Древо Жизни
Шрифт:
Таинство вкусовых чувств представляет гораздо более сложную проблему. Проще его, как и евхаристию, можно объяснить следующим образом. Некая субстанция освящается в процессе соответствующей церемонии и называется именем определенного духовного принципа, имеющего с этим веществом связь или сходство. К примеру, пшеничная лепешка имеет близкое отношение к Церере или Персефоне; вино — к Вакху или Дионису. Некоторые субстанции имеют гораздо большее отношение к разумам Меркурия или Юпитера, чем какие-либо другие. Изучение магического алфавита позволит читателю узнать, что именно и в каком ритуале используется. Заимев таким образом имя, субстанция «заряжается» заклинанием, в результате чего в ней начинает присутствовать божественное, и тогда в процессе использования предполагается, что вследствие
Воплощение есть еще одна форма единения теурга с Богом, а единение, по определению древних специалистов в магии, — наиважнейший аспект магии. Если этот особенный вид единения продолжается в течение некоторое времени, то происходит соединение с божественной сущностью, поскольку средства передачи становятся более тонкими и более чувствительными к присутствию Бога.
Что касается зрения, то об этом чувстве следует поговорить особо, поскольку в магических ритуалах используется большое количество самых разнообразных символов. Вполне естественно, что некоторые из этих символов присутствуют во всех церемониях, другие же используются только во вполне определенных. К примеру, копье — это оружие, используемое на войне, следовательно, особая роль ему отводится в ритуалах, связанных с вызыванием Гора и Марса. В ритуалах, связанных с вызыванием, к примеру, Афродиты или Исиды, присутствие копья будет по меньшей мере неуместно, поскольку оно полностью контрастирует с природой этих богинь, и, как следствие, весь ритуал потерпит неудачу. Самым подходящим атрибутом в ритуале, где теург хочет возбудить свои высшие чувства, будет роза, символ любви, своего рода призыв Природы уподобиться дочерям бога, устремиться к красоте.
В то же время роза совершенно неприемлема в ритуале вызова царицы Истины, богини Маат.
Главнейшим символом, присутствующим во время проведения любых ритуалов является магический круг (см. рисунок). Даже из определения фигуры можно понять, что она символизирует замкнутое пространство, ограниченность; круг отделяет то, что внутри, от того, что находится снаружи. Использованием круга маг словно утверждает, что его добровольно возложенный на себя труд заключен внутри данной замкнутости, что он ограничивает себя достижением определенного результата и что он уже не бродит в тумане как сбившийся с дороги путник, постоянно меняющий свой маршрут, не тешит себя лишними иллюзиями, а имеет ясную цель и вдохновенно следует ей.
Круг, в дополнение к сущности являясь символом бесконечности, также олицетворяет астральный план мага, который в некотором смысле есть его индивидуальное сознание, его вселенная, вне которой ничего не может существовать. В данном случае наиболее уместным средством объяснения может опять же послужить субъективная идеалистическая теория.
Круг, в который замкнут маг, представляет собой его, мага, особый космос; и намеренное покорение его есть часть процесса достижения полного самосознания. Поскольку космос суть творение трансцендентального «я», то, по мере того как маг расширяет пределы своей вселенной, знакомится с ее структурой и разнообразием, он постепенно приближается к самопознанию. Круг можно считать воплощением Эйн Софа, а центральную точку круга, чья обязанность состоит в расширении и включении в себя всей окружности, бесконечным, чем точка в конечном счете и становится.
По окружности написаны божественные имена. Многие из них будут меняться в зависимости от природы проводимого ритуала, и именно на могущество и влияние, присущее именам, маг полагается как на защиту от злобных демонов, которые пребывают вне магического круга, от враждебных мыслей своего собственного «я». Наличие в круге имен хранителей ставит вопрос относительно процесса защиты внутреннего астрального круга, вселенной сознания, и наиболее приемлемого метода защиты астральной сферы внешнего круга.
Написания божественных имен по окружности на полу храма магу будет совершенно недостаточно; это всего лишь часть процесса, только внешний, видимый знак внутренней духовной благодати.
«следует настойчиво проводить день за днем, и тонкая духовная субстанция из высших сфер, вселенная в данную астральную сферу, наполняет ее жизнерадостным сияющим светом. Вот эта-то сверкающая аура и составляет истинный магический круг, в то время как круг, нарисованный на полу, есть всего лишь его внешнее отражение, его земной символ.
Нелишнем будет еще раз сделать несколько замечаний относительно магического круга и тем самым объяснить, какое именно положение занимает магия, и одновременно возразить Уильяму К. Джаджу, — вместе с мадам Блаватской основавшему в 1875 году Теософское общество, — который в своей книге «Примечания к Бхагавадгите»
попытался бросить позорную тень на магию. Уильям К. Джадж, как, впрочем, и многие другие, пишет, что все магические сеансы нацелены на вызов исключительно одних элементалей. Это утверждение ошибочно, и далее я подробно поясню, почему. Прежде всего, мне кажется невероятным, чтобы Джадж собственной трактовкой магии пытался уберечь своих менее сильных братьев от опасного заигрывания с вещами, находящимися вне их понимания. Джадж заявляет, что исключительно боязнь демонов и иных астральных существ заставляет использовать магический круг как средство защиты от них, и далее он вполне справедливо говорит, что страх есть порождение невежества, каковое качество подлежит осуждению, с чем я совершенно согласен. Теоретически данное утверждение верно и применимо к данному случаю.
Действительно, невежество порождает страх, оно же есть корень неудач и основание для многих бед. В то же время мне хотелось бы привести пример из повседневной жизни — осуждаем ли мы или клеймим позором использование хирургической профилактики или дезинфекции по той причине, что в основе этого лежит укоренившийся страх перед болезнями? Может быть, с наших улиц убрать тротуары и переходы, самое яркое напоминание о нашем паническом страхе перед автомобилями? По существу, весь этот аргумент — полный абсурд. Но в любом случае Джадж демонстрирует совершеннейшее непонимание природы, цели и функции круга.
Понимая, откуда исходит опасность, любой человек постарается предпринять все возможное и зависящее от него, чтобы преградить ей путь, и говорить здесь о невежестве или страхе попросту неуместно; именно по этой причине жизнь на земле и по сей день продолжается.
Если, к примеру, я вовлечен в ритуал, цель которого — вызвать моего святого ангела-хранителя, должен ли я оставаться спокойным и умиротворенным, чтобы действовать ровно и правильно, или мой разум и душа должны быть наполнены сонмом омерзительных существ, самыми низкими обитателями астрального плана, которых, вне всякого сомнения, привлечет магнетическое воздействие, исходящее из моего круга? Присутствие их сведет на нет все мои попытки, как бы правильно я ни проводил ритуал, он обречен закончиться полным провалом. И не только, результатом может стать появление навязчивой идеи, одержимости, то есть совершенно не то, на что церемония была нацелена.
Функция круга — просто установить пространственные границы, в пределах которых всякая духовная работа может проводиться в полной безопасности, без опасения проникновения демонических, чуждых сил. В любом случае вставать на путь мага со страхом в сердце — значит заранее кликать на себя беду.
А бед и в повседневной жизни вполне достаточно, так что не следует строить из себя героя понапрасну и «напрашиваться» на дополнительные неприятности (см. рисунки выше и ниже).
Природу магической работы в круге указывает обычно нарисованная в нем другая геометрическая фигура, например квадрат, восьмиугольник, крест-тау или треугольник. Пятиконечная фигура означает действие воинского характера, она символизирует власть Воли над элементами. Восьмиугольник означает церемониальную работу, связанную с природой Меркурия, поскольку восьмерка — число Ход, сефиры, с которой Меркурий ассоциируется.