Дни мародёров
Шрифт:
— Вам угрожали? — серьезно спросил Сириус, выпрямляясь в седле.
— Пока нет, — Лили машинально глянула в сторону дороги, ведущей к реке и бедному району. — Просто мне не нравится то, что происходит. Совсем не нравится.
— Никому не нравится то, что происходит, — проворчал Сириус.
— Такое чувство, будто вот-вот должно случится что-то страшное, — вставила Алиса. — Словно перед грозой.
Они замолчали, каждый вспоминая о недавнем, особенно зверском нападении неизвестных волшебников в масках на семью
— Ладно, — Лили вдруг резко откинула тяжелый темно-рыжий хвост за спину и улыбнулась. — Не будем об этом. Пойдемте внутрь, я вас угощу блинами с клубничным джемом, — она быстро закатила глаза, усмехаясь. — Папа сегодня готовит, так что надеюсь, мы все останемся живы.
— Боже, Лили, я так хочу есть, что меня не пугает даже стряпня твоего папы, — Алиса схватила оставленную на сидении мотоцикла сумку.
— Пойдем, Сириус! — Лили обняла подругу за плечи и пригласительно кивнула головой.
Сириус по возможности незаметно взглянул на часы и переменился в лице.
— Без меня. Вынужден извиниться и откланяться. Мне уже пора. Но за приглашение спасибо.
— Что?
— Ты что, уже уезжаешь?!
— Не хочу нагрянуть к мистеру и миссис Поттер среди ночи.
Лили быстро посмотрела на него и так же быстро отвела взгляд — вроде как все равно ей.
— Не лучше ли подождать до утра? — жалобно спросила Алиса.
— Разве вы не сваливаете на концерт? — удивился Сириус, переглянувшись с Лили.
Лили согласно покивала, даже не спрашивая, откуда он знает.
В последнее время концерт «Диких сестричек» так или иначе фигурировал в любом разговоре. Главное событие сезона, как написано на афишах в Косом переулке.
В Хогсмиде плакаты появились еще перед Рождеством, и у всего Хогвартса просто крышу сорвало.
Некоторые из однокурсников Лили вот уже неделю жили в палаточном лагере в Каледонском лесу, особенно рьяные поклонники организовывали целые группы и брали в аренду магловские автобусы, чтобы было веселее добираться до места.
Последний альбом под революционным названием «Твоя грязная кровь» мятной таблеткой упал в шипящее, пузырящееся, неспокойное время, и о том, какую реакцию вызвали песни Мирона Вогтейла о маглах в «приличном» чистокровном обществе, не знал только ленивый.
— В том-то и дело, — Лили незаметно ущипнула подругу за локоть. — Не подумай, что я тебе не рада, Сириус, но...
— Эванс, ну что ты, разве я мог заподозрить тебя в жадности?
Повисла секундная пауза.
Лили цокнула языком.
— Мог бы сразу сказать! Подожди пару минут, бессовестный негодяй, — она побежала в дом.
Алиса подавила вздох.
— Значит, увидимся на концерте? — она изо всех сил постаралась, чтобы это звучало беззаботно. — Там ведь будут все
— Думаю, там будет так много людей, что мы просто... — Лили вдруг показалась на крыльце, держа в руке завернутый в салфетку толстенький блинчик. Сириус сглотнул и вытянул шею. — Обязательно увидимся, малютка, — торопливо вильнул он и легонько щелкнул ее по носу, но тут же отдернул руку, потому что Лили подбежала к ним и протянула ему желанное угощение. Главный сюрприз: в салфетке оказался не один блинчик, а целых три, а между ними — прослойка клубничного джема.
Вцепившись зубами в божественно мягкое и сладкое тесто, Сириус на миг прикрыл глаза, после чего активно заработал челюстями.
— Мерлин, Эванс! Торжественно клянусь, что... — он откусил еще, — что больше не трону ни одного жирного негодяя-магла. Да... — он совершенно не по-блэковски затолкал остальные блинчики в рот, сунул салфетку в карман и хлопнул ладонью по рулю, заводя мотор. Мотоцикл зарычал. — Должен ли я, ваш преданный слуга, передать что-нибудь Джеймсу Поттеру, моему великолепному сеньору? — невнятно спросил он. — Только учти, целовать я этого придурка в любом случае не стану!
Алиса засмеялась. Словно горох рассыпался. Она умела так смеяться. Лили прищурилась, глядя на лоснящегося от удовольствия Блэка.
— Передай своему сеньору пинок под зад, — ласково произнесла она.
Сириус расхохотался, и Алиса тоже прыснула.
— Катись отсюда, Блэк! — не выдержала Лили, уже и сама не в силах справиться с улыбкой.
Посмеиваясь, Сириус снял мотоцикл с подножки.
— Счастливого пути, — шепнула Алиса.
— И будь осторожен, — буркнула Лили, скрещивая на груди руки.
Сириус развернул мотоцикл, отбросил челку, оглядываясь на одноклассниц, чмокнул их, вроде как поцеловал, подмигнул и снялся с места.
Девушки помахали ему вслед и остались стоять у калитки до тех пор, пока мотоцикл не скрылся за стеной деревьев, ограждающих улочку от дороги на Паучий тупик.
Когда он скрылся, с Алисой что-то случилось.
Она вдруг перестала улыбаться, лицо ее странно осунулось, глаза болезненно зажмурились, а узенькие плечи опустились и сжались. Прерывисто вздохнув, она медленно, словно неохотно повернулась к Лили, уткнулась носом в ее плечо и разревелась.
====== Цветы и стеганые одеяла ======
Девочки
Алиса сидела на кровати в комнате Лили и ждала, когда на нее обрушится возмездие.
Последние сорок минут она провела, проливая слезы на терпеливом плече подруги. Потом первая волна схлынула, и теперь Алиса сидела на ярком стеганом одеяле, как сомнамбула, время от времени икала и проклинала тот день на четвертом курсе, когда она, сидя за первой партой в классе трансфигурации, услышала хриплый, как будто незнакомый смех одного из своих одноклассников и обернулась...