До безумия
Шрифт:
– Итак, – после небольшой паузы донеслось до Фебы, – что вы мне на это скажете?
«Вот идиот!» – раздраженно подумала Феба. Дернувшись, она замычала, напоминая, что у нее кляп во рту.
– Ах да! Прошу прощения, дорогая, – спохватился мужчина. – Сейчас мы все уладим.
Распутав узел, он быстро снял повязку, которая впивалась в рот Фебы, приподняв при этом мешок, и она, скосив глаза, увидела полоску света, свои связанные ступни и изножье кровати.
– Ну вот, теперь ничто не мешает вам говорить. Вы согласны с моим предложением? Назовите имя этого человека, и я отпущу вас.
Пытаясь собраться с мыслями, Феба провела кончиком языка
– Хм… – с трудом прохрипела она.
Феба, конечно же, не верила, что этот человек не тронет ее. Если она сейчас назовет любое имя, пусть даже вымышленное, он убьет ее или сделает то, чего Феба боялась больше смерти. Разумеется, негодяй отлично знал законы света и мог опозорить ее, погубить ее репутацию, сделать так, что от нее отвернутся все друзья и знакомые. Если он действительно участвовал в торговле девушками, значит, у него не было ни чести, ни совести. Этот злодей, конечно же, способен на все, и Феба ни минуты не сомневалась в том, что ему нельзя доверять.
– Я… – Она судорожно вздохнула, собираясь с силами. – Я должна хорошенько подумать… милорд. Мне надо оценить ситуацию. Все не так просто, как вам кажется.
– Неужели? – холодно спросил похититель.
Усилием воли Фебе удалось унять дрожь, и она снова попыталась взглянуть на своего мучителя, а когда ей это удалось, у нее перехватило дыхание.
Теперь у Фебы не оставалось сомнения, что она уже видела этого человека в великосветских гостиных, однако его имя вылетело у нее из головы. Тем не менее он был аристократом и воспринял как должное обращение «милорд».
Когда похититель снова дошел до изножья кровати, Феба попыталась разглядеть его лицо.
Седые волосы, тени под глазами… Пожалуй, ему уже за пятьдесят. Среднего роста, крепкого телосложения, этот человек походил на многих своих ровесников, регулярно появлявшихся в высшем свете. В его осанке и гордой посадке головы чувствовались высокомерие и спесь, свойственные людям его круга.
Пытаясь хоть немного потянуть время, Феба откашлялась.
– Пожалуйста… поймите меня правильно… я не могу прямо сейчас принять решение… – Голос ее дрожал от слез; она хотела казаться слабой, растерянной женщиной, и в сложившейся ситуации это было нетрудно сделать. – Мне нужно время, чтобы собраться с мыслями, прийти в себя после ужасной тряски в карете… Видите ли, меня везли, положив на пол экипажа, а потом несли вниз головой, и я чуть не лишилась чувств.
Похититель бросил на нее недоверчивый взгляд, и в этот момент Фебе удалось хорошо разглядеть его лицо. Имя этого человека вертелось у нее на языке, но волнение мешало ей вспоминать. Густые косматые брови, нависшие над пронзительными холодными глазами… Да, она, несомненно, где-то уже видела его.
Некоторое время мужчина испытующе смотрел на нее, а затем его губы сложились в насмешливую улыбку.
– Даю вам два часа, а я пока займусь неотложными делами. – Повернувшись, он направился к двери. – Я вернусь, как только закончу их, и потребую, чтобы вы назвали мне имя. Больше я не потреплю никаких отговорок, и если вы разочаруете меня, то, поверьте, у вас возникнут большие неприятности. Вы, несомненно, знаете, что торговцам живым товаром наплевать на социальный статус девушек, которых мы им поставляем; главное, чтобы они были хороши собой, а вы этому признаку вполне соответствуете. – Повернувшись, мужчина не спеша вышел из комнаты.
Затаив дыхание, Феба прислушивалась к тому, как сначала щелкнул замок, а затем раздались удаляющиеся шаги на лестнице.
Прежде всего ей нужно было освободиться от веревок, которыми она была опутана. Они впивались в ее предплечья выше локтя, поэтому Феба не могла поднести связанные запястья ко рту, чтобы зубами развязать узлы. Тогда, чтобы ослабить их, она стала извиваться и корчиться на постели, а когда увидела, что у нее ничего не получается, решила сначала стащить с головы пыльный мешок.
После длительной работы плечами и резких поворотов шеи ей это наконец удалось, и она, с облегчением вздохнув, огляделась.
Комната, в которой находилась Феба, выглядела довольно странно: она была небольшой, но уютной, с удобной кроватью, и совсем не походила на темницу. У двери пленница увидела комод, а у противоположной стены – высокий шкафчик, на котором стояли фарфоровый тазик и кувшин.
И тут Феба наконец поняла, почему эта комната производила странное впечатление: в ней не было окон, лишь высоко в потолке был устроен застекленный люк, в который проникал тусклый свет.
Вздохнув, Феба снова посмотрела на свои связанные руки. Как ни выкручивала она пальцы, ей так и не удалось дотянуться до узлов веревки, и теперь она была близка к отчаянию.
Внезапно ее взгляд упал на тяжелую жемчужную брошь, украшавшую корсаж платья, и она, изловчившись, отцепила брошь, булавка которой оказалась длинной и крепкой. Зажав брошку в опухших пальцах, Феба начала старательно распарывать веревку на запястьях.
Работа предстояла долгая и мучительная, но Феба видела, что дело продвигается, и это воодушевляло ее, но все же ей потребовалось не меньше часа для того, чтобы освободить руки. Когда веревки упали наконец с ее запястий, она едва не вскрикнула от радости, но вовремя сдержалась и, откинувшись на подушки, долго массировала кисти рук, а затем села и начала избавляться от остальных пут, сковывавших ее движения.
Через несколько минут Феба спустила ноги с кровати, потом, расправив затекшие члены, осторожно встала и, подкравшись к двери, приложила ухо к замочной скважине.
В коридоре все было тихо; стража находилась за второй дверью, расположенной на нижней площадке лестницы.
Пройдя по комнате, чтобы размять ноги, Феба снова села и, сложив руки на коленях, глубоко задумалась. Что будете ней, если Деверелл не успеет узнать имя поставщика? Пожалуй, в конце концов решила она, сейчас ей лучше вообще не думать об этом и рассчитывать только на себя.
– Недалеко об причала стоит судно «Юная Мейра» из Гааги, – сообщил Тристан.
Часы на каминной полке в библиотеке клуба «Бастион» пробили шесть раз, однако джентльмены, сидевшие в глубоких креслах, не обратили на это внимания.
– На «Мейре» прибыл в Лондон груз овечьей шерсти, – продолжал Тристан. – Вчера его разгрузили, и капитан заявил, что ждет новый груз; но, судя по документам регистрации, ни один торговец или компания по перевозке грузов не собирается загружать это судно. Капитан утверждает, что какой-то агент заключил с ним договор, однако никто не видел этого агента; поэтому сейчас речная полиция пристально следит за этим подозрительным кораблем.