Дом пепла
Шрифт:
– Именно.
– Почему же?
– Бен сказал, что хочет помириться со своей девушкой. Я не использую вуду для подобных дел. Я отказал ему.
– И он нашел кого-то другого, кто ритуал всё-таки провел. И мистера Тайлера на нем убили.
Даниэль кивнул. Видимо, решил играть в сотрудничество с полицией. Уилл не сомневался, что он просто прикинул, что им и так скорее всего всё это известно, а значит, нет смысла недоговаривать.
Что ж, сосед Бена утверждает, что видел, как Даниэль заходил в квартиру Бена именно неделю назад. Если
Если, конечно, это предумышленное убийство, а не случайное.
И если Даниэль Эш говорит правду и его не было в тот вечер с Беном Тайлером.
– Спасибо, мистер Эш, - сказала Джесси.
– Если у нас появятся еще вопросы, мы свяжемся с вами.
– Что за ритуал?
– подал голос Уилл.
Даниэль перевел взгляд на него и, казалось, оценивал. Что мог понимать в этом детектив, если задал вопрос, о котором Джесси даже не подумала. На самом деле, Уилл куда меньше разбирался в вуду, чем хотел показать, но Даниэлю Эшу об этом знать не обязательно.
– Несколько вопросов лоа, - сказал Даниэль.
– Личного характера.
Что значило, он не расскажет подробностей. Уилл мог попробовать надавить, но подозревал, что с Даниэлем будет не так просто, а пока не возникло острой нужды. Бена Тайлера убили обычным ножом, перерезав горло. В этом не замешана магия.
Хотя пущенная на перекрестке кровь не давала Уиллу покоя. Но его личные заморчоки не имеют отношения к делу.
***
Мэтт захлопнул дверь за детективами и обернулся к Даниэлю, продолжавшему облокачиваться на спинку дивана.
– Какого черта ты не сказал?
– прошипел Мэтт.
– Ты проводил ритуал для Бена! За неделю до его смерти!
Даниэль отвел взгляд:
– Я... это не казалось важным. Я никогда не хотел становиться кем-то вроде Бо Амброуза. Просто это был Бен, он попросил о помощи.
– Я очень рад, что ты такой отзывчивый, - едко сказал Мэтт.
– Почему молчал?
– Не хотел впутывать. Не думал, что тебе интересно.
– То есть я просто так к Амброузу тащился, потому что мне неинтересно?
– Мэтт, я...
– Ты не сказал! Даже сегодня у этого Абмроуза. Я узнаю от полиции. От сраной полиции!
– Прости.
– И что хотел этот придурок, Бен? Зачем понадобился ритуал?
Даниэль молчал, и внутри Мэтта всё клокотало. Страхи сегодняшнего дня, нервозность от призраков - оно всё превратилось в чистую ярость. Как будто что-то принципиально изменилось, если б Даниэль рассказал о ритуале.
– Остальное было именно так, как я говорил, - уклончиво ответил Даниэль.
– Бен снова просил ритуал, говорил, что из-за девушки.
– Дан, я тебя сейчас ударю. Что он хотел в первый
– Спрашивал о смерти. Он хотел узнать о смерти. Хотел... наслать проклятие на Кристофера Янга. Когда на Марселевом перекрестке он всё выложил, я отказался. Такой магией я не занимаюсь. Поэтому отказал во второй раз, подозревал, что девушка только предлог.
Внутри Мэтта всё кипело, клокотала ярость, которая ничуть не стала меньше от того, что он всё узнал.
– Ты не сказал мне о чертовой просьбе Бена.
– Бен моя проблема, а не твоя.
– Что еще ты от меня скрываешь?
Даниэль как будто отшатнулся, вцепился ладонями в спинку дивана. Он казался растерянным.
– Ничего. Мэтт, я никогда от тебя ничего не скрывал...
– Твоя проблема, говоришь? Вот и разбирайся сам. К черту всё это!
Развернувшись, Мэтт вышел из квартиры, старательно не смотря на Даниэля - и не отказав себе в удовольствии громко и раздраженно хлопнуть дверью.
6. Магнолии на костях
Садовый квартал выглядел осколком старого мира.
Того, где юг еще расчерчивали плантации хлопка, на которых трудились чернокожие рабы. Днем всё утопало в стрекоте цикад, вечером над полями разносились дикие барабанные ритмы для танцев, призывавших лоа.
Предки Эшей владели землей, жили в большом доме с колоннами, который утопал в душном колониальном мареве.
Насколько Мэтт знал семейную историю, плантацию Эши потеряли довольно быстро. Зато сколотили дело по продаже алкоголя, так что теперь большая часть бурбона на юге шла с их пепельным значком.
Ну, может не большая. Но значительная.
Тот же Кристофер Янг происходил из подобной семьи, у них до сих пор имелись полусгнившие останки былого величия где-то за городом, которыми они ужасно гордились. У Эшей только фамильный особняк, купленный в тот момент, когда они распрощались с плантаторскими мечтами.
Добротный старый дом. Каждое поколение Эшей чуть переделывало его, добавляло собственный след, порой незаметный, иногда весомый. Прабабка, например, пристроила мансарду. Бабушка создала в ней настоящий сад, который сейчас пыталась возродить Ли. Отец и дядя, когда он еще был жив, обустроили чердак. Тетя организовала оружейную витрину, а мать переделала кухню, наполнив ее современной техникой.
Мэтт рисовал висельников на обоях на втором этаже и считал, что этого вклада достаточно.
Отец любил говорить, что однажды дом перейдет к его сыновьям, они тоже поселятся здесь, но Мэтт с трудом себе это представлял. Сегодня же остальные предпочитали квартиры или дома в городе, а в семейном особняке жили родители и дед.
Именно к нему пришел Мэтт.
Садовый квартал он терпеть не мог. Выщербленный асфальт, неторопливое марево и свисающий с дубов испанский мох. В отличие от шумного центра, здесь царила умиротворенная атмосфера, только периодически встречались группки туристов с гидами.