Драйв
Шрифт:
— Вот вы где! — крикнула моя мать. И мы все четверо вздрогнули.
— Репетиция начинается прямо сейчас, — сказала она, размахивая руками в своем нелепом платье. Она выглядела слегка взволнованной, заметив пустые стопки на барной стойке.
— Медвежонок? — произнес мой отец, появившийся за ее спиной. — Кто тут у нас?
Жар ударил мне в лицо, и я запаниковала, в то время как Рид сделал шаг вперед, представиться.
— Рид Краун, сэр. Приятно познакомиться.
Папа поморщился и уставился на протянутую руку Рида
Я вскочила со стула:
— Пап, всё в порядке.
— Это Рид, — мама с сияющей, ничего не подозревающей улыбкой кивнула в его сторону. — Он мне нравится, дорогой. Он одолжит Пейдж лимузин на завтра. — Она заключила Нила в свои объятия, пока Рид попытался включить свое обаяние, но безуспешно.
— Думаю, тебе стоит уйти, — рявкнул отец, его взгляд, холодный как лед, был направлен прямо на Рида. — Сейчас же.
Рид замер, а я в это время отталкивала отца на несколько шагов назад.
— Пап, не надо. Умоляю тебя. Не надо.
— Что он здесь делает? — он перевел на меня свои серо-стальные глаза — такие же как у меня — с таким выражением, будто я причинила ему физическую боль.
— Это я его пригласила, папочка, — пробормотала Пейдж так невнятно, что я поморщилась.
Ну, сейчас это дерьмо станет по-настоящему серьезным.
Я замешкалась, пытаясь разрядить обстановку и стараясь выпроводить отца за дверь.
— Сэр, я понимаю… — Рид попытался вставить слово.
— Тебе нужно уйти, — повторил отец, не сводя с него свой гневный взгляд. Я обернулась к Риду, прижимая ладонь к вздымающейся груди отца. — Не бери в голову. Ладно?
— Папочка, не будь грубым. Это вообще-то моя свадьба! — Пейдж была безнадежна, пытаясь выровнять свою зеленую тиару, перекосившуюся набок, с тюлем в цветах мексиканского флага.
Нам не хватало только парада чихуахуа и пиньяты, чтобы праздник стал по-настоящему народным.
— Пейдж, — прошипел отец, — ты пьяна?
— Нет, папочка, — она слегка опустила голову. Мама переводила взгляд с одного, на другого. Но когда ее подозрения достигли пика, она разразилась бурной тирадой.
— Ты серьезно со мной, Пейдж? — мама так и не смогла в совершенстве овладеть английским.
— Абсолютно серьезно с тобой, — Пейдж нарочно дразнила спящего медведя палкой.
Мама взорвалась окончательно. Она уперла руки в бока — верный признак того, что ситуация стала по-настоящему серьезной.
— С меня хватит твоего дерьма, юная леди. Ты будешь вести себя как полагается невесте. Люди ждут. А ну марш отсюда, Альтос Пейдж Орнита Эмерсон.
Пейдж каждый раз вздрагивала от каждого отточенного слога ее полного имени.
— У меня не хватит терпения объяснять нашему проповеднику, который крестил тебя, что у тебя нет ни капли уважения к Иисусу.
Пейдж расхохоталась, а я пригнулась за
— Я уважаю Иисуса, — заявила Пейдж, чмокнув маму в щеку. А потом подошла к Риду.
— Не обращай внимания на папу. Я хочу, чтобы ты остался. Пожалуйста.
И как будто отрепетировав ранее, словно готовилась к этому моменту всю жизнь, Пейдж повернулась к жениху и протянула ему руку.
— Пошли, детка, давай сделаем это. — Нил покачал головой, усмехнувшись, и взял ее за руку, оглянувшись на Рида.
— Останься, чувак. Всё нормально, — заверил он, пока Рид молча смотрел на него.
Отец, который, казалось, седеет с каждым днем, стоял в своем идеально сидящем костюме и переводил взгляд с Рида на меня, пока мама уже шла следом за женихом.
— Пойдем, Стелла, — сказал он тоном, в котором едва скрывался гнев. — Не хочу, чтобы ты расстраивалась.
Рид в недоумении посмотрел на меня.
— Всё в порядке, — сказала я. — Просто подожди здесь или где сам захочешь.
Он кивнул, наблюдая, как отец взял меня за руку и вывел из комнаты.
— Ты — подружка невесты. Пора репетировать, — строго сказал он.
Я оглянулась через плечо и увидела решимость в глазах Рида. Он не собирался оставлять всё как есть. У него были вопросы, и он не уйдет без ответов. А я сделаю всё возможное, чтобы он никогда их не получил.
После репетиции и бесконечных поздравлений с поцелуями, я поправляла макияж в уборной, когда позади меня щелкнул замок.
Прилив нервной энергии прокатился по всему телу, когда взгляд Рида встретился с моим в зеркале. Он прислонился к двери, рассматривая меня. Я всё никак не могла привыкнуть к переменам в нем. Глаза, больше не скрытые прядями волос, казались еще более пронзительными, пока он наблюдал, как я крашу губы.
— Пожалуйста, — выдохнула я, выводя линию верхней губы. — Я сейчас реально сорвусь на этого бармена. Он разливает алкоголь моим пятнадцатилетним кузенам. Я поймала их, когда они пытались угнать гольф-кар. Вот с каким дерьмом я тут разбираюсь. И ты видел Пейдж, — напомнила я ему, нанося блеск на нижнюю губу.
— Ты наказываешь меня.
— Что?
— За то, что уехал. За то, что отпустил тебя. За тот концерт. Ты наказываешь меня за всё это.
— Я люблю своего парня, Рид, — сказала я, застегивая сумочку.
Его глаза вспыхнули.
— Возможно, это правда. Но ты любишь и меня.
— Не начинай, — резко бросила я, разворачиваясь к нему. — Просто не надо.
— Почему?
— Потому что уже слишком поздно, — сердце отчаянно забилось в тревоге. — Я не хочу ссориться с тобой, Рид.