Дом под номером 14
Шрифт:
***
Старенький магнитофон подпрыгнул, взвизгнули динамики, огоньки на шкале ярко вспыхнули один за другим и загорелись ровным светом. Раздался веселый, несколько игривый голос ведущего.
— Поймала, — победоносно воскликнула Гермиона, подскочив на месте и повернувшись к Драко. — Поймала, Мерлин! Я поймала.
Он спокойно отложил бумаги, которые перебирал до этого, и медленно потянулся, придвинувшись ближе, сохраняя невозмутимый вид, но мне отчего-то показалось, что он разделял радость Гермионы.
— Сегодня не время говорить о потерях, разочарованиях и прочих горестях, —
Гермиона вздрогнула и вновь посмотрела на Драко; в ее взгляде плескалось изумление, и, изучая их лица, я не сразу заметила, как пальцы Грейнджер крепко обхватили ладонь Драко, судорожно стискивая и сжимая все сильнее с каждый словом, доносившимся из магнитофона.
— Я не хотел говорить этого до последнего, Бруно, не горю желанием и сейчас, — проговорил низкий, неторопливый голос, — но все же я… нет, мы — мы все — можем смело заявить, что не согнулись под гнетом, мы держимся и твердо стоим на ногах. Не хотелось бы зазря обнадеживать наших слушателей, но, — на мгновение говоривший замялся, однако закончил твердо и уверенно: — Кажется, у нас есть все шансы победить в этой войне.
— Спасибо, Ромул, я и, уверен, все наши слушатели вместе со мной счастливы слышать это, — жизнерадостно отозвался ведущий.
Но Ромул, как оказалось, не закончил. Будто вспомнив нечто особо важное, он перебил Бруно и сбивчиво заявил:
— Но всем нам придется неслабо поработать во имя общей победы. Будьте стойкими, друзья, и продолжайте бороться… — голос постепенно затих, на заднем плане послышалось тихое шипение, которое становилось все громче и вскоре перекрыло все остальные звуки. Гермиона вмиг оказалась у радио, вертя ручки, постукивая по крышке, но то более не подавало никаких признаков жизни, кроме дребезжащего шума.
Эфир окончен.
Я встрепенулась, осознав, что все это время стояла у забора недалеко окна и меня было прекрасно видно всем прохожим и жителям других домов. Вот это прокол.
Я поспешила уйти, пообещав себе, что позднее обязательно обдумаю произошедшее и постараюсь разобраться.
Как старалась всегда.
***
«Война», «визжать и вздрагивать», «победа», «придется неслабо поработать», «не согнулись под гнетом» — по отдельности все слова и фразы имели для меня определенный смысл, но вместе…
Я терялась в догадках. С непоколебимой уверенностью могу заявить, что услышанное — подслушанное — в тот день было самым странным и причудливым за все годы. И к тому же немножко пугающим.
Война.
Что бы это могло значить?
***
Спустя три недели.
Гермиона выскочила из дома следом за Драко, стараясь не отставать от
— Нам нужен экстракт бадьяна и рябиновый отвар, обязательно запасись настойкой растопырника, захвати несколько укрепляющих, — Гермиона притихла, нахмурившись, и, кажется, тщательно обдумывала, каким еще премудрым названием поразить меня. Внезапно ее взгляд смягчился и как-то посветлел, когда она посмотрела на Драко и ласково произнесла: — И, пожалуйста, не забудь противоожоговую мазь.
Они остановились у калитки, и его губы резко дернулись, на лице стремительно появилась улыбка, которую он умело, хоть и чуть запоздало, перевел в лукавую усмешку.
— За ней я всегда смогу прийти к тебе.
Я знала, видела — она попыталась удержаться и остаться серьезной и собранной, подавить в себе все то, что вызвали эти слова и эта улыбка, но мы — все трое — понимали, что у Гермионы не было ни единого шанса.
Она смущенно рассмеялась и протянула руку, хлопнув Драко по плечу. Точнее, намереваясь хлопнуть, потому как Малфой успел перехватить ее ладонь, и, единожды поймав Гермиону, он уже не собирался отпускать ее.
Я задержала дыхание, когда заметила, как пальцы Драко легли на талию Грейнджер, а ее ладонь примостилась на его плече, а затем, выждав пару секунд, Гермиона начала что-то взволнованно нашептывать Малфою практически в самое ухо. Мое лицо покраснело практически так же сильно, как и ее, когда я представила себе, какие слова могли витать между ними.
— У меня осталось немного Кровевосстанавливающего, а у Молли наверняка найдется несколько флаконов Костероста для тебя… — донесся до меня проникновенный шепот, и я откинулась на подушки, стараясь найти хоть что-то романтичное в этих словах.
***
Рыжее пятно мелькнуло во дворе четырнадцатого дома.
Кажется, кому-то надоело сидеть в четырех стенах. Несмотря на погоду — конец февраля еще не радовал жарой и знойным солнцем, как ни крути — кот Гермионы не выдержал и отправился в обход по своим территориям. Мое настроение мгновенно поднялось, когда я увидела, как располневший, кажущийся из-за пушистой шерсти огромным котяра носится по двору, путаясь лапами в траве, напрыгивая на камни и зазевавшихся птиц и даже предпринимая попытки покорить ближайшие деревья.
Я думала, что за несколько часов, которые он провел во дворе, усталость сразит его, и, оказавшись дома, изнуренное животное поскорее отыщет себе местечко, чтобы наспаться вволю, однако, когда Гермиона принесла его домой, он первым делом нагрянул к Драко, запрыгнув на стол перед ним, и топтался там, упрашивая погладить, пока Малфой не выдержал.
И погладил.
***
Он бежал вперед, смешно перебирая лапками, иногда путаясь и спотыкаясь на ровном месте, иногда подпрыгивая и начиная кружить вокруг собственной оси то ли в попытке укусить себя за хвост, то ли ради моего веселья. Поводок каждый раз натягивался, тихонько вибрируя, а если происходила резкая остановка, он змеей опутывал лапы моего нового друга.