Драконы Погибшего Солнца
Шрифт:
Внезапно его охватила сильнейшая слабость. Холод сковал его тело. Но он продолжал читать, не веря своим глазам. Быстро пробежав текст до конца, он опустил пергамент и принялся думать, что же ему предпринять. Его первой мыслью было сжечь страшное послание, чтобы оно никогда не достигло своего адресата. Но этот шаг был бы бессмысленным — слишком много людей видело, как он принимал его от Гроула. Конечно, можно было бы сжечь этот свиток и подменить его другим, но с этой идеей тоже сразу пришлось расстаться. У него не было с собой ни пергамента, ни пера, ни чернил. К тому же, скорее всего, Медан знал почерк писца, служившего
Нет, решил Герард по зрелом размышлении, но с болью в сердце, это послание он должен будет доставить маршалу. Предпринять что-либо другое сейчас означало бы подвергнуть себя бессмысленной опасности, а он, возможно, был единственным, кто мог воспрепятствовать планам драконицы.
Медан будет недоумевать, что с ним такое произошло, ибо он уже сильно нарушил обычное расписание своих занятий. Герард торопливо скатал пергамент, засунул его в футляр, тщательно и надежно его запечатал. Затем отправил футляр за пояс, не желая даже касаться его лишний раз, и почти бегом направился к маршалу.
Герард нашел Медана в саду, где тот совершал свою обычную вечернюю прогулку после поздней трапезы. Заслышав шаги на дорожке, маршал оглянулся:
— А, Герард. Вы сегодня довольно поздно. Я уже начал тревожиться, не случилось ли с вами какой неприятности. — Тут он глянул на руку рыцаря. — С вами что-то произошло? Вы ранены?
Герард посмотрел на свой рукав и увидел, что он промок от крови. Размышляя о донесении, он и забыл о схватке с драконидом.
— В штабе произошла небольшая стычка. — Он знал, что маршалу все равно станет известно о случившемся. — Вот ежедневные донесения. — Он положил бумаги на стол под легким ажурным трельяжем, по планкам которого вились виноградные лозы, терпеливо и любовно выращиваемые маршалом. — А это депеша, доставленная драконидом от Берилл.
Медан с гримасой взял ее в руки, но, не спеша открывать, снова обратился к рыцарю:
— Что за небольшая стычка в штабе, Герард?
— Драконид настаивал на том, чтобы доставить депешу лично вам. Ваши рыцари не сочли это необходимым. И заставили его дожидаться вашего ответа в штабе.
— Полагаю, это вы заставили его, — улыбнулся маршал. — Вы действовали совершенно правильно. Я не переношу Гроула. Кто знает, что творится в мозгах этой ящерицы? Ему нельзя доверять.
С этими словами он сосредоточил внимание на депеше. Герард отсалютовал и приготовился оставить его одного.
— Нет, нет. Можете подождать здесь. Мне придется просить вас отнести ответ... — Он замолчал, продолжая читать.
Герард, в сознании которого пылала каждая строчка и каждая буква этого письма, внимательно следил за выражением лица маршала. Губы Медана дрогнули, он сжал челюсти. Если бы Герард увидел на его лице радость, он, наверное, не удержался бы и убил его на месте, не думая о последствиях.
Но радости на лице Медана не было. Скорее напротив. Оно потеряло свой природный цвет и стало землисто-серым. Но вот он закончил чтение, с минуту постоял неподвижно и снова поднес к глазам пергамент. Маршал внимательно перечел его содержание во второй раз. Закончив, скомкал в руке и с проклятием швырнул на землю.
Скрестив на груди руки, он отвернулся к стене и мрачно застыл в полной неподвижности, пока наконец не овладел собой. Герард тоже не говорил ни слова. Возможно, это была самая подходящая минута для того, чтобы удалиться, но ему очень хотелось
Наконец Медан обернулся к нему. Он глянул на валявшийся на полу свиток, затем посмотрел на Герарда.
— Прочтите это, — кратко приказал он.
Герард вспыхнул:
— Это личное послание...
— Прочтите это, черт побери! — выкрикнул маршал. С усилием сдержав себя, он добавил: — Я разрешаю вам это сделать. Я должен обдумать, что мне следует предпринять, какой ответ послать Берилл и как он должен звучать. «Спокойно, — сказал он себе, — я должен действовать спокойно, иначе все пропало!»
Герард поднял с земли депешу и разгладил ее.
— Прочтите вслух, — приказал Медан. — Может быть, я не понял его. Может быть, я что-то понял неверно. — Тон его был ироничным.
Герард не стал читать формальное приветствие, начав прямо с основной части письма.
«До нас дошли сведения, — читал он, — сообщенные теми, кому дороги наши интересы, о том, что изгнанный нами колдун по имени Палин Маджере приобрел ценнейший и важнейший артефакт во время проживания на нашей территории без нашего на то позволения. Из этого заключаем, что артефакт наш. Мы должны и мы будем им владеть.
Далее. Нам сообщили, что Палин Маджере с каким-то кендером сбежал в Цитадель Света. Мы даем Гилтасу, королю эльфов, три дня сроку на то, чтобы он отыскал и артефакт, и преступников, и еще три дня сроку на то, чтобы он доставил их к нам.
Далее. Гилтас, король эльфов, должен послать мне голову эльфийской женщины по имени Лоранталаса, давшей приют колдуну и кендеру в своем доме и способствовавшей их побегу.
Если по истечении шести дней нам не будет доставлена голова этой женщины и если преступники и артефакт также не будут доставлены нам, мы отдадим приказ приступить к разрушению страны под названием Квалинести. Каждый представитель мерзкой нации эльфов, мужчина, женщина или ребенок, будет предан огню и мечу. Мы не позволим никому из них спастись. Что касается Цитадели Света, давшей приют преступникам, мы отдадим приказ Цитадель сжечь дотла, ее население убить и разыскать среди золы и костей необходимый нам артефакт».
Герард был рад тому, что прочел депешу раньше. Если бы ему не было известно ее содержание, он мог бы сейчас не справиться с собой. Даже теперь голос его прерывался, в груди что-то клокотало и ему приходилось скрывать свои чувства нарочитым кашлем. Закончив чтение, он посмотрел на Медана и увидел, что тот внимательно наблюдает за ним.
— Ну, и что вы об этом думаете? — сурово спросил маршал.
Герард еще раз откашлялся:
— Полагаю, господин, чрезвычайно самонадеянным шагом со стороны драконицы отдавать вам приказы. Неракские Рыцари — не ее собственная армия.
Выражение лица Медана изменилось, он почти улыбался.
— Отличный аргумент, Герард. Мы могли бы им прекрасно воспользоваться. Но, к сожалению, теперь это невозможно. Наше начальство уже давно ползает на брюхе перед великими драконами.
— Возможно, она не решится на это, ваша милость, — осторожно предположил Герард. — Не может же она пойти на уничтожение целой расы, огромного количества...
— Она и может, и сделает это, — мрачно ответил Медан. — Посмотрите на то, что она сделала в Кендерморе. Замучила тысячи маленьких созданий. Не то чтобы я считал это великой потерей, но это говорит о размахе ее действий.