Древо Жизни
Шрифт:
Все легенды и мифы древности, в которых живут и действуют боги или которые так или иначе связаны с богами, дадут ему внятное и неоценимое представление о природе богов. Правда, для этого придется проявить терпение. Но бессмысленными станут попытки изучать их без основ знаний и понимания каббалы Теургу надлежит попытаться как можно яснее понять, почему масками богов служат изображения животных, почему у некоторых богов несколько масок, как выявить наиболее подходящие и, если нужно, связать их воедино.
Должен добавить в заключение, что громадную пользу приносит серьезное и кропотливое изучение картин с изображениями богов. Читателям заинтересованным я бы решительно посоветовал посетить любой известный крупный музей и основательно познакомиться с древними и современными картинами и статуями
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
Сидя в кресле, ты можешь совершить путешествие
гораздо более далекое, чем совершил Колумб,
в миры более благословенные, чем те, которые
увидел великий мореплаватель. Неужели ты не устал
от вида поверхностей? Иди со мной — и мы окунемся
в фонтаны юности. Я укажу тебе путь в Эльдорадо.
А.Э. «Свеча видения», 28
ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МАГИЧЕСКИЕ СООТВЕТСТВИЯ ИНСТРУМЕНТЫ И ПРИЕМЫ
Теперь читателю стали понятны цель и функция магии. Во-первых это духовная наука, и во-вторых - это техническая система тренировки и воспитания, имеющая не материальные, земные а божественные цели. Если некоторые случайные и невнимательные наблюдатели думают, что теург занимает себя исключительно вещами объективными, то следует сказать им, что только через них и ноумены, которые они символизируют, теург может достичь того, к чему стремится. Инструменты в руках мага - далеко не все что он использует, правда, невидимые аспекты его работы без соответствующих объяснений трудно понять. Все, и физическое, и ментальное, необходимо для его работы, и не для того, чтобы обмануть себя или своих почитателей, маг создает вокруг себя такой на первый взгляд странный антураж, окружает себя в высшей степени впечатляющим реквизитом - жезлами, чашами, сосудами с различными благовониями, странной символикой, колокольчиками, а сам время от времени произносит какие-то варварские по звучанию заклинания.
Именно в отношении сигил и символов Ямвлих говорил, что «они (теурги), имитируя природу вселенной и созидательную энергию богов, демонстрируют определенные образы и символы мистических, оккультных и невидимых разумов, точно так же, как и природа... выражает невидимыми формами невидимые разумы... Поэтому египтяне, понимая, что все высшие силы природы радуются, когда низшие существа становятся подобными им и изъявляют желание наполнить их добром, последние, тщательной имитацией первых, очень уместно показывают особый вид теологии заключенный в мистической доктрине, скрытой за символами».
Однако эти действия не способны дать и удовлетворительные ответы на простой вопрос о том, для чего магу вся эта бутафория, зачем он одевается в мантию, носит колокольчик и круг, то есть, с точки зрения человека «среднего», выглядит по меньшей мере непонятно, а по большей — отталкивающе, поскольку очень смахивает на рядового шарлатана.
Разумеется, такое мнение в корне неправильно. Думать так столь же ошибочно и несправедливо, как и подозревать в шаманстве ученого-биолога только потому, что в его кабинете находится несколько микроскопов и все разного размера, с разным набором стекол, а стол завален какими-то бумагами с непонятными математическими и физическими формулами и значками. Все это есть лишь средство, при помощи которого биолог приходит к пониманию природы и свойств грибков, бактерий и микроорганизмов, изучением которых он занимается.
Таким же средством в руках мага служат и его инструменты — тоже непонятные некоторым людям, — при помощи которых маг обретает способность понимать себя и вступать в контакт с невидимыми, но вполне реальными составляющими природы. Мы уже определили магию как науку, целями которой являются тренировка и укрепление воли и воображения. Едва ли можно найти что-либо более значительное в магии, чем мысль и воля, и, согласно магической философии, с помощью инструментов и сигил, которыми теург окружает себя во время проведения обрядов и церемоний, возрастают его творческие способности. Очень точно об этом говорит Элифас Леви; он
Следует добавить, что успех зависит еще и от присутствия и добросовестности использования каждого соответствующего сигила. Священным, одухотворяющим и не менее значимым в отношении всех одеяний и ршструментов, знаков и символов является то, что они олицетворяют собой либо присущие человеку оккультные силы, либо сущность или принцип, обретаемые в виде разумной движущей силы во вселенной. Изначально они использовались для того, чтобы вызвать автоматический поток гармоничной мысли либо непреодолимую силу воображения, которая возвышает все существо мага в направлении, определяемом характером магического обряда и индивидуальной природой .
Короче говоря, магический ритуал есть мнемонический процесс, устроенный и проведенный таким образом, чтобы в результате сознательного подъема воли и воображения произошло очищение личности и достижение духовного состояния сознания, когда собственное эго входит в единение или с собственным высшим «я», или с Богом. Эту цель ставит перед собой любой магический ритуал, и на достижение ее в процессе всей церемонии непрерывно направляются каждое действие, каждое слово и каждая мысль. Даже сигилы для каждого обряда используются разные, чтобы указать на уникальность его задачи, а для обращения к одному из типов духов универсального существа применим только определенный набор символов. «Нет ничего, — отмечает Ямвлих, — что бы в самой малой степени не было бы применимо к богам и что бы не могло немедленно вызвать богов и чем боги бы не воссоединялись». Для вторжения в Святой Город сознательно мобилизуются все качества и все средства, вся душа оператора должна войти в действие. Каждое из нескольких курений, всякая мельчайшая деталь изгнания, вызова и вхождения обязаны служить напоминанием о той единственной цели, которой стремится достичь маг, стать средством концентрации его сил и возвышения. Когда каждый символ, один за другим, оказал свое воздействие на сознание мага, когда все эмоции, возникая одна за другой, всколыхнули воображение мага, только тогда и наступает высшая минута. Каждый нерв в теле мага, каждый канал прохождения силы разума и души охватывает напряжение, свойственное порыву блаженства невероятной мощи, экстатическому всплеску воли, всему существу, устремленному в заранее заданном направлении.
Каждое ощущение с помощью каббалистических приемов ассоциации идей становиться начальной точкой набора связанных мыслей, заканчивающихся высшей идеей, заклинанием. И когда во время церемонии теург стоит с восьмиугольником, имена, окружающие круг, восемь свечей, радостно горящих без преобладающего в их пламени оранжевого света, маленькой колонной поднимающийся из кадила и уходящий вверх дымок благовонного стиракса — все это ассоциируется в мозгу мага с Меркурием и Гермесом.
Обычно мистицизм считает чувства барьером к свету души, и присутствие или проявление их не допускается вследствие оказания ими на разум и чувства соблазнительного влияния и возмущения. Однако в магии чувства, находящиеся под полным контролем, считаются золотыми вратами, через которые может войти Царь Славы. В процессе произнесения заклинаний должны участвовать каждое чувство и каждое качество.
«Понимание обязано быть выражено знаками и сведено воедино при помощи символов и пентаклей. Волю необходимо определять словами, а слова — действиями. Магическую идею нужно переводить на свет для глаз, гармонию для ушей, ароматы для обоняния, вкус для рта и формы для прикосновения». Эта цитата, взятая из размышлений Элифаса Леви, блестяще отражает, как все существо человека должно участвовать в теургическом ритуале. Поскольку, как мы уже знаем, египетские теурги говорили, что в них нет ни единой частицы, которая не принадлежала бы богам, следовательно, использовать чувства и силы разума в правильно построенном ритуале есть идеальный метод вызывания богов. Каждая отдельная часть человека, всякое чувство и все его силы обязаны привлекаться к выполнению ритуала, поскольку все они играют в нем свою роль.