Дом стрелы
Шрифт:
Ано слушал с неподдельным вниманием.
– Вы рассказываете мне вещи, которые весьма интересны и абсолютно новы для меня!- воскликнул он.- Я вам очень признателен, мосье!
– А с другой стороны, мосье Ано,- сухо отозвался Джим,- вы рассказали мне очень мало. Даже то, ради чего вы привели меня в это кафе, вы, похоже, решили оставить при себе. Но я не буду столь же сдержан и скажу вам, что я думаю.
– Да?
– Я думаю, мы кое-что упустили.
– Вот как?
Ано достал сигарету из ярко-голубой пачки.
–
– Ни в малейшей степени,- серьезно ответил детектив.- Мы, полицейские, склонны вести поиски вдалеке и не видеть истину под самым носом. Так что еще одна точка зрения помогает избежать этой опасности. Я весь внимание.
Джим Фробишер придвинул свой стул ближе к круглому металлическому столику и оперся на него локтями.
– Мне кажется, мы должны ответить на один вопрос, если хотим выяснить, была ли убита миссис Харлоу и если была, то кем.
– Согласен,- кивнул Ано.- Но имеем ли мы в виду один и тот же вопрос?
– Речь идет о вопросе, которым мы пренебрегли. Кто вернул трактат о строфанте на полку в библиотеке между вчерашним полуднем и сегодняшним утром?
Ано чиркнул очередной спичкой и прикрыл ее ладонью, давая пламени разгореться, потом зажег сигарету и сделал несколько затяжек.
– Несомненно, это важный вопрос,- признал он.- Но я имел в виду не его. Думаю, мой вопрос более важен. Мне кажется, если бы мы узнали, почему дверь "Сокровищницы", которая была заперта после смерти Саймона Харлоу, оказалась незапертой вечером двадцать седьмого апреля, мы бы значительно приблизились к разгадке этой таинственной истории. Но,- он развел руками,- это по-прежнему ставит меня в тупик.
Джим мрачно уставился на тротуар, словно надеясь прочитать там ответ.
Глава 12
Печати сломаны
Спустя несколько минут Джиму Фробишеру пришлось признать, что догадка Ано верна. Он не допускал, что это больше чем догадка. Конечно, мосье Ано был "мистером Всезнайкой", но даже самая блистательная интуиция не могла информировать о столь случайном обстоятельстве. Однако факт оставался фактом. К своему величайшему смущению, Фробишер прибыл в Мезон-Гренель раньше Бетти Харлоу. Он специально задержался с Ано в кафе, чтобы этого не произошло, не желая оставаться наедине с Энн теперь, когда она вызывала у него подозрения. Максимум, на что мог надеяться Джим, это скрыть причину своего недовольства, так как само недовольство он скрыть не мог. Энн еще сильнее осложнила ситуацию, выразив ему сочувствие.
– Вы расстроены,- сказала она.- Но у вас больше нет для этого оснований. То, что я сообщила сегодня утром, истинная правда. Была половина одиннадцатого, когда я услышала это ужасный шепот. Бетти находилась в это время среди своих друзей в бальном зале. Ничто не в силах это изменить.
– Я расстроен не из-за нее,- пробормотал Джим, и Энн с удивлением на него посмотрела.
Но прежде чем она успела задать вопрос, в холл вошла Бетти. Во время ленча Джим беседовал
К счастью, времени на разговоры оказалось не так много. Они сидели за кофе, покуривая сигареты, когда Гастон доложил, что комиссар полиции и его секретарь ждут в библиотеке.
– Это мистер Фробишер, мой лондонский поверенный,- представила Джима Бетти.
Комиссар, мосье Жирардо, оказался толстым лысым мужчиной средних лет, в пенсне, едва держащемся на мясистом носу. Секретарь, Морис Тевне, был высоким и щеголеватым молодым человеком, явно придерживавшимся превосходного мнения о собственной внешности.
– Я просил присутствовать мосье Бекса, дижонского нотариуса мадемуазель,- сказал Джим.
– Разумеется,- отозвался комиссар, и в этот момент доложили о прибытии мосье Бекса.
Он появился в дверях, когда часы били три, довольный своей пунктуальностью.
– С позволения мосье комиссара,- заговорил мосье Беке,- мы можем приступить к завершающей процедуре этого прискорбного дела.
– Мы ждем мосье Ано,- сказал комиссар.
– Ано?
– Мосье Ано из парижской Сюртэ, которого пригласил магистрат для расследования,- объяснил мосье Жирардо.
– Для расследования?- озадаченно переспросил мосье Беке.- Но ведь расследовать больше нечего.
Бетти Харлоу отвела его в сторону. Покуда она давала ему быстрый отчет об утренних событиях, Джим вышел в холл на поиски Ано. Он сразу же увидел детектива, но, к его удивлению, Ано двинулся к нему от задней стены холла, как будто вошел в дом из сада.
– Я искал вас в столовой,- объяснил он, указывая на дверь в упомянутую комнату, которая находилась позади двери в библиотеку, за лестницей.- Нам лучше присоединиться к остальным.
Детектива представили мосье Бексу.
– А этот мосье?- спросил Ано, кивая на Тевне.
– Мой секретарь, Морис Тевне,- ответил комиссар и добавил вполголоса: Необычайно способный юноша. Он далеко пойдет.
Ано с дружелюбным интересом посмотрел на Тевне, который с восторгом уставился на великого человека.
– Ваше присутствие, мосье Ано, дает мне уникальный шанс, и если я им не воспользуюсь, то, значит, не обладаю никакими способностями,- сказал он со скромным видом, который произвел весьма благоприятное впечатление на мосье Бекса.
– Сказано в высшей степени корректно,- одобрил он.
Со своей стороны Ано никогда не был недосягаем для лести. Покосившись на Джима Фробишера, он тепло пожал секретарю руку.
– В таком случае без колебаний задавайте мне вопросы, мой юный друг,отозвался детектив.- Сейчас я дно, но некогда был молодым Морисом Тевне, увы, без его располагающей внешности.
Тевне покраснел с подобающим смущением.
– Очень приятный обмен любезностями,- заметил мосье Беке.
"Похоже, процедура превращается в маленькое семейное сборище",- подумал Джим.