Дочь Льва
Шрифт:
Он собирался ждать на палубе, пока Рыжий Лев будет у Исмала. Однако Исмал попросил Джейсона позвать лорда Иденмонта.
Вариан встал возле узкой койки. Голубые глаза Исмала опухли так, что почти не открывались, чувственный рот рваным комом возвышался на разбитом лице.
— Вы хорошо дрались, — прошептал Исмал.
— На дуэли у меня это получается гораздо элегантнее, — невозмутимо ответил Вариан. — В будущем рекомендую дуэли. Это аккуратнее, и правила определены четко. Каждый точно знает, что делать.
—
— Я выкрал ее обратно, — сказал Вариан, — и отомстил. Я знаю, что вы, албанцы, на десятилетия растягиваете месть, как мы — судебные тяжбы. Тем не менее я был бы признателен, если бы вы согласились прекратить нашу вражду.
— Нет. — Исмал попытался поднять голову, но сморщился. Он лег обратно, здоровая рука раздраженно вцепилась в одеяло. — Я назвал ее своей шлюхой.
— Но она ею не была. В этом вы не сходились во мнениях. Распухший рот скривился — это означало улыбку.
— Это она вам так сказала?
— Она не стала бы напрашиваться лечить вас, если бы вы ее опозорили. Ей незачем было это говорить, а мне незачем спрашивать.
— Вы не дурак.
— Благодарю вас.
Исмал посмотрел мимо него, в сторону двери:
— Рыжий Лев.
Джейсон подошел к кровати.
— Сделай милость.
Джейсон достал из кармана маленькую расшитую сумочку.
— Исмал пытался украсть вашу жену, — сказал он, — и старался вас убить. Несмотря на эти преступления, вы позволили жене облегчить его страдания. Если Исмал выживет, он будет обязан вам жизнью. Это обстоятельство для него — тяжесть, которой он не может вынести.
— Я не…
Джейсон сделал ему выговор:
— Не прерывайте, Иденмонт. Это церемония. Вариан покорился.
— Он ценит вашу жену выше, чем обычных женщин, — продолжал Джейсон. — Как и многие его сограждане, он согласен, что маленькая воительница стоит двух мужчин. Кроме того, нужно также принять в расчет ее мастерство целительницы, а также ваш статус принца. Наконец, он сам благородной крови, и его честь стоит дорого. Его подсчеты сводятся к этому. — Джейсон подал ему сумочку.
Вариан посмотрел на больного.
— За мою честь, — сказал Исмал.
Вариан высыпал содержимое на ладонь: бриллианты, изумруды, сапфиры, рубины.
— О Господи, — пробормотал Вариан.
— Принимая это, лорд Иденмонт, вы соглашаетесь, что позор Исмала стерт, и больше он вам ничем не обязан. Вы заявляете, что ваша честь удовлетворена, и две ваши семьи пребывают в мире. Таким образом учитывается и моя честь, — пояснил Джейсон.
Вариан ошеломленно смотрел на драгоценности в своей руке.
— Недостаточно! — раздраженно воскликнул Исмал. — Я же говорил тебе, Рыжий Лев, этого мало…
— Нет, нет, что вы, достаточно, — перебил его Вариан. — Я бы сказал, что этого слишком
— Вот видишь? — посмотрел на Джейсона Исмал. — Он понял лучше, чем ты думал. Не все англичане тупоголовые.
— Я понимаю, что такое оплата, — сказал Вариан, ссыпая камни обратно в сумку. — Было время, когда в моей стране так же улаживались конфликты. Иногда и сейчас. Чего я не понимаю, так это зачем вы проделали весь этот путь за шахматами, если у вас целое состояние в бриллиантах?
— Я приехал отомстить, — объяснил Исмал. — Сэру Джеральду. Остальное… судьба, наверное. — Он посмотрел на Джейсона. — Или мое глупое высокомерие.
— Вполне понимаю вас, — сказал Вариан. — Эсме и меня довела до крушения.
Глава 33
Уйдя от Исмала, Эсме с трудом дотащилась до комнаты, которую им зарезервировал Джейсон. Она ухитрилась помыться, переоделась в приготовленное для нее платье, съела почти весь завтрак и повалилась на кровать. Она проспала до полудня, когда Вариан с Джейсоном пришли ее забрать.
Они остались глухи к ее просьбам остаться в Ньюхейвене и отдохнуть и затолкали в карету. Через минуту она была полностью захвачена рассказом Джейсона. Он начал издалека — как двадцать пять лет назад влюбился в Диану, как из-за предательства Джеральда потерял ее и все свое имущество. Он сослался на предсмертное откровение ее дяди, с его удивительным открытием насчет тетки Эсме — Дианы, которая манипулировала злобным умом сэра Джеральда, направив его против Джейсона, и наказала мужа ложной уверенностью в ее измене.
— Я восхищаюсь тетей, которая придумала ему такое наказание, — сказала Эсме, прервав отца, — но это не меняет того, что он сделал. Он разрушил твою жизнь..
— Я пытался раньше тебе объяснить, — ответил Джейсон. — Я так или иначе двигался к разрушению помолвки. Джеральд только ускорил неизбежное. Я давно понял, что женитьба на Диане была бы роковой ошибкой. Мы оба были своенравны и эгоистичны. Ты не знала меня таким, каким я тогда был. Ты понятия не имеешь, как меня изменила Албания и особенно твоя мама. Диана тоже изменилась. Когда мы встретились в прошлом году, мы были совсем другие люди.
— Своенравным — да, но чтобы ты был эгоистичным — никогда не поверю, — возразила Эсме. — Ты послал ей шахматы стоимостью пять тысяч, когда сам остро нуждался в деньгах.
— Дорогая моя девочка, я не имел ни малейшего представления, сколько они стоят, — нетерпеливо проговорил он. — Я их выиграл в карты.
Эсме больше не открывала рта, пока рассказ Джейсона не подошел к тому утру, когда он ждал на пристани Исмала, чтобы его схватить… и обнаружил, как неимоверно осложнилась его задача, потому что из кареты вылезла Эсме.