Добыча
Шрифт:
Сколь бы новаторским ни был этот проект, Рикки оставался связанным требованиями Пентагона, и конечный его продукт военных не удовлетворял. Да, «Ксимос» построила летающую камеру, превосходно показавшую себя в ходе испытаний в закрытых помещениях. А вот снаружи малейший ветерок раздувал ее, точно облачко пыли.
Команда инженеров «Ксимос» пыталась модифицировать основные блоки, повысив их мобильность. Но пока безуспешно. Тем временем Министерство обороны разочаровалось в нанотехнологии
– Так вот почему Джулия в последние недели так старалась найти инвесторов.
– Правильно, – откликнулся Рикки. – Если честно, к Рождеству наша компания может вылететь в трубу.
– Рикки, я программист. Я не могу решить проблему мобильности агентов. Это вопрос технический. Не моя сфера.
– Да я знаю. – Он помолчал, нахмурясь. – По правде сказать, мы думаем, что в решении мог бы помочь программный код.
– Код? В решении чего?
– Джек, я буду с тобой откровенен. Мы совершили ошибку, – сказал он. – Но это не наша вина. Клянусь. Виноваты строители.
И он объяснил, что строители забыли установить фильтры в одном из четырех основных вентиляционных каналов.
– Они и пазов-то для них не прорезали, так что строительные инспекторы даже не поняли, что чего-то не хватает. Инспекторы подписали акт приемки здания, мы начали работу и три недели спустя выбросили в окружающую среду неотфильтрованный воздух.
– С какими загрязнителями? Рикки прикусил губу:
– Всего понемногу.
– Вы выбросили Е. coli, сборщиков, конечные молекулы, все?
– Да, так получилось. Около двадцати пяти килограммов.
Рассказывая об этом, Рикки нервничал все сильнее. Я не понимал, в чем тут причина. Столь малое количество вещества, если только оно не высокотоксично и не радиоактивно – а здесь об этом речи не шло, – ущерба окружающей среде нанести не способно.
– Ну и что, Рикки? – сказал я. – Эти частицы разнесло ветром по пустыне. Они распадутся под воздействием солнечного света и космического излучения. Несколько часов или дней – и их нет. Верно? Рикки пожал плечами:
– На самом деле, Джек, тут не…
И в этот миг зазвучал сигнал тревоги.
Сигнал был тихий – мягкое, настойчивое жужжание, – но Рикки он заставил подскочить.
– В чем дело? – спросил я.
– Что-то привело в действие систему тревоги сигнализации периметра. – Он снял с пояса рацию. – Винс, поставь защиту.
Переговорное устройство потрескивало.
– Защита поставлена, Рикки.
– Подними давление.
– Оно уже выше базового. Поднять еще?
– Нет. Оставь как есть. Мы его уже видим?
– Пока нет.
– Черт!
Рикки повесил рацию обратно на пояс и быстро застучал по клавиатуре. Экран компьютера разделился на полдюжины изображений, поступающих с камер системы безопасности, расставленных
Я ничего не увидел. Одни лишь пустынные кустарники да кое-где кактусы.
– Ложная тревога? – спросил я. Рикки покачал головой:
– Чтобы обнаружить его, потребуется несколько минут.
– Что обнаружить?
– Вот это.
Он ткнул пальцем в экран и опять прикусил губу.
Я увидел маленькое взвихренное облачко темных частиц. Оно походило на пылевой столб, закрученный потоками горячего пустынного воздуха. Но только это облачко было черным и постоянно меняло форму.
– Что это? – спросил я.
– Я надеялся, ты мне это объяснишь.
– Похоже на рой агентов. Это что, твои камеры?
– Нет. Что-то другое. Оно не подчиняется радиосигналам. Мы уже около двух недель пытаемся установить с ним контакт, – ответил он. – Оно создает электрическое поле, которое мы можем измерить, но взаимодействовать с этим полем нам по какой-то причине не удается.
Я нахмурился.
– Рой – это совокупность машин, микророботов. Почему у них не кончается энергия? И почему, собственно говоря, вы не можете им управлять? Если частицы обладают способностью роиться, между ними должно существовать какое-то электрическое в своей основе взаимодействие. А значит, у вас есть возможность управлять роем – по крайней мере разрушить его.
– Все верно, – ответил Рикки. – За исключением того, что мы этого сделать не можем.
– И ты вытащил меня сюда…
– Чтобы ты помог вернуть эту чертовщину назад.
День шестой: 9.32
Все те годы, которые я потратил на программирование агентов, нам и в голову не приходило, что могут потребоваться более серьезные средства контроля над ними, что агенты способны обрести независимость. Ведь им же приходится получать энергию из какого-то внешнего источника, такого, как электрическое или микроволновое поле. Все, что нужно сделать, – это отключить поле, и тогда агенты умрут.
И вот Рикки говорит, что уже несколько дней это облако самостоятельно поддерживает собственное существование. Бессмыслица какая-то.
– Откуда оно берет энергию? Рикки вздохнул:
– Мы создали устройства с маленькой пьезокристаллической пластиной, которая позволяет генерировать ток благодаря ударам фотонов. Это вспомогательный источник энергии – однако они, похоже, ухитряются обходиться только им.
– То есть работают на солнечной энергии?
– Правильно. И сохраняют заряд в течение трех часов.
– Ладно, хорошо, – сказал я. – Стало быть, запаса энергии им хватает на три часа. А что происходит ночью?
– Предположительно, за три часа темноты они лишаются энергии и падают на землю. Мы выходим на поиски каждую ночь, но пока их не нашли.