Дорога висельников
Шрифт:
Однако конкуренты тоже попадались всякие, особенно среди тех, кто окопался в Открытых Землях. Сюда люди с деликатной душою не совались. Поэтому Джиллиард и наладил связь с Дорогой, пользуясь этим для решения своих проблем.
Но переговоры всегда велись в Нессе, где Роуэн проводил значительную часть своего времени – там располагалась главная его контора, там же проживала его семья. Отчего же именно теперь ему понадобилось разыскивать Фелимида Воллера в Открытых Землях?
Воллер не случайно предупредил своих людей, где его искать в случае чего. Жизнь отучила его доверять кому бы то ни было, и менее всего он был
Разумеется, оба поступка были одинаково бессмысленны. Здравомыслящий человек должен был понимать, что Дорога этого так не оставит и отомстит любыми доступными способами.
Вот именно.
Здравомыслящий.
Несмотря на уравновешенность и расчетливость Джиллиарда Роуэна, Фелимид не забывал, из какой семейки тот родом. А ну как скажется кровь полоумных предков? Кто знает, какие фокусы способен выкинуть благополучный несский промышленник?
Подобные размышления не означали, будто Воллер собирался уклониться от встречи с клиентом. Он просто принял некоторые меры предосторожности. Вот и все.
Остановился он на постоялом дворе – город таковым уже обзавелся, – но понимал, что Роуэн туда не придет. Положение обязывает. В письме, переданном Воллеру, он назначал встречу в конторе при своем галвинском доме. Что ж, в конторе так в конторе, Воллер знал, где это.
Галвин – не Несса, где у Роуэнов имелся особняк, но и в Галвине человек его положения не мог жить в хибаре. Воллер видел его дом – первый этаж каменный, второй деревянный со сланцевой крышей. Но жить в этом доме в мире и спокойствии вряд ли было возможно. Рядом рыли яму под фундамент какой-то более внушительной постройки и вбивали сваи.
Воллер обошел груды песка, глины и щебенки, миновал рабочих с тачками и лопатами, ни разу ни с кем не столкнувшись. Никто не обратил на него внимания, хоть и был он здесь человек посторонний.
Если в Нессе Воллер одевался с определенным франтовством, коего требовали южные обычаи, сейчас он был в скромном дублете табачного цвета, дорожном плаще – недлинном, до колен, чтоб по земле не волочился, простеганных штанах до колен, сапогах, обильно припорошенных пылью. Голову же он прикрывал шляпой с узкими полями и без пера. Разумеется – при шпаге. В Тримейне бы косо посмотрели на человека, похожего на приказчика из солидного торгового дома или подрядчика, прицепившего благородный клинок, но в Открытых Землях все было по-другому.
А Фелимид, в общем-то, и был подрядчиком, независимо от того, какие услуги предоставляла клиенту его фирма. И ничуть не переживал от того, что в контору Роуэна его проводили с заднего крыльца.
Жилые комнаты были на втором этаже, контора расположилась на первом. В Нессе подобное же помещение в резиденции Роуэнов было отделано с определенной роскошью. Здесь хозяин счел это излишним. На обитых деревянными панелями стенах не было ни ковров, ни гобеленов, ни картин. Панели предохраняли помещение от холода, что было как нельзя более кстати, так как в конторе не имелось ни печи, ни камина. У стены – секретер, возле него пюпитр, на котором были разложены переплетенные в тисненую кожу тетради и
В общем, вполне пристойно, но мрачновато.
Слуга, впустивший Воллера, видно, успел доложить кому следует, и к тому времени, как гость вошел в контору, хозяин успел спуститься.
– Добрый день, господин Роуэн, – вежливо сказал Воллер, сопроводив свои слова учтивым полупоклоном.
– Надеюсь, что добрый… – неопределенно ответствовал тот.
Джиллиард Роуэн был мужчина средних лет и среднего сложения, с мясистым, гладко выбритым лицом. Темные прямые волосы его, не тронутые сединой, были несколько длиннее, чем дозволялось модой и южными обычаями. Брови, сросшиеся над переносицей, были настолько густы, что напоминали полоску меха.
Он был облачен в длинный оливково-зеленый кафтан без рукавов, но с высоким воротником, поверх шафрановой рубахи из тонкого полотна.
Роуэн явно только что вошел в контору и едва успел закрыть за собой дверь.
– Надеюсь, добрались благополучно? – осведомился он.
– Вполне. Рад видеть вас в добром здравии. – На этом Воллер счел обмен любезностями законченным. – Чему обязан столь неожиданным приглашением?
– Обязан? – Роуэн посмотрел на него пристально. – Пожалуй, вы употребили верное слово. Вероятно, вы – лично и ваше сообщество в целом – не сочтете лишними сведения, которые я собираюсь сообщить вам.
Воллер ничем не выдал удивления. Какие еще сведения? Он считал себя во многих отношениях более осведомленным, чем несский промышленник.
– Садитесь, – Роуэн указал на стул. Открыл одно из отделений шкафа, извлек графин и два бокала из слоновой кости, отделанной серебром. Самолично – не стал звать слугу – разлил вино. – Для начала выпьем за встречу.
У карнионцев была репутация людей, излишне склонных к внешним эффектам. Роуэн, похоже, не был исключением, стремясь подольше выдержать драматическую паузу.
После того как вино – золотистое несское – было выпито, Роуэн наконец произнес:
– Известно ли вам, что парламент готовит обращение к императору с просьбой ввести войска в Открытые Земли?
Под «парламентом» Роуэн, как и подобает южанину, разумел не общеимперский парламент в Тримейне, а парламент карнионского нобилитата, собиравшийся в Скеле.
– Нет, ни о чем подобном я не слышал. – Это действительно было важное сообщение. Но Дорога Висельников имела своих осведомителей в Скеле, в том числе – в достаточно высоких кругах, и то, что принятие столь важного решения ускользнуло от их внимания, вселяло подозрения. – Сведения точные?
Роуэн кивнул.
– Вижу, вы мне не верите. Это можно понять. Выгоды, приносимые разработками в Открытых Землях, отчасти основаны на том, что мы здесь не зависим от властей в Тримейне.
– И даже в Скеле.
– Верно. Но некоторые из наших собратьев готовы поступиться независимостью ради безопасности. Разумеется, все должно быть сделано так, чтобы интересы Карнионы не пострадали. Люди, затеявшие это, хотят видеть здесь тримейнских солдат, но не тримейнскую администрацию. Поэтому все обсуждается в условиях строгой секретности.