Дни мародёров
Шрифт:
«Ночной рыцарь» вдруг с визгом остановился прямо перед Алисой и угрожающе накренился.
На них сонно взглянули запотевшие, золотящиеся светом окна автобуса, и девочек захлестнула жажда поездки — первой самостоятельной поездки, и не куда-нибудь, а на рок-концерт! Долгожданный рок-концерт! Они дружно побежали к дверям.
Добродушный толстяк-кондуктор показался на верхних ступеньках автобуса, открыл дверь и спрыгнул на землю. Миссис Эванс поспешно запахнула халат.
— Добрый вечер, мэм! — он чуть приподнял старое клетчатое кепи,
— О, нет-нет, я только провожаю! — миссис Эванс, в это время обнимавшая Алису, напоследок еще разок поцеловала дочь в щеку, обняла её и отступила от волшебного автобуса, чувствуя себя очень неуютно в такой непосредственной близости от мира, к которому, несмотря ни на что, так и не смогла пока привыкнуть.
Перед тем как залезть по высоким ступенькам в салон, девочки еще раз обернулись.
— Пока, мам!
— До свидания, миссис Эванс!
Водитель пропустил их в салоне в автобус.
Миссис Эванс махала им до тех пор, пока за ними не закрылась дверь, и автобус не ринулся в темноту. Потом тихонько стиснула руки и пошла по направлению к мирно спящему дому, почувствовав вдруг огромную и необъяснимую тревогу.
Она зашла на кухню, поставила на газ чайник и принялась неосознанно ходить из стороны в сторону. Взгляд ее машинально упал на окно. Оно было закрыто.
Торопливо подскочив к нему, женщина открыла его настежь и на всякий случай осмотрела небо. Глупости, они же только уехали, какие могут быть совы?
Она опустилась на мягкий стул и подперла голову рукой, нервно постукивая ногтями по столешнице.
— Добро пожаловать в «Ночной рыцарь», девушки, — начал водитель, едва девочки оказались в салоне. — Это автобус для волшебников и ведьм, попавших в затруднительное положение. Я — Эрни Шанпайк, ваш кондуктор на сегодняшний вечер и...
— Мы знаем, сэр! — твердо сказала Алиса, протягивая ему серебряные монеты, и улыбнулась так, что недоуменное выражение, появившееся было на круглой физиономии кондуктора, сразу же уступило место умилению перед округлым веснушчатым личиком. — Вот здесь двадцать два сикля.
Пока Алиса расплачивалась и получала билеты, Лили немного осмотрелась. Было уже поздно, и вместо привычных кресел в салоне теснились кровати. Из пассажиров здесь был только почтенного вида темнокожий колдун в пижаме, читающий «Вечерний пророк» с кружкой шоколада в руках, да подозрительного вида кокон из колючего красного пледа, свернувшийся на одной из кроватей. Почувствовав взгляд Лили, фигура в пледе чуть пошевелилась и повернула голову. Бледная женская рука с черными ногтями показалась из-под складок и подтянула колючую ткань, закрывая лицо, но Лили все-таки поймала на себе быстрый взгляд черных, поблескивающих в темноте глаз.
— Вот, пожалуйста, ваши билеты!
Лили вздрогнула, увидев перед собой желтоватый билетик.
— Куда едем? — деловито поинтересовался кондуктор.
— В Каледонский лес, — ответила Алиса, пряча свой билет в карман джинсов. —
Кондуктор радостно крякнул.
— Дак не вы одни туда едете-то!
Девочки невольно обернулись. Кондуктор указывал на шерстяной кокон.
— Возле Уилтширского леса подобрали ее, так-то! Прям на дороге лежала, чуть было не переехали!
Лили понимающе поджала губы, Алиса промычала что-то согласное, они переглянулись и пошли к лесенке наверх, вслед за кондуктором.
— Гулять по Уилтширским дебрям! Говорят, там самые большие заросли дьявольских силков во всей Англии, — значительно зашептал девочкам Шанпайк, обдавая их прокуренным дыханием.
Алиса открыла рот, чтобы поправить невежду, но Лили легонько ущипнула ее за руку, и она промолчала.
— И куда родители смотрят, ей-богу! Девчонке чертовски повезло, что она встретила нас! — Эрни протянул руку к лестнице, ведущей на верхние этажи. — Ну что же, поднимайтесь, мисс. На месте будем только к утру, так что советую вам хорошенько отдохнуть.
— Каждый раз клянусь себе, что больше не сяду в эту колымагу, и все равно сажусь! — сдавленно пожаловалась Алиса, когда они поднялись на самый верхний этаж, и автобус резко рванул с места. Создавалось впечатление, что некоторые органы просто не успевали за телом.
— Зато к рассвету будем на месте! — заметила Лили и брезгливо поморщилась, когда приступ внизу повторился. — Надеюсь, живыми и невредимыми.
« — Я не слезу с этого окна, пока ты, Эванс, мой нежный ангел... — Джеймс Поттер обводит взглядом притихшую толпу учеников, занявшую коридор пятого этажа. Глаза его весело сверкают, — ... не поцелуешь меня прямо сейчас, при всех!
Толпа взрывается хохотом и улюлюканьем, кто-то порывается бежать за преподавателями, кто-то истерически призывает Джеймса слезть с подоконника и не дурить. А он стоит спиной к пустоте под собой и с выражением собственного превосходства выжидательно смотрит на перепуганную девушку перед собой — Лили. Он кажется таким расслабленным, но руки, вцепившиеся в оконную раму, побелели от напряжения.
— Решайся! — Джеймс демонстративно поднимает одну ногу и отклоняется назад. Толпа в ужасе бросается к окну, подталкивая Лили в спину, и сразу же застывает. — Я падаю, Эванс... я уже почти упал... — голос его звучит странно. Лили даже на секунду думает, что он это серьезно. — И только ты можешь меня спасти.
Толпа подталкивает ее так, что она оказывается прямо под окном.
— Поттер, я прошу тебя, прекрати этот цирк и просто слезь, — тихо, чтобы слышал только он, просит Лили. Голос ее срывается от волнения. — Пожалуйста.
— Так поцелуй меня, Эванс, и я тут же слезу! — громогласно возражает он, и тогда толпа снова смеется и согласно кричит. — Почему ты такая вредина?
— Я не вредина. Прошу тебя, слезь... — ей с трудом удается сохранять спокойствие.
— Всего один маленький поцелуй, Эванс, — он склоняется к ней. — Не будь такой.