Дно разума
Шрифт:
Севастьянов подался в общежитие, где ему сообщили, что Юра Скоков, скорее всего, появится к вечеру. Когда Сергей Александрович во второй раз отворил дверь общежитской комнаты, он увидел лежащего на кровати темноволосого парня, который вряд ли был старше тридцати… Парень пренебрежительно смотрел на вошедшего.
– Мне нужен Юрий Скоков, – сообщил Севастьянов.
– Ну я Скоков, – отозвался парень. – Чего надо?
Севастьянов назвался. В карих глазах парня мелькнуло слабое любопытство.
– И
– Я, понимаете ли, одну вещь разыскиваю.
– Какую еще вещь?!
– Монету.
– Какую монету? – Лицо Скока внезапно затвердело. Презрительную улыбочку точно смыло, и Севастьянову показалось: парень знает, о чем идет речь.
– Серебряная такая монета… На ней выбита пятиконечная звезда, а в ее центре глаз. И надписи… Скорее всего, на латыни.
– А почему ты… э-э… вы решили, что я знаю про нее? – спросил Скоков и поднялся с кровати. Только теперь Сергей Александрович разглядел его стати. Скоков был широк в плечах и выше его почти на голову.
– Потому что в момент задержания Седова, который и украл монеты, вы присутствовали на квартире Дохлого… то есть Ивана Федоровича. Уж извините, не знаю, как его фамилия.
– Я тоже не знаю, – отозвался Скок. – Присутствовал. Верно. И что из этого следует?
– Седов предложил вам сыграть с ним в карты, а на вопрос, имеются ли у него деньги, выложил на стол эту монету.
– Было такое, – произнес Скок. – Только он выложил не серебряную монету со звездой, а золотой червонец. Червонец потом забрали менты.
– А у меня есть информация, что первой монетой, которую Седов достал из кармана и бросил на стол, была все-таки интересующая меня. И… э-э… Дохлый то же самое утверждает.
– Вот и ищите у Дохлого!
– Значит, вы ее не видели?
– Говорю же, нет!
– Ладно. Тогда извините. – И Севастьянов повернулся к выходу.
– Погодите, – услышал он в спину и обернулся. – А почему вас интересует эта монета?
– Да как сказать… – произнес Севастьянов. – Даже не знаю, почему. Но интересует. И очень сильно!
– Ничем помочь не могу, – буркнул Скок.
«Либо монета у него, – размышлял Севастьянов, возвращаясь домой, – либо он что-то о ней знает. Но, похоже, этот Скоков опасается меня. Мол, скажет, что монета у него, и станет соучастником ограбления, поскольку вовремя не вернул ее. Не нужно спешить. Настанет момент, и он сам ее отдаст. А пока хорошо бы выяснить, в каком именно месте девочка обнаружила монету. Пускай покажет. А уж я постараюсь разобраться, как этот серебряный кружок туда попал. Значит, опять нужно идти к Самсоновым».
Малютку Самсонову он заметил возле подъезда, в компании с другими девчонками ее возраста. Они столпились
– Наташа? – позвал Севастьянов.
Девочка оторвалась от журнала и взглянула на профессора.
– Помнишь меня?
– Ага. Мы с вами в бабушкину квартиру ездили.
– Иди сюда. Нужно поговорить.
Девчонки с любопытством посмотрели на Севастьянова. Быстро определив, что ничего особо интересного в нем не наблюдается, они вновь принялись изучать журнал.
– Наташа, – произнес Сергей Александрович, – я хотел подробнее узнать о монете…
– О какой монете? – недоуменно спросила девочка.
– О той, что ты нашла на кладбище.
– Ага. Поняла. Но я уже все вам рассказала.
– Рассказала… Верно. Но где именно ты ее нашла, я хочу знать?
– Совсем рядом с могилами прадедушки и прабабушки…
– Место показать можешь?
– Могу, конечно. Только как туда добраться, я не знаю.
– А кто знает?
– Баба Дуся.
– Где она?
– Дома сидит. Ехать к себе боится.
– Так до сих пор и сидит?
– Ну… Надоела уже всем… Говорит: «Пока поп квартиру не освятит, жить в ней не буду». Папа с мамой уговаривали ее, уговаривали… Где, говорят, мы тебе попа возьмем? А баба Дуся сразу в слезы…
– Значит, говоришь, она дома.
– Ага.
– А ты чем занимаешься?
– Да так… Гуляю вон с девчонками. Скоро в лагерь поеду.
– Когда?
– В субботу отправляют.
«Эге, – кумекал Севастьянов, – нужно спешить».
– Отведи меня к бабушке, – попросил он.
– Пойдемте.
С того времени, как Севастьянов видел Дусю Копытину в последний раз, та как будто несколько пожухла и сморщилась, точно долго висящий на одном месте воздушный шарик. Увидев профессора, она не выразила особой радости, хотя и вежливо поздоровалась.
Севастьянов решил сразу взять быка за рога.
– Я к вам, Евдокия… Васильевна, кажется?..
– Ага, Васильевна.
– …с небольшой просьбой.
– Ну?
– Не желаете ли съездить на могилы ваших родителей? Проведать, так сказать…
– Месяца еще не прошло, как я там была в последний раз, – отозвалась Дуся. – А вам-то это зачем?
– Дело в том, что Наташа обнаружила неподалеку любопытную вещь, и я бы хотел повнимательнее изучить это место.
– Какую еще вещь?
– Монетку, бабушка, – вступила в разговор девочка, – я же тебе рассказывала.
– И чего?
– Покопаться там…
– На кладбище копаться?!
– Да не копаться, – досадливо произнес Севастьянов, поняв, что сказал лишнее, – а просто посмотреть: нет ли там еще чего?