Долина бабочек

Валерия Клеманс

Я боялась идти к нему. Нас разделяли какие-то шестьдесят метров. Дэвис не видел меня и не знал, что я стою недалеко от него. Как он не услышал шум моих ног, издававшийся при ходьбе?

Через несколько минут ожиданий появления собственной смелости, я всё же двинулась к нему медленными и тихими шагами.

Вдруг я заметила какую-то девушку, направлявшуюся к нему.

Я остановилась.

Незнакомка подошла к Мэтту и начала что-то говорить. Она выглядела старше нас, на лет двадцать – двадцать пять. Одета была очень странно для утренней

погоды, потому что на улице стоял холод: джинсовая куртка, майка с торчащим бюстгальтером, джинсовая юбка, черные колготки в сеточку и цветные кеды.

Между Дэвисом и этой девушкой происходила дискуссия, перешедшая в ссору. Неожиданно незнакомка притянула за руку Мэтта и… поцеловала его. И он не оттолкнул, лишь дотронулся до ее плеча.

Меня пробило в жар. Человек, признавшийся мне недавно в чувствах, находился передо мной и засовывал свой язык в чей-то рот.

– Воу. А я думала, что такое бывает только во взрослых фильмах.

Это были мои слова. Не знаю, зачем и для чего я их произнесла. Кажется, что я была обижена, но не понимаю до сих пор, почему. Я сама же закапывала все чувства к Мэтту, я и оттолкнула его вчера. А чего я хотела? Чтобы он признался в том, что испытывал ко мне, я бы некоторое время попсиховала и согласилась быть с ним? Серьезно? Что за детские фантазии?

Парочка, услышав меня, разорвала поцелуй. Дэвис смотрел на меня испуганными глазами, девушка вытирала кончики губ.

– Ну… удачи тебе повеселиться этим вечером, Ромео, – вырвалось из меня, – резинку использовать не забудь. И… – обратилась я к девушке, – Вы хотя бы знаете, что ему шестнадцать?

Прозвучав, как обиженный ребенок, я развернулась и побежала прочь из того места.

– Тебе шестнадцать?! – вопила ошарашенная девушка, – Ты говорил, что тебе двадцать!

– Ри… Рианна! – закричал Мэтт и ринулся за мной.

Через некоторое время я почувствовала его руку у себя на локте.

Всё-таки догнал.

Да еще и развернул к себе.

– Рианна, она ничего не значит.

– Отстань от меня … – вырываясь, ответила я.

– Рианна, послушай же!

– Иди… иди к черту, Мэтти, – я пыталась освободить свою руку, – Мы больше не сможем общаться, как раньше, понимаешь? – слезы текли по моему лицу. Они уже находились под носом, во рту, капали на грудь.

Я не хотела больше видеть этого человека. Слышать его голос, чувствовать его присутствие, вместе смеяться, наблюдая, как изменяется его выражение лица, обнимать, ощущая тепло, его руки на моей спине.

– Рианна…

«Боже…»

«Кажется, меня сейчас вырвет.»

Схватило живот. Я подумала, если не добегу до подъезда и не попаду домой, то меня стошнит на рубашку Дэвиса.

Еле вырвавшись, я всё же успела добраться до квартиры вовремя.

Всё кончено. Разумеется, у меня даже и мысли не было о том, что я могла бы помириться с Мэттом, сослаться на игру гормонов, а потом смеяться всей компанией над данным происшествием.

Но его попытка

поцеловать меня вскружила мне голову. Я злилась, наверное, из-за того, что дружеские отношения нарушены.

Меня вырвало, как только я забежала в туалет квартиры.

Пытаясь прийти в себя, я зашла в ванную, умыла лицо, по несколько раз обливаясь водой.

Сильно тряслись руки еще от не прошедшей истерики.

Принялась вытирать лицо.

Грохот.

Что-то разбилось.

Да нет же… Или да?

Я повесила полотенце и направилась на шум, доносившийся из кухни.

–… Мы не можем переехать на другой конец страны…

– Агата, послушай же…

– Марк, это штат Мэн, ты не думал…

– Мы переезжаем?! – подкравшись, спросила я.

– Очевидно, что да. – отец серьезно посмотрел на меня.

– Марк, Боже, что ты…

«Боже».

У меня не было сил даже о чем-то говорить. Не дослушав разговор родителей, я побежала в комнату, закрыла дверь, взяла телефон и позвонила единственному человеку, кто был всегда рад поговорить о насущном – Эмме. Всё происходило настолько быстро, мне казалось, что я просто сплю и вижу череду страшных снов.

Шли гудки, но ответа не последовало. Я записала аудио-сообщение на автоответчик:

– Эмма… Привет. Нужно срочно с тобой поговорить, потому что столько всего случилось за последние сутки, что я… Боже, мы с семьей переезжаем. Перезвони, как сможешь.

Закончив, я легла на постель и провалилась в глубокий сон.

Разбудило меня уведомление в телефоне, который всё это время лежал у моего уха.

«Сара Кэмпбелл прислала вам голосовое сообщение».

«Что?»

«КТО?»

«Что она делает у меня в контактах?» – подумала я, попутно открывая мессенджер и включая запись.

– Она – сплошной кошмар, типичное клише подростковых сериалов. Её родители какие-то психопаты, довольно часто обзывают ее, иногда могут побить и всё такое. Как что случается, тут же звонит мне, – голос остановился на пару секунд из-за звука полученного уведомления в телефоне, – о, видите, как раз то, о чем я и говорила, – далее человек включил аудио, – «Эмма… Привет. Нужно срочно с тобой поговорить, потому что столько всего случилось за последние сутки, что я… Боже, мы с семьей переезжаем. Перезвони, как сможешь.». Перезвони, как смо-о-ожешь! – передразнивая, сказал голос и начал смеяться, – Терпеть её не могу.

На этом запись оборвалась.

«Эмма?»

Боже.

«Что же ты наделала… Что я наделала?»

Слезы.

Очередные.

Почему я не могу их контролировать?

И почему я сразу не поняла, что это был всего лишь цирк?

Ночью я смогла проспать где-то четыре часа. В понедельник я пришла в школу рано – в половине восьмого утра. Поднявшись на смотровую площадку, я подошла к ограждению у края крыши и посмотрела на утреннее небо, на котором начали собираться тучи.

Дул сильный холодный ветер, обжигавший кожу.