Дорогие девушки

Незнанский Фридрих Евсеевич

— Просто не люблю. Если мне предоставят на выбор — конфеты или хороший говяжий бифштекс, я выберу второе.

— А я возьму и то и другое, — засмеялся Плетнев.

— А если не дадут?

— Тогда — отниму!

Матильда посмотрела на мускулистые руки Плетнева и улыбнулась.

— Охотно верю.

Плетнев отхлебнул кофе. Напиток был изумительный. Плетнев сделал еще глоток и восторженно проговорил:

— Это самый вкусный кофе, какой мне приходилось пить в жизни. Как вы его готовите?

— Просто.

Главное, не скупиться, побольше сыпать в турку.

— У него какой-то интересный привкус, — сказал Плетнев. — Отдает какими-то восточными травами.

— Правда? — Матильда пожала плечами. — Не знаю, я не чувствую.

— Потому что не пьете. Кстати, почему вы сами не пьете?

— Боюсь, что после кофе не усну. А мне сегодня нужно выспаться.

— Ах, да, — кивнул Плетнев и смущенно добавил: — Что-то я засиделся. Вам ведь нужно спать. Мало того что вломился к вам в квартиру и потребовал себе кофе, так еще и…

— Не оправдывайтесь, Антон, — с улыбкой сказала Матильда. — Я люблю новые знакомства. Но знакомиться предпочитаю по вечерам.

— Прекрасно вас понимаю. — Плетнев чуть прищурил глаза. — Как насчет того, чтобы продолжить знакомство сегодня вечером?

— Сегодня? — Матильда задумалась. Покачала головой: — Нет, сегодня не получится. Сегодня у меня много работы.

— А разве лингвисты работают по вечерам? — насмешливо осведомился Плетнев.

— А как же, — ничуть не смутившись, ответила Матильда. — Лингвистам нынче нелегко. Чтобы выжить, им приходится работать круглые сутки. Лекции, конференции, коллоквиумы… Крутимся как белки в колесе.

«Она образованна — это определенно, — подумал Плетнев. — И умна. И находчива. И психологически устойчива. Легко завязывает знакомства, также легко поддерживает любую беседу. К тому же красива и обаятельна. Просто суперженщина! Интересно, на какой планете таких делают?»

Плетнев допил остатки кофе и зевнул.

— Ой, простите, — смущенно проговорил он. — Что-то меня неудержимо потянуло в сон.

— Ничего страшного. Сейчас поедите домой и выспитесь.

Плетнева и впрямь сморило. Он прямо за столом заклевал носом. Возможно, сказывалось напряжение последних дней. А возможно…

— Вам незачем куда-то ехать, — прозвучал голос Матильды откуда-то издалека. — Вы можете прилечь на диван. Мягкий, уютный диван…

Голос женщины все больше отдалялся. Ее лицо вдруг дрогнуло и покачнулось, по нему пробежала рябь, как по экрану телевизора, потом пошли волны, лицо расплылось и подернулось дымкой.

— Я… — силясь подняться на ноги, проговорил Плетнев. Но закончить фразу не смог — как-то сразу потерял нить фразы.

— Я…

Матильда протянула руку и положила ему пальцы на губы.

— Не надо. Не напрягайтесь. Расслабьте тело, расслабьте разум. Слушайте мой голос и отвечайте на мои вопросы. Вас зовут Антон?

— Да.

— А фамилия?

— Плетнев.

— Где

вы работаете, Антон?

— В охранно-детективном агентстве «Глория».

Женщина улыбнулась.

— Так вы частный детектив?

«Частный детектив, — подумал Плетнев. — Звучит неплохо. Прямо как в том фильме… Кто же там играл? Ален Делон?… Нет… Бельмондо?»

— Антон, не отвлекайтесь, — насмешливо сказала Матильда. — Вы частный детектив?

Плетнев кивнул:

— Да. Я частный детектив.

Ему вдруг сделалось необычайно приятно в компании этой удивительной женщины. Он нее словно бы исходило какое-то тепло. Это тепло обволакивало Плетнева, как теплая морская вода, качало его на волнах, убаюкивало, делало счастливым.

— Наша встреча была не случайной? — снова спросила женщина, щуря на Плетнева голубые глаза.

— Нет, — глупо улыбаясь, сказал Плетнев. — Но это не имеет значения. Главное, что мы встретились.

— Я тоже так думаю, — сказала Матильда. — И все-таки интересно: вы что, специально за мной следили?

— Может быть, — уклончиво ответил Плетнев.

Матильда тихо засмеялась.

— Надо же, прямо как в шпионском детективе. Вы что, в чем-то меня подозреваете?

— Конечно.

— И в чем же?

— В том, что вы — никакая не Матильда. И не лингвист! — добавил Плетнев и хихикнул над смешным словом.

— Вот как? — Матильда еще больше прищурилась и придвинулась к Плетневу почти вплотную. — И кто же я, по-вашему?

— Вы — Марина Соловьева, — торжественно проговорил Плетнев. — И вы не лингвист. Вы домохозяйка. У вас куча денег и вам незачем работать. Вы перепробовали в жизни все и заскучали.

— Это кто вам рассказал? — поинтересовалась женщина.

— Ваша подруга Люда Шилова, — честно, как на духу, ответил Плетнев. И подумал: «Правду говорить легко и приятно… Где же я это читал? А, неважно».

— Вы давно с ней беседовали? — продолжила расспросы Матильда.

— Несколько дней назад. Она пришла к нам в «Глорию».

— Зачем?

Плетневу этот вопрос показался ужасно нелепым, и он рассмеялся.

— Ну вы и спросили! Да ведь она же волнуется за вас! Вы так внезапно исчезли. Она хотела найти вас и, между прочим, отвалила за поиски круглую сумму!

Плетнев все больше веселился, и Матильду это, похоже, стало напрягать.

— Что-то вы разошлись, — недовольно проговорила она. — Пора бы вам на покой.

— В каком смысле? — не понял Плетнев, и вдруг почувствовал, как на него накатила страшная усталость. Веки отяжелели, плечи обмякли. Он захотел спать. — Что-то я… Что-то меня…

— Хотите спать? Не сопротивляйтесь.

— Мне надо… домой, — через силу проговорил Плетнев и опять попытался встать.

Однако это оказалось не так-то просто. Словно что-то давило ему на плечи.