Дословный перевод
Шрифт:
— Вижу, — Власов положил руку ей на плечо. — Зато теперь ты стала нормальным человеком.
— Ага, лучше поздно, чем никогда? — Алена устало прикрыла глаза и привалилась к парню спиной. Это было так естественно, что она даже не подумала о двусмысленности положения, особенно, если учесть сползшую лямку майки, полностью открывшую округлое плечо, матово белевшее в темноте, рассеиваемой только светом от монитора ноутбука.
— Точно. Хочешь, чай тебе сделаю? Или там… молоко подогрею. Тебе спать надо, на ходу уже глаза закрываются, — Женька, подождав пару минут, может,
— Нет, спасибо, не надо, так пойду, — уже чуть придремавшая девушка подняла голову. А потом повернулась и крепко обняла Власова. — Хоть тебя иногда и хочется прибить, но друг ты хороший.
— Вот спасибо, — он придержал пошатнувшееся полусонное тело и развернул в сторону двери. — Чеши в свою комнату, мне и одному на этом матрасе тесно.
Алена только тихонько фыркнула и вышла из комнаты.
Утром ни один из них не упоминали о ночном разговоре, наверное, решив, что так будет правильнее. Да и не поболтаешь особенно, когда оба проспали — Алена забыла поставить будильник, а Женька свой благополучно не услышал, слишком крепко уснув.
А проснулись они от звонка мобильника Герман. Вызывала её Света, которая вчера простыла и теперь сидела дома с температурой, потому слезно просила напарницу выйти за неё, иначе руководство не станет разбираться, кто из них должен был работать, и оштрафует обеих.
— Ё-моё, ну, предупредила бы вчера! — девушка металась по кухне, присматривая за варившимся кофе и пальцами раздирая волосы, которые вчера, после мытья, так никто и не удосужился расчесать. Женька в это время принимал экспресс-душ, потому что нужно было ещё успеть заехать домой, чтобы переодеться.
— Алён, — говорила Светка не просто сипло и гундося, а захлебываясь соплями. — Я не знала, что так заболею…
— Ладно, сиди дома, выйду, но будешь должна по гроб жизни.
Напарница заверила, что согласна быть должником и на том свете, только бы Герман отработала за неё.
Только когда уже положила трубку, вспомнила про смену замков. Шепотом ругая и себя, и занедужившую сотрудницу, и вообще всех подряд, Алена рявкнула на попавшего под ноги Женьку так, что тот испытал желание зашкериться под комод, как нашкодивший кот.
— Собирайся пулей, мне нужно выходить через десять минут!
— Прямо так? — Власов как раз застегивал манжеты рубашки и с любопытством наблюдал за Аленой, до которой дошло, что она стоит посреди коридора все в том же мятом спальном ансамбле, неумытая и нечесаная.
— Да твою ж мать…
Дальше последовало нечто, полностью опровергающее утверждение о неспособности девушек собираться в темпе вальса. Герман за пять минут успела принять душ, привести в порядок волосы, но на макияж времени не хватало, потому решила сегодня поражать природной прелестью и естественностью. Вместо блузки, которую за вчерашними переживаниями, естественно, никто не приготовил и не отгладил, она натянула белую футболку и облегающие черные брюки, приготовившись, если что, врать про какой-нибудь рок-концерт
— Все, выбегаем, — вторую туфлю она надевала уже на площадке, пока Женька запирал дверь.
Майское солнышко, слепившее глаза, не особо радовало, зато хоть нет дождя, потому что зонтик, естественно, никто в сумку положить не удосужился. Нацепив так и не возвращенные Инне очки, Герман приготовилась к забегу на шпильках.
— Тебя можно брать в армию, молодец, — Власов пресек её попытку добираться пешком и сунул на заднее сиденье машины. — Если будут цепляться — скажи, что ночевала у меня, поэтому так одета.
— Угу, — Алена пока искала в мобильнике телефон мастера по замене замков. Извинившись за отмененный вызов и выслушав нелестные слова собеседника по поводу девиц, которые сами не поймут, чего хотят, она, наконец, растеклась медузой по сиденью. — День только начался, но уже не слава Богу…
— Да ладно, ну, проспали, с кем не бывает, — Женька притормозил возле салона, успев доставить сотрудницу буквально за пять минут до начала рабочего дня. — Беги. Вечером постараюсь забрать, если не успею, подъеду к тебе домой, будем думать дальше. Пока никуда одна старайся не выходить, хорошо?
— Ладушки, — Герман перегнулась через спинку пассажирского кресла, чмокнула его в небритую щеку и распахнула дверь. — Спасибо, что довез.
Как ни странно, но Олег Николаевич ничего не сказал по поводу её внешнего вида, хотя и смерил таким взглядом, что девушке захотелось не только помыть руки, но и почистить зубы.
— Опаздываете, Аленушка, — он открыл перед ней дверь служебного помещения.
— Утро с любимым человеком… — она закатила глаза, показывая степень своего счастья. Начальство только презрительно хмыкнуло и больше не доставало.
Хотя и были нехорошие предчувствия по поводу сегодняшнего трудового подвига, но день прошел на редкость мирно и спокойно. Никто не приходил скандалить, да и вообще, наступившие теплые майские деньки располагали расползтись по дачам, рыхлить грядки и сажать огурцы или же просто полениться и отдохнуть на свежем воздухе. Потому, промаявшись какой-то ерундой, Алена к вечеру поверила, что жизнь налаживает и начала смотреть в будущее с оптимизмом. Пока начальство обедало, успела поболтать с Инной, но подруга была какой-то рассеянной и иногда отвечала невпопад. Ничего нового по поводу подозрительных событий и происшествия с дверью девушка сообщить не смогла.
— Ин, у тебя все хорошо?
— Ддда… — прозвучало это и после некоторой паузы, да и голос был не особо радостным.
— Точно?
— Угу. Просто задумалась.
— А, ну это бывает. Ладно, не буду отвлекать, ко мне покупатели пришли, — Алена торопливо сунула мобильник в ящик стола. — Добрый день, меня зовут Алена, что-нибудь подсказать?..
Под конец дня выяснилось, что забрать её Женька не успеет — он задерживался в их местном медиа-центре, где делали новый рекламный ролик, расхваливающий продукцию концерна. Конечно, это не то, чтобы его прямая обязанность, на то есть рекламщики, но Власов решил сам проследить, не желая потом оказаться крайним.