Добрый
Шрифт:
Собственно, сейчас я был со своей худощавой пятой точкой согласен как никогда. Искрящееся и играющее всполохами пламя уже не текло двумя ровными реками от огненного гейзера, образованного этими двумя саламандрами-переростками. Оно обогнуло их по дуге и, оставив им два островка каменного основания пещеры, захватывало новые свободные пространства с настойчивостью морского прилива. Моё внутреннее Я, ещё не согласное повторить плачевную участь Жанны д’Арк, металось взглядом по пещере в надежде найти ту последнюю соломинку. Но увы. Данная
— Эй, жар-птицы, может, хватит?! — попытался я докричаться до двух принцесс сразу. — Тут сейчас человек заживо прожарится.
Ответ на мои вопли был ровно никакой. Ни одно ухо не дёрнулось, не говоря уже о мимолётном взгляде в мою сторону.
— Я говорю, спички детям не игрушка, а огнемёты в бабских руках — мировой катаклизм локального масштаба.
Куда там! Проще было выпросить понимания у стены, которую я сейчас подпирал, и уговорить её расступиться компактной, но длинной пещеркой для моего быстрого исчезновения с огненного поля боя.
— Всё, курицы, вы меня достали. А ну, на «раз» — сидеть, на «два» — смирно, на «три» — погасить пламя! — Во мне проснулся мой ротный, лихо командовавший мной в армии. Хотя даже ему я сейчас бы дал сто очков вперёд. — Кому непонятно со стороны головы — занесём со стороны задницы. Вмиг пятиконечных звёзд на ягодицах нарисую.
— Убью! — голоса Хлои и Мары слились в едином порыве.
Их «огнедышащие» взгляды вдруг уставились в мою сторону. Огненный торнадо мгновенно перестал бушевать на одном месте и ринулся в направлении меня, набирая скорость с каждой секундой.
Наверное, на моём лице застыла гримаса вселенского, безмолвного ужаса. Да что там, наверное, точно застыла, хотя я себя и не мог видеть со стороны. Помню только, что рот мой перекосился в беззвучной гримасе. Глаза прямо выкатились из орбит и уставились, не мигая, на приближающийся огненный столб, ревущий уже в десятке сантиметром до меня.
И всё... Сознание милостиво решило не подвергать меня последнему жизненному испытанию — сгоранию в геенне огненной. Судя по всему, у моего сознания было больше человечности, чем у меня. А я ведь даже не успел его поблагодарить. Но, думаю, оно не обиделось. Ведь любой бы на моём месте не успел.
Глава 5
Глава 5
— Дура ты, Мара, чуть человека не угробила!
— Нет, вы посмотрите на неё! Это я дура? А сама-то лучше, что ли? Накинулась на Серёжу, как разъярённая фурия. Кто кричал «убью!»?
— Ты.
— И ты.
— Ну ладно, вместе кричали. А дура всё равно ты. Если бы не накинулась на меня, ничего бы и не было. С какого перепугу тебя понесло?
— А кто войну против варов развязал? Матушка твоя. Ни с того ни с сего. Всё было мирно, тихо, по-дружески, как добрые соседи. И на тебе... И главное — коварно,
— Войну... матушка... Мара, не неси бред...
— Слушай, я тебя сейчас точно прикончу, если не замолчишь. А так, просто возьму в плен и обменяю на окончание войны. Я, когда тебя на поляне увидела, аж завизжала от счастья. Надо же, такая удача! Сама в руки пришла. Вот, правда, засомневалась немного, слишком просто тебя оказалось в дурманный сон ввести. Даже сопротивления не было. Хотя силы вокруг тебя витали. Но подумала, вдруг морок сильный.
— И ты решила проверить? Побег устроить и по катакомбам погонять.
— Должна же я была убедиться.
— А братьев зачем отпустила?
— Сдались они мне. Принцесса ты. Сестёр у тебя нет. Власть наследуешь ты. А их пои, корми, на обмен транспортируй. Сами доберутся — не маленькие.
— Ты говоришь — война. А если их убьют по дороге?
— Обижаешь, варам дан приказ их не трогать и даже оберегать. А до своих доберутся — там уж они принцы. Мне их жизни не нужны, я не такая кровожадная, как некоторые. Да и взять тебя было проще одну, я же видела, что ты из последних сил. Побоялась даже, что скончаешься от усердия, и накроется весь обмен пушистым холмиком. Но нет, справилась.
— Ты говоришь, что мы вам войну объявили?
— Объявили?! Да вы напали как последние гургуты. Половина наших земель в крови захлебнулась, пока достойный отпор дать смогли. И вот уже несколько месяцев война идёт. Мы, конечно, пытались понять, в чём дело. Даже парламентёров к вам засылали. Но ни один так и не вернулся. Вот так бы и пристукнула тебя, если бы не шанс всё это закончить. Думаю, что матушка твоя ради любимой доченьки-наследницы пойдёт на это.
— Нету её больше, Мара.
— Кого?
— Матушки. Убили её.
— Давай рассказывай мне сказки. Я сейчас только ушки поразвесистее распушу и буду внимать каждому твоему слову.
— Да пойми ты, дурёха малолетняя, переворот у нас случился.
— Будешь хамить — верну не целую, но дееспособную.
— Помолчи хоть минутку! Переворот, говорю, у нас случился. Родителей убили, меня с братьями закинули в другое измерение. Кто-то сел на трон! Вот только не знаю кто.
— И весь народ в едином порыве им сразу поверил и пошёл войной на самых дружелюбных из соседей. Хлоя, чего ты мне в детстве сказок не рассказывала? Классно получается.
— Да не знаю я, почему поверил! Не было меня здесь! Не бы-ло-о-о.
— Ладно, хватит. Добровольно пойдёшь меняться или силой тащить?
— Куда тащить? Там меня сразу и прихлопнут как мать.
— Могли бы и до этого прихлопнуть, если бы хотели. Чего тянуть-то? Закидывать куда-то, силы на порталы тратить.
— Вот я и хочу разобраться, Мара. И за смерть родителей отомстить.
— Ладно, хватит спорить. Всё равно без толку. Попозже разберёмся. Давай вкусненького в чувства приводить.