Дорога чародейки
Шрифт:
У меня сжалось что-то под ребрами, меня начало подташнивать. Может, старый целитель в чем и прав, некроманты вмешиваются в те области бытия, где не место человеку. Или я просто суеверна? А может, дело в открытых ранах. Почему ей не дадут прикрыться?
– Назови свое имя, - тяжелым и властным тоном произнес Атен. Покойница открыла глаза, светящиеся неземным, чуждым светом.
– Мое имя Ашара Оникс, - и голос был нечеловеческим, от этих звуков у меня встал дыбом каждый волосок на теле. Какое счастье, что я оказалась непригодна для изучения темной магии, у меня никаких нервов не хватило бы иметь дело с нежитью на постоянной основе.
– Расскажи
– Я была в воде. Тепло, приятно. Вошел человек с тенью, я вышла из воды, он ударил меня ножом. Больно, холодно, темно, - механически-безразлично перечислил труп. Некроманты не по-настоящему оживляют тела, это не чудесное воскрешение. Маг всего лишь призывает ближайший дух из эфира и своей силой удерживает его в разлагающейся плоти. Такое тело способно двигаться и говорить, в нем может сохраняться память о своей жизни, но это память только о физических событиях, мертвец не помнит своих чувств. По сути, этот обряд - просто расширенная версия поднятия зомби.
По лбу Атена уже катились капли пота, но он упрямо стиснул челюсти, глубоко вдохнул и задал еще один вопрос.
– Опиши человека, ударившего тебя ножом.
– Его зовут Телон Оникс, он выше меня на пядь, темные волосы, карие глаза...
– Достаточно!
Атен снова коснулся медальоном лба женщины, а затем окропил амулет из одной из своих бутылочек. Тело тут же осело и завалилось на бок, глядя пустыми глазами в потолок.
Я не наблюдала за завершением ритуала. Я смотрела на женщину и ждала, когда Атен закончит и подойдет к ней. Но некромант больше не обращал внимания на труп, он уже шел к молчавшим до сих пор зрителям.
Медленно и неохотно я приблизилась к мертвой женщине, словно только сейчас разглядев ее. Молодая, немногим старше меня, с растрепанными волосами песочного цвета. Когда-то ее глаза были голубыми, но теперь стали просто белесыми. Смерть украла все краски с ее лица, оно стало погребальной маской. Я уложила свисающую руку вдоль ее тела, прикрыла ее простыней и закрыла девушке глаза.
Я убрала чары полога и побрела к выходу.
– Убийца ее родственник?
– спросила я у задержавшегося в дверях Атена. Пока я снимала защитные чары, он беседовал с коронером и главой стражников, расшифровывая им то, что сказала допрашиваемая.
– Муж, - кивнул Атен.
– И похоже, что он еще в городе, его задержат.
– Брак - опасное дело, - усмехнулась я. Некромант согласно хмыкнул. Я собиралась пройти мимо и отправиться в оскверненную купальню, чтобы очистить ее, но Атен тронул меня за плечо.
– Какие у тебя планы на вечер?
– поинтересовался он.
– Я собиралась протрястись в седле девяносто верст до 'Златогорного' и основательно переосмыслить свое представление о женитьбе, - честно доложила я.
– А ты не можешь остаться в Семи Ключах на вечер с ужином?
– предложил Атен. Почему-то мне действительно хотелось отправиться домой, узнать, не вернулся ли Тайрен, вместо ужина с некромантом, но год назад я бы умерла от восторга при мысли об интимном тет-а-тете с самим Атеном Данским, так что я улыбнулась.
– Буду рада составить тебе компанию.
– Тогда в восемь встретимся в ресторанчике 'Пьяный рыбак', - предложил юноша.
– Там подают восхитительную форель.
До назначенного часа у
– Мне необходимо удостовериться в том, что злой призрак не вселится в тело случайного купальщика, - заявила я обеспокоенному владельцу бани.
– Для этого я рискну собой и первая войду в воду. Мне необходимы чистые полотенца, поднос с едой и большая кружка чая, иначе призрак распознает во мне мага и затаится.
У магов должны быть свои привилегии. Пусть и получать их приходилось с помощью небольшой лжи.
Все ингредиенты моего купального ритуала материализовались, как по волшебству, я разогнала стражников, разделась и погрузилась в бассейн с горячей водой по шею.
О, какое блаженство! Из моей груди вырвался стон. Я и не подозревала, что сегодняшнее колдовство меня так вымотает, пока не расслабилась в горячей воде, изрядно отдающей тухлыми яйцами. Я зажала нос и улеглась на дно неглубокого каменного бассейна, ощущая каждой мышцей, как напряжение меня покидает. Когда воздуха стало не хватать, я вынырнула, и прошлепала к крючку с полотенцем. Мне даже принесли банный халат такого размера, что в него с комфортом мог бы завернуться Туман. Я закуталась в халат, пристроила поднос со снедью на столе для массажей и принялась за еду. Можно было бы поесть и в общей столовой, но сейчас мне как никогда хотелось покоя и одиночества.
Я напоследок еще раз поболтала ногами в горячей водичке, затем вытерлась насухо, скрутила волосы в неаккуратный влажный узел на затылке и с отвращением влезла в свои пыльные штаны и рубашку. Увы, расчески у меня с собой не было, поэтому выглядела я форменным пугалом. Ну и ладно, пусть враги боятся.
Хозяин нетерпеливо приплясывал у двери, словно я заняла не одну из купален на полчаса, а единственный туалет в городе на весь день.
– Покой ваших клиентов теперь никто не нарушит, - торжественно заявила я.
– Все призраки изгнаны, а место очищено и готово к эксплуатации.
Остаток дня я бродила по городу, глазея на витрины, стихийно образовавшиеся на каждом углу развалы и рынки. Но купить что-либо искушения не было, я понимала, что все это изобилие - просто приманка для приезжих, и цены, соответственно, заоблачные. Я добрый час простояла у лавки, торгующей шелками: платьями, рубашками, накидками, шарфами - все из тонкой, как паутинка, струящейся ткани восхитительных расцветок. По одной шали небесного оттенка летели райские птицы, изумрудные, лазурные, бирюзовые. Другое платье сияло всеми оттенками пляшущего пламени. Но я просто прикипела взглядом к полуночно-черной блузке с узором из серебристых морозных узоров. Увы, приобрести ее я смогу только через две недели, когда мои бесценные услуги на благо герцогства оплатят.
Удивительно, но в назначенный час Атен встретил меня у входа в ресторанчик. Я почему-то была уверена, что он из тех парней, которые опаздывают, а затем даже не думают извиниться.
Я удивлялась самой себе. Почему-то свидание с героем моих снов должно было вызывать у меня больше эмоций, но я была спокойной и какой-то отстраненной. Я все еще не могла забыть того, с какой небрежностью Атен отвернулся от тела убитой женщины после допроса. Он обошелся с ней, как с отработанным материалом!