Добрые Люди

Тихонов Дмитрий

Сэр Тормик закончил менять порох в пистолетах и теперь пятился вглубь зала от мелкого ручья воды: часть подземелья, откуда мы пришли, уже начало затапливать.

— Набираем воду во фляги. — Я решил поиграть в командира. — Тэсс, что с рюкзаком?

— Всё не так просто, как мне казалось. Нужно время.

— Его нет у нас. Вторая галерея уходит вниз, так что, когда тут всё затопит, поток стремительно понесётся вслед за нами.

— Ты предлагаешь идти туда? — Гариус окинул меня скептическим взглядом.

— Не вижу иного пути. Разве что вернуться в город, потом, отбиваясь от изменённых,

выбраться лабиринтами к Стылому и попытать счастья на перевале.

— Но тот путь нам знаком, — не унимался владеющий. — А что нас ждёт в этой галереи? Вдруг там завал? И что тогда? Нас затопит!

— Посмотри на пыль, — я указал в сторону пятна яркого света у арки. — После того, как ты завалил один из ходов, воздух стал уходить в этот коридор.

— Я за галерею, — поддержала меня Тэсс.

— Я с вами, мэтр. — Мальвик встал рядом с Гариусом и сложил руки на гарде меча.

— Галерея. — Сэр Тормик закрутил седой ус. — Я согласен с Вальдо, есть тяга.

— Я, пожалуй, приму вашу сторону, мэтр. — Де Мори виновато понурил голову, вставая по правое плечо от владеющего.

Ничего другого я от шевалье не ожидал.

— Тэсс, что с восьмой сферой? — спросил щёголь.

— Я пыталась, — владеющая отрицательно покачала головой. — Что-то на глобальном уровне блокирует диффузию, я не могу выстроить устойчивые связи, потенциалы постоянно смещаются. Возможно, если бы у меня были сферы Дейлы, то я бы смогла пробиться.

— Дерьмо!

— О чём речь? — сэр Тормик нахмурил брови.

— Мы не можем переместиться и передать сообщение тоже, — пояснила Тэсс.

Я не желал слушать дальнейшие умозаключения владеющих. Закинул мешок на плечи, набрал воды во флягу и направился в путь, обронив на ходу:

— Я буду ждать не более получаса у первой развилки.

Расходовать поток не хотелось, но демагогия демагогией, а Гариус мог оказаться прав: что, если впереди нас ждёт завал, а тяга идёт в какую-нибудь трещину? Стоило проверить путь, прежде чем вода начнёт заливать галерею. Ну и поторопить отряд не мешало.

Поток я выбирал мелкими глотками, так что с каждой третей сотней шагов цифра уменьшалась на пять условных единиц. Иногда я просто шёл в быстром темпе, прислушиваясь к треску скальных пород, да редким капелям. В этой галерее фрески располагались в шахматном порядке по обе стороны коридора и неплохо освещали промежутки, которые здесь сократились до двадцати пяти шагов. Примерно спустя лигу коридор по ощущениям выровнялся и стал заворачивать вправо, вскоре я вышел к огромной камере, потолок которой терялся где-то во тьме и лишь одинокий лучик света прорывался сверху, падая пятном точно в центр камеры, освещая прямоугольный постамент с восьмью чашами на длинных тонких ножках по периметру. В чашах застыло вещество, похожее на воск. Сам постамент был вытесан прямо из скалы и имел гладкую поверхность, тогда как боковины обработали грубо.

Скинув мешок, я попробовал поковырять субстанцию в чаще кончиком меча и, к моему удивлению, она оказалась мягкой. Тогда я достал огниво и высек несколько искр прямо в чащу, с третьей попытки восковая масса вспыхнула ярким белым светом, освещая приличный участок. Я подёргал ножку чаши и с лёгкостью отделил верхнюю

часть, получив таким образом неплохой факел. Верхняя часть ножки была гладкой и удобно лежала в руке.

Я обошёл камеру по кругу, но кроме арочного входа в очередную галерею ничего интересного не обнаружил. Фресок в следующем переходе не было: через овал арки на меня смотрела сама тьма, но зато я ощутил на лице поток тёплого влажного воздуха и тяга тут была на порядок сильнее. Пламя факела затрепетало на сквозняке, а на стенах заплясали причудливые тени. Значит где-то там идёт хороший приток воздуха, что внушало надежду.

Вернувшись к постаменту, я водрузил чашу на место, уселся на камень и стал ждать. Конечно, я сильно утрировал, сообщив путникам о получасе. Они не смогут преодолеть полторы лиги за такой короткий промежуток времени и ожидать их стоило не раньше, чем через час, поэтому я подстелил мешок под голову и попытался вздремнуть. Первый раз за неделю в полном одиночестве, когда никто не бубнит и не сыплет высокопарным слогом.

Из дрёмы меня вырвал характерный звук выстрела. Я вскочил на ноги и, выхватив райтшверт, побежал на помощь. На ум приходило только одно — в подземелья всё-таки забрались изменённые.

Через сто шагов я заметил Тэсс и де Мори. Кавалерист опирался на плечо владеющей и прихрамывал. Завидев меня, Тэсс воскликнула:

— Это была плохая идея!

— Я должен был проверить, — пожал я плечами.

Она скорчила гримасу и, указав за спину, попросила:

— Помоги им. — Выдержав паузу, Тэсс добавила: — Пожалуйста.

Я кивнул. От чего не помочь? Мы все уже давно были в одной упряжке.

С десяток проклятых наседали на Мальвика и мечнику пока удавалось их сдерживать, потому что в узком коридоре массивные изменённые толкались и отпихивали друг дружку, словно соревнуясь за право первой крови. Сэр Томик снова выстрелил, и ближайшего проклятого отбросило назад, его место тут же заняла новая тварь.

— В сторону! — рявкнул я.

Рейтар отступил, пропуская меня. Мальвик скосил взгляд, кивнул и сместился правее. Я занял левую половину.

— Почему не завалили ход? — спросил я, парируя клинком острые когти.

— Я вам не скорострельная кулеврина, — буркнул Гариус. — Дайте минуту.

Минуту мы продержались, правда я прилично израсходовал поток, и отметка приближалась к критической.

— На счёт три падаете все ничком! — приказал Гариус. — Раз, два, три!!!

Я припал к холодному полу. Над головой пронеслась волна и словно исполинская дубина отбросила проклятых на добрых тридцать шагов. Следом промчался плюющийся пламенем шар, а за ним возникла белёсая завеса.

— А теперь ходу! — крикнул владеющий. — Не уверен, что достаточно усилил барьер.

«Час от часу не легче…»

Вскочив на ноги, я схватил сэра Тормика за шкирку и рванул прочь. Рейтар не сопротивлялся и лишь изредка касался ступнями земли. Мы успели. Мальвик и Гариус нет. Взрывной волной их вышвырнуло из галереи: мечник налетел на чаши, стукнулся о каменный постамент и замер без движения; Гариус успел укрыть себя ярким покровом и кубарем пролетел через всю камеру. Следом за волной из галереи вырвался клуб пыли и зал заволокло пеленой.