Доктор Сон

Кинг Стивен

Лежа в темноте, Джон сказал:

— Это ведь не совпадение, что отель, в котором ты жил в детстве, тоже в Колорадо?

— Нет.

— Этот Узел верных в том же городке?

— Да.

— И в отеле были привидения?

«Люди-призраки», — подумал Дэн.

— Да.

И тут Джон удивил Дэна так, что с него слетел уже наплывавший сон. Дэйв был прав: легче всего проглядеть то, что у тебя под носом.

— Ну, наверно, ничего странного. Если уж принять мысль, что сверхъестественные существа среди нас и нами же кормятся. Нехорошее место притягивает нехороших созданий.

Они должны себя там чувствовать как дома. Как ты думаешь, у этого Узла есть такие же места в других частях страны? Другие, не знаю… «холодные точки»?

— Наверняка.

Дэн прикрыл глаза локтем. У него болело все тело и стучало в висках.

— Джонни, я бы с удовольствием поболтал еще, как мальчишки в гостях с ночевкой, но мне надо поспать.

— Конечно, но… — Джон приподнялся на локте. — При прочих равных ты бы выехал прямо из больницы, как и хотела Люси. Потому что Абра тебе почти так же дорога, как им. Ты думаешь, что она в безопасности, но вдруг это не так?

— Так, так.

Он надеялся, что это правда. Должен был надеяться, потому что он просто не мог сейчас никуда ехать. До Нью-Йорка — может быть. Но ехать пришлось бы дальше, и ему необходимо было поспать. Все его тело молило о сне.

— Что с тобой, Дэн? Вид у тебя тот еще.

— Ничего. Я просто устал.

И он провалился, сначала в темноту, потом в запутанный кошмар, где он бежал по бесконечным коридорам, а за ним гналась некая Тень, размахивая молотком, отдирая со стен полосы обоев и вышибая из них облачка штукатурки. «Иди сюда, щенок! — ревела Тень. — Поди сюда, получи свое, будь мужчиной!»

Потом с ним оказалась Абра. Они сидели на скамейке перед Эннистонской библиотекой, освещенные солнцем позднего лета. Она держала его за руку. «Все в порядке, дядя Дэн. Все в порядке. Перед смертью твой отец выгнал эту Тень. Ты можешь не…»

Дверь библиотеки распахнулась со стуком, и на солнечный свет вышла женщина. Пышное облако черных волос развевалось над ее плечами, но залихватски сдвинутый набекрень цилиндр не падал. Он держался словно по волшебству.

— Ты смотри, — сказала она. — Никак Дэн Торранс, который украл у женщины деньги, пока она отсыпалась с бодуна, а потом оставил ее малыша на растерзание дяде.

Она улыбнулась Абре, обнажив единственный зуб. Он был длинный и острый, как штык.

— А что же он с тобой сделает, конфетка моя? Что он сделает с тобой?

10

Люси разбудила его точно в три тридцать, но, когда Дэн потянулся растолкать Джона, покачала головой:

— Пусть поспит подольше. А муж храпит на диване, — она даже улыбнулась. — Наводит на мысли о Гефсиманском саде. Как Иисус укоряет Петра: «Неужели ты не в силах прободрствовать со мной хотя бы час?» Ну или как-то так. Но мне, кажется, не за что упрекать Дэвида — он тоже это видел. Пойдем. Я сделала омлет. Судя по твоему виду, он тебе не повредит. Ты за удочкой спрячешься, — она остановилась, а потом добавила: — …брат.

Есть Дэну не очень хотелось, но он пошел за Люси на кухню.

— Так что он там тоже видел?

— Я разбирала бумаги Момо, чтобы как-то отвлечься, и услышала на кухне какой-то звон.

Люси

взяла Дэна за руку и подвела к стойке между плитой и холодильником. На ней выстроились в ряд старомодные аптечные банки, причем одна из них — с сахаром — была опрокинута. Сообщение было написано на просыпавшемся сахаре.

«Все норм… Пойду досыпать. Лю».

Несмотря на свое самочувствие, Дэн вспомнил о грифельной доске и не мог не улыбнуться. Это было так похоже на Абру.

— Наверное, она проснулась только для того, чтобы это написать, — сказала Люси.

— Я так не думаю, — возразил Дэн.

Люси взглянула на него от плиты, где перекладывала омлет на тарелку.

— Ее разбудила ты. Она почувствовала твое беспокойство.

— Ты правда так считаешь?

— Да.

— Садись, — Люси сделала паузу. — Садись, Дэн. Думаю, пора привыкать звать тебя так. Садись и ешь.

Дэн не чувствовал голода, но ему нужна была энергия. И он подчинился.

11

Она села напротив со стаканом сока, купленного Кончеттой Рейнольдс в «Дин энд Ди Лука» в последний раз в жизни.

— Выпивающий мужчина средних лет, по уши влюбленная в него молоденькая женщина. Вот как я это себе представляю.

— Я тоже.

Дэн планомерно и методично поглощал омлет, не чувствуя вкуса.

— Будете… будешь кофе, Дэн?

— Если не трудно.

Мимо стойки с рассыпанным сахаром Люси прошла к кофеварке.

— Он женат, но благодаря своей работе попадает на большинство факультетских вечеринок, где полно хорошеньких девчонок. Не говоря уж о либидо, расцветающем под грохот музыки ближе к ночи.

— Похоже на правду, — заметил Дэн. — Может быть, раньше мама тоже ходила на эти вечеринки, но потом появился маленький ребенок, а денег на няню не было.

Люси протянула ему чашку кофе. Он отхлебнул прямо так, прежде чем она успела спросить, не пьет ли он его с молоком.

— Спасибо. Так или иначе, они встречались. Наверное, в одном из местных мотелей. Только не на заднем сиденье его машины — у нас был «Фольксваген-жук». Там не уместились бы и акробаты.

— Танцы-шманцы-обжиманцы, — вставил Джон, появляясь на кухне. Волосы у него на затылке растрепались от сна. — Так это когда-то называлось. А еще омлет остался?

— Полно, — ответила Люси. — Абра оставила записку на стойке.

— Серьезно? — Джон подошел прочитать. — Это она писала?

— Да. Ее почерк я узнаю из тысячи.

— Обалдеть, «Веризон» просто разорится.

Люси не улыбнулась.

— Садись и ешь, Джон. У тебя десять минут, потом я бужу нашу Спящую Красавицу на диване.

Она села.

— Продолжай, Дэн.

— Не знаю, воображала ли она, что отец бросит маму ради нее, и сомневаюсь, что ты найдешь ответ на это в ее сундуке. Если только она не оставила дневник. Все, что я знаю — со слов Дэйва и потом со слов самой Кончетты, — это что некоторое время Алессандра оставалась в Стовингтоне. Может, на что-то надеялась, может, просто развлекалась, может, и то, и другое. Но к тому времени, как Алессандра обнаружила, что беременна, она, наверное, сдалась… Мы тогда уже, может быть, вообще были в Колорадо.