Долина бабочек
Шрифт:
– Боже, Мэтт Дэвис со своими глупыми шутками сейчас находится рядом со мной? – шутливо и всё же недоверчиво спросила я.
Повернувшись к девочкам, я застала их переглядывавшимися в недоумении.
– Вы что, спали вместе? – воскликнула Джессика, увидев, что я смотрю на них.
В ответ все четверо засмеялись.
– Джесс, нам пятнадцать, о каком сексе идет речь? – продолжая смеяться, спросила Эмма Блейк.
– И что, что пятнадцать? – удивилась Питерсон, – Николь Джонс переспала со старшеклассником Стивом Сандерсом,
– Ну да, эти слухи определенно всё меняют!
В тот момент я почувствовала то, что не испытывала очень давно – облегчение и спокойствие. Отчаявшийся человек.
– Мы… мы познакомились и общались в лагере этим летом, – произнесла я, затем посмотрела на Мэтта, – не знала, что ты живешь здесь.
– А я не знал, что ты переехала из Орегона в эту дыру, – ответил он.
Я попыталась улыбнуться, затем обратилась к ребятам:
– Спасибо, что … постояли за меня. Огромное спасибо…
С того дня, как ни странно, началось наше общение, плавно перетекшее в дружбу. В школе общались втроем, так как Мэтт учился в другом месте, а после уроков встречались с ним в местном кафе.
Ох, Мэтт… Думаю, стоит написать о том, что он мне нравился, когда мы познакомились в лагере. Я получила от него отказ, но не унывала и просто общалась с ним, как с другом. «Боже, да мне всего лишь пятнадцать!» – думала я.
Я не заметила, как пролетело несколько месяцев. Благодаря трем людям я забывала о существовании тех, кто издевался надо мной, проблемы казались не такими уж серьезными. Мы говорили о политике, об искусстве, о любви.
Близилось моё шестнадцатилетие, я родилась в мае. Ребята уже отпраздновали свои дни рождения в феврале. На самом деле, я была удивлена, что они появились на свет в один месяц.
Шла середина апреля две тысячи пятнадцатого года. Тихий весенний вечер. Домой меня провожал Мэтт, Эмма осталась в школе в драматическом кружке.
По дороге Дэвис рассказывал какие-то смешные истории, суть которых я так и не поняла. В тот момент он вел себя как-то необычно: почему-то заикался, отводил взгляд и… смущался. «Что с ним сегодня? Заболел? Вроде… здоров, иначе бы его мама заперла своего единственного сына в больнице, » – проносилось у меня в голове.
Подойдя к подъезду дома, в котором моя семья снимала квартиру, я собралась обнять Мэтта на прощание, как мы это всегда делали. Но что-то определенно пошло не так. Он взял меня за руку и потянулся к моему лицу. Я успела отвернуть голову в сторону, затем оттолкнула друга. Я пребывала в диком удивлении.
– Что ты делаешь?!
– Я… Я думал… – заикаясь, произнес Дэвис.
– Что ты думал?! – кричала я.
– Ты… ты мне… нра… – пытался сказать он.
«Нравишься? Я нравлюсь ему?! Что?!» – вопила про себя я.
– Ну нет, – перебив Мэтта, я стала говорить, отрицательно тряся головой, – нет, нет, пожалуйста, остановись.
– Рианна, подожди…
– Я абсолютно уверена, что ты не за тем,
– Риа…
– Когда мы были в лагере, – продолжила я, перебив друга, – ты сказал мне, что я тебя не могу интересовать в романтическом плане. Ты говорил, что я не в твоем вкусе и не могу тебе нравиться, что я слишком низкая, что тебе не нравятся такие… упитанные, как я, – уже почему-то заведенная и яростная, кричала я. Меня буквально понесло.
– Рианна…
– Бож-же мой…
– Подожди…
– Мэтт! – кричала я, ткнув Дэвиса в грудь, игнорируя его попытки заговорить, – Я привыкла к тому, что мы стали друг другу, как брат и сестра!
На глазах проступили слезы. Резко отвернувшись, я побежала домой.
В десять часов вечера, когда родители уже вернулись с работы и благополучно спали, я стала получать сообщения от Мэтта, при этом не отвечала на них:
– Привет.
«Серьезно? «Привет»?» – подумала я. Он продолжал писать:
– Извини, что пытался… я не знал, что делать.
– Я надеюсь, что ты не отвернешься от меня, потому что твоя дружба для меня важна.
– А-а-а… Почему мне так сложно сказать, что я полный идиот?
– Мне и в голову не приходило, что я тебе нравился тем летом. Я думал, что ты так же, как и остальные девочки, хотела быть со мной из-за моей внешности. Извини, я не знал.
«Да, нашел, что сказать. «Внешности»! – произнесла я про себя, – Глаза, нос, рот, брови, голова, конечности. Просто человек. Можно испытывать влечение из-за внешности, но симпатию, влюбленность и любовь биологией не подкупишь, что бы про это ни говорили сотни «поживших» на этом свете людей».
– Эй, ты здесь?
– Я не знаю, как это вышло. Не знаю, когда ты начала мне нравиться.
– Ты же знаешь, что у меня отображается, что ты прочитала сообщения?
– Рианна, если ты не ответишь, я приду к твоей двери и буду звонить, пока ты не выйдешь и не поговоришь со мной!
«Этого мне еще не хватало, чтобы родители проснулись и устроили настоящий хаос, – подумала я, – ладно… Отвечу ему».
– Я здесь.
Временное затишье. Затем последовала надпись «Мэтти набирает сообщение»…
– Завтра воскресенье, я могу с тобой поговорить утром? Часов в 11 на футбольном поле?
«Что? Встретиться и поговорить? Боже мой, – мысли одна за другой пролетали у меня в голове, – Боже мой, Боже, Боже…»
– Пойдет, – отправила я.
«Пойдет? Серьезно? Что я наделала, что?»
Выключив телефон, я легла спать. Проворочилась всю ночь, заснуть так и не получилось. Утром, за полчаса до встречи, я наскоро оделась и выбежала из квартиры.
Шла не быстро, нервно дергая рукав куртки. Не доходя до ворот, окружавших футбольное поле, я заметила Мэтта, смотревшего куда-то вдаль. «Он уже здесь? – подумала я, – Сколько же он ждал меня?»