Дракон и раб

Зан Тимоти

Потому что теперь во всем этом виноват был он. На сто процентов. Это из-за него из кладовки пропала еда, а не из-за вистауков. Это его должны были высечь, а не их.

В былые времена дядя Вирджил вволю посмеялся бы, если бы кого-то другого схватили за работенку, которую провернули они с Джеком. Дядя Вирдж, наверное, веселился бы не так бурно, но даже он поздравил бы Джека с тем, что тот вышел сухим из воды.

Зато Дрейкос, должно быть, чувствовал себя так же скверно, как Джек.

Что было хуже всего – это то, что

Джек ничего не мог сделать, чтобы исправить случившееся. Да же если бы он вскочил на стол и заявил бруммгам, что это он во всем виноват, это бы ничего не дало. Рабы все равно продолжали бы истекать кровью, кожа на их спинах все равно осталась бы изорванной в клочья.

Все последние месяцы дядя Вирдж предупреждал Джека, чтобы тот не доверял воинской этике к'да. Он говорил Джеку снова и снова, что нужно всегда заботиться только о себе и не беспокоиться о других. Джек редко обращал внимание на эти слова; во всем, что касалось морально-этических решений, он почти всегда доверял суждению дракона. И пока ему не приходилось платить за это высокую цену.

Но теперь сердце мальчика сжималось от чувства вины. Он не ожидал, что ему придется платить такую цену. Может, он просто не желал ее платить!

Рядом с кладовой, в которой хранилась еда рабов, его ждали маленький стол и кресло. На столе стояла дымящаяся миска с рагу.

– Вот, – показал на нее Хеетоориееф. – Твоя еда. Панжан Газен велел тебе поесть.

Конечно, все это делается по приказанию Газена. В конце концов, Джек тоже раб. Приказы, «горячие», бичевание – все это входит в комплект.

– Конечно, – пробормотал он и сел.

Но его аппетит провалился, будто Алиса в кроличью нору. Впрочем, даже если бы Джек хотел есть, ему неловко было бы уминать обильный завтрак на глазах хлопочущих вокруг рабов.

Однако вполне могло оказаться так, что в его сегодняшний распорядок дня входил только этот завтрак. И, судя по тому, как обращался с ним Газен, сегодняшний завтрак мог оказаться единственной трапезой за всю неделю. Хочет он есть или не хочет, ему понадобятся силы.

Кроме того, у Джека все-таки заурчало в животе от аромата жаркого. Сдавшись, он подцепил ложкой маленький кусочек...

– Подожди, – прошептал Дрейкос с его плеча. Джек застыл, не донеся ложку до рта.

– Что? – шепотом спросил он.

– Дай мне как следует это понюхать, – попросил Дрейкос.

Он передвинулся ниже, на грудь Джека, и чуть-чуть приподнял морду. Джек поднес к ней ложку, слегка потянув незастегнутую рубашку – так, чтобы спрятать дракона от посторонних глаз.

– Ну что?

Вместо ответа Дрейкос продолжал нюхать.

– Давай, давай, – сказал Джек нетерпеливо. Он надеялся, что к'да не поднял тревогу из-за какой-то глупости вроде неправильно подобранных специй.

– Что, мясо несвежее, что ли?

– Нет, – ответил Дрейкос. – Оно отравлено. Джек осторожно положил

ложку обратно в миску.

– Ты уверен?

– Абсолютно, – ответил Дрейкос. – Я не могу сказать, какой именно в него положили яд. Но я уверен, что это яд.

Джек сделал глубокий вдох. Итак, вот каким образом Газен решил уладить все дела.

– Яд скваттеров, – сказал Джек. – Ставлю двойку против туза, что это яд скваттеров.

– Я не знаком с таким термином.

Это такой яд, который проникает в организм человека и так там и остается, – горько объяснил Джек. – Иногда годами. Такие яды в основном используются для того, чтобы справиться с больши ми животными, например в туристических шоу с воссозданными динозаврами.

– Что ты имеешь в виду – остается там? – спросил Дрейкос. – А где именно?

– Повсюду, – ответил Джек. – В мышечных волокнах, в легких, может быть, в сердечной сумке. Пока ты принимаешь ежедневную дозу антидота, ты в порядке.

– А если не принимаешь?

– Тогда ты – мертвец. Мгновение Дрейкос хранил молчание.

– Так вот как Газен собирается контролировать тебя и заставить слушаться того, кто тебя купит, – сказал дракон. – Но разве нельзя раздобыть собственный запас антидота?

– Конечно можно, – ответил Джек. – Но дело в том, что я не знаю, какой именно это яд. Если я приму не тот антидот, он сам может меня убить.

– И что же нам делать?

– Начнем с того, что сядем на диету, – ответил Джек.

Он взял стакан воды, стоявший на столе рядом с миской, и поднес его к груди.

– Понюхай. Что-нибудь чуешь?

Снова морда дракона приподнялась на дюйм.

– Нет, – ответил Дрейкос после того, как пару раз втянул в себя воздух. – Это обычная вода.

– Хорошо. – Джек сделал глоток.

Вода была слегка странной на вкус, но это, скорее всего, потому, что у него разыгралось воображение.

– Остается только надеяться, что в лепешках, которые принесла Лиссса, не было ничего подобного.

– Не было, – заверил Дрейкос. – Иначе я бы почуял.

– Надеюсь. – Джек сделал еще глоток. И все же вкус у воды был странным.

– Покупателю должны сказать, какой именно тебе дали яд и какое требуется противоядие, – задумчиво продолжал Дрейкос. – Может, мы сможем подслушать этот разговор или позже выудить нужную информацию у покупателя.

– Ты уже второй раз упоминаешь покупателя, – сказал Джек. – Ты знаешь то, чего я не знаю?

– Мы ожидаем, что нас продадут, верно? – напомнил Дрейкос. – Предосторожности с ядом говорят о том, что время продажи близится. К тому же не стоит забывать и про военные космолеты.

Джек поперхнулся водой.

– Космолеты?! – спросил он, как только перестал кашлять. – Где?!

– К востоку от дома, – удивленно ответил Дрейкос. – Рядом с автостоянкой, между имением и главными воротами. Разве ты не видел их, когда тебя вели к кухне?