Дом с химерами
Шрифт:
– Что, согласитесь, трудно отнести к доказательствам, – фыркнул Арсений.
Не совсем поняв сути спора, юноша фельдшер вопросительно уставился теперь на капитана.
– Владимир Ильич, – представил Кононова капитан Точилин, чем, должно быть, только запутал всё дело окончательно.
– Тот самый?.. – осторожно уточнил очень молодой фельдшер.
– А то! – с лёгкой душой подтвердил Арсений.
– Ну, раз всё настолько запущенно, – с видимым облегчением оживился «интерн». – Это уже сверх компетенции общей терапии. Но тут у вас уже есть
– Не понял? – морщась, буркнул дезавуированный Ильич.
– Перед самым нашим выездом, к нам на станцию вызов поступил, – с вкрадчивостью психиатра пояснил фельдшер. – Нужна была скорая психиатрическая помощь.
– Куда? – прервал его поднятой ладонью Точилин. – «Психиатричку» куда вызывали?
– Да вот, по этому же адресу, только с той стороны, – фельдшер-интерн кивнул куда-то за громаду дома Шатурова.
– Старушку достали, – несмотря на сотрясение теоретического мозга, первым сообразил Кононов и отмахнулся от желтоватого пакета, сочившегося какой-то влагой немедицинского вида и запаха.
– А я что? Я всего-навсего терапевт. Могу только зелёнкой помазать! – закончил фельдшер уже скорее по инерции.
Медсестра, наблюдавшая всё происшествие с благодушием сарматской «каменной бабы», только кивнула в ответ на последнюю реплику, обращенную уже к ней.
– То есть она не скелет, в смысле скелет – не она, – догадался капитан.
После непродолжительного раздумья, поглядев ещё раз на ст. лейтенанта Кононова и капитана Точилина, «интерн» печально резюмировал:
– Никакой эволюции, несмотря на полицейское видоизменение, всё тот же «ментус советикус».
– Ага. А то у меня уже курица размораживается, – согласилась с ним медсестра. И показала сверток с грязновато-жёлтым льдом.
В нём всё рельефнее и рельефнее обозначались окорока, покрытые тёмными трупными пятнами.
В райотделе
Краткий доклад капитан Точилин закончил так:
– Ни тело, ни живой организм Г.И. Варге пока не обнаружены. Не поступало также никаких требований, угроз и заявлений от его похитителей, буде таковые имеются.
– Значит, никакой очевидной связи между этими… кротами, что в подвале дома завелись? И взрывом машины перед домом, и взрывом в самом доме?.. – настороженно уточнял подполковник.
– Очевидно, нет, – решительно заявил капитан. – На их совести только взрыв под домом, да и то, какой там взрыв, так, взрывные работы местного значения…
Хоть в тот момент, когда он спросил Аннушку практически о том же, решимости в его голосе было гораздо меньше.
– И чего вас туда понесло?.. – вспомнил о девушке капитан Точилин, когда вспоминать о бабушке Анастасии стало как-то уже поздно. Старушку увезли от греха подальше санитары.
– Куда понесло?.. – не сразу вспомнила и Аннушка о себе. Уж больно занятным был вид раздувшегося бронированного буса спецназа. И ещё более забавным казалось зрелище хваченного столбняком генерала
– Чего вас в подземелье под домом Шатурова понесло? – повторил свой вопрос капитан, переводя взгляд с кукольно оцепеневшего генерала на Аннушку. – Всё-таки, я думаю, ни библиотеки Ивана Грозного, ни коллекции курительных трубок Иосифа Сталина тут нет…
– И быть не могло, – легко согласилась с ним радикально стриженная дива немого кино. – Ключевое слово тут: дом Шатурова, – многозначительно добавила она, подняв тонкий музыкальный палец.
Точилин непонимающе нахмурился.
– Купец первой гильдии Иван Фиодорович Шатуров, – помахивая тем же пальцем, процитировала Анна неведомый и наверняка архивный источник. – 1860 год рождения, «Оптовый склад мануфактурных товаров», миллионное состояние, дата упокоения неизвестна…
– Да бросьте, – скептически поморщился капитан. – Что за прок от состояния, о котором даже архивные крысы забыли? А единственный из ныне живущих миллионеров здесь – Варге, вокруг которого…
– А к ныне живущему ты и через канализацию не подберёшься, – с пугающей уголовной серьёзностью отмахнулась Аннушка. – Тогда как к покойному…
– Это что ж, к самому Фиодоровичу? – насмешливо фыркнул Арсений; впрочем, прищурившись, прозрел он истину в глазах Аннушки, хоть та и закатила их к противогазному клапану, нависшему надо лбом. – Что, клад какой-нибудь искали?
Истина – так себе. С вероятностью 50 на 50. Теоретически, конечно, шансы приличные, но с поправкой на хроническое личное «везение» капитана… Точилин не вовремя вспомнил о хроническом своём «везении» и отмахнулся:
– Тогда, как пойдёте в спасательную экспедицию за своими друзьями, кликните и меня. Если во внеслужебное время.
– Надеешься разжиться на халяву? – слегка скривилась Аннушка.
– Ну, не диггеров же ваших спасать.
– А я думала, – профессиональный долг, всё такое человеческое, что не чуждо даже полиции.
– Ага, «к счастью, мимо горящей избы проходил оркестр пожарной команды», – язвительно проворчал Арсений.
Заметив составленные в ряд медные духовые оркестра 13-й пожарной команды, капитан полиции запнулся.
Сводный оркестр в самом деле проходил неподалёку с поздней репетиции. Проходил – и был наскоро подхвачен коллегами, катящими на ликвидацию пожара в доме Шатурова. Поставив в рядок инструменты, пожарные музыканты из 13-й команды лихо вступили в схватку с огненной стихией. Короткую и победоносную. Но «трубных оркестров гортанную медь» ещё не подобрали.
– Значит, прошёл бы себе мимо, – неодобрительно констатировала радикально стриженная дива немого кино, по-своему расценив запинку.
– Да нет, почему же, – стряхнув мгновенное оцепенение, отозвался капитан. – Мы просто так не ходим. Даже мимо. Всегда чего-нибудь да найдём, во что-нибудь да ввяжемся, – вздохнул он. – Найдём следы преступления – ввяжемся в расследование. Найдём подозреваемых – ввяжемся…