Дом под саваном
Шрифт:
— Кажется, эта женщина — ведьма, — небрежно заметила я Неду, когда мы приблизились к домику, но Нед только рассмеялся.
— Так говорят — только потому, что она знает рецепты нескольких настоек и пару заклинаний! Я поверю в то, что она — ведьма, лишь тогда, когда увижу ее верхом на помеле, и не раньше!
Я испытала разочарование. Оно усилилось, когда я увидела, что Джоан, мать Элис, не была зловещей горбуньей в черном тряпье. Передо мной стояла плотная, сильная деревенская женщина с горделивым носом, громким голосом и странными светлыми
— Добрый день, Джоан, — бодро произнес Нед. — Я принес тебе подарки от Элис. Надеюсь, ты здорова.
Она бросила на него пристальный взгляд, затем посмотрела на меня.
— Ты — жена иностранца, — сказала женщина.
Подобное заключение было очевидным, но все же легкость, с которой она идентифицировала мою личность, вызвала у меня детский восторг.
— Верно, — Нед подмигнул мне. — Миссис Джордж Брэндсон.
Я улыбнулась ей и сказала: «Добрый день». Она лишь произнесла:
— Ты — наглец, парень. Я вижу, что ты насмехаешься надо мной.
Я встревожилась, решив, что Нед обидел ее, но он лишь засмеялся.
— У тебя глаза на затылке, Джоан? — удивленно спросил он. — Я стоял у тебя за спиной — как ты могла видеть, что я делаю?
— Есть разные способы, — мрачно сказала она. — Будь осторожен, не то в следующий раз, когда ты обрюхатишь новую посудомойку, я не дам ей мою настойку.
Но Нед не смутился.
— Джоан — большой специалист по всем вопросам, связанным с деторождением, — с игривой улыбкой на лице сказал он мне. — Если ты не беременеешь и хочешь, чтобы это случилось, она дает тебе одну настойку. Если ты беременна и хочешь избавиться от ребенка, она дает тебе другую настойку. Если ты не беременна и не хочешь...
— Нахал, — сказал Джоан. — Так разговаривать в присутствии леди! Если бы иностранец услышал твои речи, он бы выпорол тебя.
Она с дьявольской проницательностью угадала возможную реакцию Акселя на поведение Неда. Даже Нед растерялся; улыбка на мгновение сползла с его лица, потом он снова беспечно засмеялся.
— Джоан знает, что мы с Джорджем недолюбливаем друг друга, — легкомысленным тоном сказал он. — Ну, нам пора возвращаться к обеду. До свидания, Джоан, надеюсь, тебе понравятся ветчина и пироги.
Когда мы отошли от деревни, Нед, не глядя на меня, произнес:
— Извини, если я был слишком груб. Я не хотел обидеть тебя.
— Я не обиделась, — честно сказала я. — Мой отец всегда называл вещи своими именами, меня не задевала его прямота.
Он улыбнулся, испытав облегчение. Потом сказал:
— Не представляю, как ты будешь жить в Хэролдсдайке.
— Почему ты так говоришь?
— Ты такая — такая живая...
Он пожал плечами, не находя нужных слов.
— Тебе следовало бы жить в городе, носить красивые платья и драгоценности, появляться в обществе. Здесь ты можешь красоваться лишь перед местной знатью и торговцами из Пяти Портов! Ты задохнешься, заскучаешь...
— Ерунда! — энергично
— Но ты такая живая! Всем интересуешься. Ты резко отличаешься от деревенских девушек — вечно хихикающих, жеманных, скучных.
— Лучше остановись на этом, — сказала я, — не то у меня так вскружится голова, что я не смогу вернуться в Хэролдсдайк.
Однако я почувствовала себя польщенной.
Эстер встретила нас в холле. Я немного боялась, что она могла увидеть нас на дороге.
— А, вот и ты! — сказала она мне. Взглянув на женщину, я тотчас вспомнила о ее прежних отношениях с Акселем и подавила желание дать отпор ее радушию и дружелюбию, с самого начала показавшимися мне неискренними.
— А мы гадали, куда ты делась, моя дорогая, — добавила Эстер. Ее темные глаза посмотрели на Неда, потом опять на меня. — Джордж вернулся из Рая, он хочет тебя видеть.
Прежде чем я вошла в комнату, интуиция подсказала мне, что разговор будет неприятным. Аксель находился в гардеробной; услышав, что я вошла в апартаменты, он отпустил лакея. Потом появился в гостиной, где я ждала его. Он приблизился ко мне и произнес слова приветствия.
— Ты доволен поездкой в Рай? — поспешила спросить я. — Хорошо, что ты успел сегодня вернуться к обеду.
— Когда я прибыл сюда, меня удивило твое отсутствие в доме, — сухо произнес он и протянул руку в сторону камина. — Присядем.
Я села на край стула с высокой спинкой и сплела руки на коленях. Мое сердце громко стучало; я старалась не выдавать своего волнения.
— Элис сказала мне, что утром ты провела с ней некоторое время, — сказал он. — Вижу, ты последовала моему совету.
Я принялась подробно рассказывать о моем общении с Элис. Он слушал внимательно. Когда я замолчала, не зная, что еще я могу сказать, он произнес:
— Расставшись с Элис, ты, кажется, отправилась гулять с Недом.
— Да, мы ходили в Хэролдсфорд. Отнесли еду матери Элис. Но как ты...
— Эстер видела, как вы уходили.
Мы помолчали. Меня возмутило, что Эстер шпионила за мной, но я сумела прикусить язык и не выдать своих чувств.
— Понятно, — сказала я.
— Ты помнишь, что я запретил тебе ехать с Недом в Рай?
— Помню.
— Наверное, ты уже поняла, что я не хочу, чтобы ты общалась с ним.
— Я догадалась об этом.
— Однако ты отправилась в Хэролдсфорд вместе с ним!
— Это произошло случайно.
Я объяснила, как все было.
— Я не думала, что ты будешь против, — добавила я, — иначе я бы не пошла.
— Я не хочу, чтобы тебя видели в его обществе, — резко сказал Аксель. — У Неда плохая репутация, особенно в отношении девушек твоего возраста, он вступает в контакт с людьми, от которых тебе следует держаться подальше. Ты забываешь, что теперь ты — хозяйка Хэролдсдайка, а не простая школьница, к чьим проделкам можно относиться снисходительно.