Доиграешься, девочка!
Шрифт:
Разговор за едой плавно переходит на личные темы. Я даже не заметила, как Надежда Валерьевна меня втянула в диалог.
— А что с отцом Глеба? — интересуюсь, когда разговор плавно подходит к этому вопросу.
— Он нас бросил, — женщина спокойно пожимает плечами. — а потом через несколько лет вроде как пытался вернуться, — и горько усмехается. — Сын-то уже миллионером на тот момент стал, почему бы не воспользоваться?
— А вы? — аккуратно интересуюсь, но женщина снова слишком уж безразлично воспринимает мой вопрос.
— А
— Не захотел?
— Это его выбор, деточка. Я не вправе ему указывать, с кем общаться, с кем встречаться, на ком жениться.
Чувствую, сейчас мы снова перейдем плавно на бывшую жену Глеба, а мое настроение резко упадет.
Надо как-то спасать ситуацию.
Что бы еще такое у тетки спросить!
«Спроси, где она работала!» — мой внутренний голос очень уж вовремя дает о себе знать, и я, воодушевившись, только открываю рот, как моя спутница меня опережает:
— Ты мне лучше расскажи, как вы с Глебом познакомились, — женщина улыбается, облокачиваясь на стол одной рукой, а после подпирает подбородок ладонью — Обожаю романтические истории.
Влипла я! По самое не могу!
А ведь мы так и не придумали историю нашего «романтического» знакомства.
И что теперь делать?
Прямо сейчас я готова убить Глеба Мраморного…
Глава 27
Интересно, как там мои девочки проводят время? Янина еще терпит мамулю? Или уже послала эту любопытную Варвару куда подальше?
Если честно, то я сам долго не могу вынести тарахтение моей ненаглядной мамули. Она любого доведет до белого каления своими вопросами и нравоучениями. Как будто все вокруг — маленькие дети.
Особенно я…
— Глеб Сергеевич, не занят? — в дверной проем засовывается голова финансового директора, по совместительству моего друга.
— Заходи, — я громко вздыхаю, только сейчас понимая, что уже длительное время тупо бездельничаю.
Сижу, откинувшись на спинку кресла, и… мечтаю. Даже не могу точно объяснить, о чем, но вроде как в моих мечтах все довольно радужно. И позитивно.
Лишь бы мама не подкачала…
— Физиономия довольная, — Виктор прищуривается, усаживаясь на один из свободных стульев. — Светишься, как рождественская елка, — продолжает меня пристально сканировать. — Ты влюбился, друг мой ненаглядный?
— Типун тебе на язык, — я смеюсь в ответ.
— И кто она? — не унимается Витя, а я лишь закатываю глаза в ответ.
— Отстань, — еще и отмахиваюсь от него, но от моего друга так просто не отделаешься.
Он въедается в тебя, как клещ, пока не выудит всю информацию. Вот же…
Сейчас, чувствую, начнется…
— Значит, я прав, — Виктор с довольной улыбкой откидывается на спинку стула. — Как развод?
— Черт! —
Как только главный финансист уйдет, нужно срочно связаться с юристом. Я еще вчера хотел, но как-то все закрутилось. А утром мама, Янина, шоппинг, моя, как выразился друг, довольная физиономия.
Какой же тут может быть юрист!
— Потеря памяти — это еще одно доказательство того, что в твоей жизни появилась женщина, — Виктор снова умничает, а я лишь фыркаю в ответ:
— Временная!
— Ага, — кивает Виктор и продолжает улыбаться.
Хотя его улыбка больше похоже на оскал. Ехидный такой, что хочется треснуть финансиста чем-нибудь тяжелым.
Чтобы больше не скалился!
— Ты пришел надо мной поиздеваться? — я немного выхожу из себя, правда, ненадолго.
Раздается звук входящего сообщения на мессенджер. Это может быть интересно. По крайней мере, любопытно, поэтому я отвлекаюсь от лицезрения Виктора, беру телефон со стола и открываю это самое входящее сообщение.
«Смотри, слюной не подавись!» — моя мамуля тоже в ударе, но в этот раз я ей прощаю.
Так как взгляд останавливается на фото ниже. Интересно, когда эта старая аферистка успела заснять девчонку? Еще в столь сексуальном платье, едва прикрывающем попу. Получилось отлично! Взгляд впивается в девичью фигуру, лицо, грудь…
— Я же говорил! — слышу ехидное над ухом и начинаю стонать, понимая, что слишком уж увлекся рассматриванием красивой девушки.
И не заметил, как злобный финансовый директор неслышно подошел ко мне и сунул свой нос в мой телефон.
— Слишком много вас, говорунов, развелось, — я блокирую экран и откладываю телефон в сторону. — Рассмотрел?
— Слушай, — слегка кривится мужчина, а после направляется к стулу, где сидел до недавнего времени. — Я ее где-то видел.
— И что? — я снова откидываюсь на спинку кресла и слегка развожу руками в разные стороны.
— Лицо до боли знакомое, — продолжает распинаться финансист, немного хмурясь. — Ну, вот крутится в голове.
— Не успокоишься же, — я фыркаю, на что мой друг мотает головой из стороны в сторону. — Всем мозг вынесешь, пока не узнаешь, — теперь уже усмехаюсь, а мой собеседник приподнимает одну бровь вверх. — Янина Александровна Захарова.
— Точно! — восклицает Виктор и зачем-то тычет пальцем в мою сторону. — Видел ее пару раз на приемах, но давно. Она сильно изменилась. Даже…
Финансист замолкает, меняется в лице, а я, наоборот, улыбаюсь, понимая, что до моего друга только сейчас дошло. Видел, конечно же. И вспомнил бы, сто процентов.
Только еще много кто об этой тайне узнал бы.
— Да, — я подтверждаю его догадки, которые уже ярко-красными буквами вырисовываются у мужчины на лбу. — Это его дочь.
— Глеб, ты в своем уме?