Дом пепла
Шрифт:
– Дай мне пару минут, - глухо сказал Даниэль.
– Пожалуйста.
Мэтт кивнул, хотя Даниэль не мог его видеть. Плотно закрыл за собой обе двери в дом Амброуза, обычную деревянную и сетчатую. Потоптался, но садится рядом с Даниэлем не стал, облокотившись на перила крыльца.
Мэтт всегда с теплом относился к кузинам, они были младше, и он чувствовал что-то вроде самоуверенной гордости рядом с ними. Для них он тоже старший брат, который с важным видом расскажет о жизни и точно защитит. Пусть Стелла всего на год младше и сама кого хочешь
Даниэль был для Мэтта всегда, примерно как родители. И в отличие от них зачастую казался более... надежным. Его уверенность и умение держать всё под контролем наполняли хаотичного Мэтта спокойствием. Пусть позже Мэтт понял, что отчасти брат такой из-за лоа, которых нужно держать под контролем, это не меняло того, что он оставался крепкой мачтой посреди бушующего моря штормов.
Хрупким Даниэль был только однажды, после аварии и гибели Анаис. Тоже время, о котором Мэтт предпочитал не думать. Поначалу Даниэль вообще казался отстраненным и как будто... не совсем живым. Словно вернуться к жизни физически было делом пары минут, но вот во всем остальном гораздо сложнее.
С тех пор он реже улыбался, избегал трупов и так и не сошелся ни с одной другой женщиной. Мэтт тоже не заводил серьезных отношений, но был не прочь встретиться с девушкой. Даниэль же ни разу. Когда какая-нибудь красотка подходили к нему в баре, он вежливо улыбался, но сразу однозначно говорил, что его это не интересует.
Он умрет.
Вздрогнув, Мэтт замотал головой, как будто ожидал увидеть скорбного призрака, нашептывающего гадости. Окружающие дома сохраняли тишину, на крыльце кроме них двоих никого. Только недалеко продолжала надрываться лаем собака да ровно гудели цикады.
Что за чертовщина? Глюки ведь бывают слуховые?
Мэтт не был уверен, что правда что-то слышал. Он мог настолько задуматься о том времени, что ему показалось.
– Агата сказала, он почти как наемник.
– А?
Мэтт не сразу понял, о чем говорит Даниэль. Точнее, вообще не понял, старательно отмахиваясь от бившегося в костях «он умрет».
Даниэль выпрямился и повернулся, чтобы посмотреть на Мэтта. Как будто почувствовал что-то такое и хотел установить зрительный контакт. Это и правда помогло, Мэтт вспомнил, где он сейчас - и что перед ним Даниэль, с которым всё в порядке. Мертв только тот тип в доме.
– Бо Амброуз, - терпеливо пояснил Даниэль.
– Агата говорила, он средненький хунган, больше воспринимает вуду как способ заработка. Проводит ритуалы для приезжих, берет прилично денег и даже показывает неплохой результат. Звезд с неба не хватает, местные к нему ходят редко. Но за деньги он возьмется за что угодно.
– Взялся. В прошедшем времени. Он мертв.
Мэтт тут же пожалел о своих словах, заметив, как Даниэль стиснул зубы. Он-то наверняка старался забыть о виде трупа, специально шел по фактам,
Даниэль на мгновение зажмурился, стиснул кулаки, бледный, будто старающийся не рассыпаться на кусочки. Когда он открыл глаза, голос звучал ровно. Так ровно, как может звучать только в тот момент, когда очень стараешься:
– Бо Амброуз выполнял магические задачи за деньги и не гнушался никакими заказами. Он умер тоже от магии. Вряд ли своей.
– Кто-то заметает следы?
– Что?
Мысль явно заинтересовала Даниэля и отвлекла от собственных мыслей. Мэтту тоже показалась логичной:
– Амброуз проводит ритуал, после которого Бен в болоте с перерезанным горлом. После этого Амроуз умирает от колдовства. Тебе не кажется, что кто-то хотел замести следы?
– Убийства Бена? Тогда Амброуз лишнее звено. Если кто-то насылал проклятье, то сразу бы на Бена..
– Может, с Беном что-то пошло не по плану. Может, его не собирались убивать, и смерть стала случайной. Но за Бо Амброузом кто-то стоял и не хотел, чтобы его нашли.
– Мэтт, перестань смотреть процедуралы.
– Да послушай! Что-то здесь явно нечисто и обернулось уже двумя трупами.
У Мэтта перехватило дыхание, потому что на этот раз он хоть и не услышал, но отчетливо ощутил это «он умрет». В конце концов, у Даниэля уже было плохое предчувствие. Возможно, двумя мертвецами дело не ограничится.
– Мы даже не уверены, что Амброуз причастен к смерти Бена, - сказал Даниэль.
– Он мог быть свидетелем. Он знал, что произошло. Даже если не убил Бена сам.
– Предлагаешь спросить у него?
Мэтт хотел рассмеяться, но потом понял, что Даниэль это всерьез. Он же как раз недавно проводил ритуал, где пытались связаться с мертвецом. Над свежим трупом провернуть такое совсем просто.
Наверное, это сразу дало бы ответы на многие вопросы. Но Мэтт не был уверен, что готов сейчас встречаться с какими-то призраками и тем более требовать у них ответа. Кто знает, не потонет ли он при этом в глюках. Да и Даниэль не выглядел как человек, готовый возвращаться к мертвецу. Он, конечно, совершит ритуал, если нужно, но Мэтт не был уверен, что это не отразиться на самом Даниэле. Он и сейчас-то смотрел серьезно, но бледность никуда не исчезла, а руки он так стискивал вместе, чтобы не видно было, как они дрожат.
– Нет, - сказал Мэтт.
– Лучше еще процедуралов посмотрю. Выясним и без мертвецов. К тому же призраки врут. Амброуз наплетет что угодно, ненадежный свидетель.
Вообще-то призраки охотно рассказывали о своих убийцах и вряд ли Бо Амброуз пошел бы на попятную. Но призраки действительно врали точно так же, как и люди. Даниэля это удовлетворило, но явно расслабился и кивнул.
– Ты вообще хорошо знал Бена?
– спросил Мэтт.
– Нет, я понимаю, плохое предчувствие и всё такое... но вдруг всё связано только с ним?