочу читать, брось его…
– Как угодно.
Барин задумался.
– Хотя, ладно давай… Распечатай только.
Лизавета распечатала конверт и протянула Сергею Васильевичу.
– Теперь, поди прочь… – раздраженно приказал он и развернул послание.
В нем говорилось:
«Милостивый государь, Сергей Васильевич!
Покуда вы хвораете, ваша супруга, Антонина Петровна Забродина,
Доброжелатель»
Пробежав глазам по письму, в первый момент, Сергей Васильевич даже не понял: о чем вообще речь! Ясно было лишь одно: письмо не содержит требования срочно вернуть долг – и то хорошо.
– Ничего не понимаю. Причем здесь жена и господин Матвеев?
Сергей Васильевич еще раз прочел письмо, уже более вдумчиво. Наконец, он постиг смысл написанного.
– Боже мой! Коварная обманщица! Как она могла! Да еще с этим петербуржским щеголем?!
Сергей Васильевич разволновался и ощутил сильную боль в груди. Он схватил колокольчик и пытался позвонить, но руки не слушались – перед глазами поплыло, в груди что-то оборвалось, все застелила темная пелена…
Антонина следом за Матвеевым вошла в кабинет. Станислав подошел к картине с пейзажем, аккуратно сдвинул ее рукой в сторону – Антонина увидела небольшой сейф, вмонтированный в стену.
– Новомодное средство от воров. В Петербурге применяется все чаще… Немецкие сейфы, знаете ли – весьма надежны.
Станислав набрал необходимую комбинацию цифр, покрутил ручку сейфа и тот открылся.
– Вот, – он извлек из сейфа пачку банкнот. – Ровно три тысячи рублей ассигнациями.
Антонина замерла в нерешительности, ей было неловко. Она пыталась найти слова благодарности, но чувства переполняли ее.
– Благодарю вас, – буквально задыхаясь от волнения, сказала она. – Я обязана вам…
Станислав положил пачку банкнот на письменный стол.
– Умоляю, вы ничем мне не обязаны – я даю вам в долг, а не покупаю… Простите…
Антонина округлила глаза.
– Вы хотели сказать: а не покупаю вашу дружбу? Или что-то другое?
Станислав, более не в состоянии бороться с собой признался:
– Я имел в виду – вашу любовь. Простите меня за дерзость…
Антонина встрепенулась.
– Но позвольте… вы… зачем?
– Я понимаю, мое признание – для вас полная неожиданность. Я знаю, что вы несчастливы в браке… Я не тороплю вас с ответом… Но, если вы дадите мне надежду, то я поселюсь здесь и не вернусь в Петербург.
Антонина растерялась.
– Вы так прямолинейны…
Станислав подошел к женщине почти вплотную.
– Да… Как я могу лгать вам?
Женщина ощутила его дыхание, голова у нее закружилась.
– Станислав Александрович, помилуйте… я не в силах противостоять вам… – сказала она из последних сил, голова закружилась, перед глазами все поплыло.