Диверсанты
Шрифт:
– А потом?
– Убить, конечно, – ответила огненная как о чем-то само собой разумеющемся.
Хвост падальщика
Поле давно заросло сорняками. Заградительные канавы с водой кое-где занесло грудами мусора. По ним из леса смогли просочиться табипены. Их шипение по ночам заменяло здесь стрекотание сверчков и гарантировало уединение. Экспедиция остановилась в безлюдной местности в заброшенном доме. Сюда много лет
Немного восстанавливающей магии – и покосившаяся дверь вернулась на место, разбитые стекла стали целыми, а прохудившаяся крыша – надежной. Очень кстати, поскольку за окном опять зарядил ливень. За много лет крыша покрылась мхом, туда нанесло грязи, а в ней пустил корни панцирный вьюн. Дождь барабанил по его широким листьям, создавая необычный звук, который резонировал на пустом чердаке и наполнял дом тихим гулом.
Надо было решать, что делать дальше.
– Теперь мне придется вернуться, – сказал Кей. – Я и так выклянчил у капитана лишние сутки.
– Ты не был обузой, – ответил магистр. – Тот палач… я прочитал ему слова, которые ты написал на пергаменте, и с такой интонацией, как ты объяснял. А снадобье Джуны ввело его в нужное состояние. Полагаю, наших врагов ждет неприятный сюрприз.
– Рад, что смог хотя бы частично компенсировать свою недостаточную функциональность.
– Ты очень помог. И мальчик перестал вздрагивать от каждого стука.
– Это моя профессия.
– Хорошо. А как ты собираешься лечить… свое увечье?
– Врачи возьмут образцы моих тканей, вырастят две новых руки и новые плечевые суставы, а потом пришьют. Жаль, что клонирование целых конечностей со всеми костями и нервами займет очень много времени.
– Насколько много?
– Не знаю… несколько месяцев… потом еще операция… потом восстановительный период… но ведь все могло бы получиться гораздо хуже. Там на корабле есть кому обо мне позаботиться.
– Угу. Твоя женушка, небось, с ума от беспокойства сходит, – заметил Джексон. – А ты тут, даже потеряв руки до ключиц, все равно на баб инопланетных пялишься.
– Это просто проявление незакомплексованности, – огрызнулся Кей.
– Конечно, конечно… и непокобелимости…
– "Непокобелимость" – прямо оговорка по Фрейду…
– Это не оговорка по Фрейду, это подколка по Джексону, – ехидно ухмыльнулся инженер.
Икен в пол уха прислушивался к их перебранке, теребя бороду, о чем-то глубоко и напряженно задумавшись. Это не укрылось от профессиональной наблюдательности Кея.
– Магистр, это лишь мои проекции, или вы что-то замышляете, причем, в отношении меня?
– Ты не ошибся. Все обстоятельства очень сходятся. Ты чудом спасся, но потерял руки. Теперь тебе требуется длительное лечение. Ты демонстрируешь оптимизм, но скрываешь досаду. Мне кажется, ты разочарован не столько тем, что искалечен, сколько
"От старого хрена ничего не утаишь" – подумал Кей, а вслух ответил:
– Прямо сеанс психоанализа. Допустим. Но я не один такой. Думаю, многие из команды нашего корабля отдали бы обе руки, чтобы оказаться на моем месте. Кого-нибудь пришлют на замену.
Магистр оперся грудью на стол, чтобы видеть ближе лицо и ауру землянина.
– Как разведчик разведчика я тебя вполне понимаю. Обстоятельства сходятся еще точнее. Есть кое-что другое. Путешествуя с нами, ты наблюдаешь, как происходит развитие ребенка, который в будущем может стать магом. Если у вас на планете нет магов, тебе это должно быть интересно, не так ли?
Кей ответил сквозь сжатые зубы:
– Конечно.
– То есть, ты бы с большим интересом наблюдал за Эйдаром, чем за нашими военными вылазками?
Кей сказал недоуменно:
– Допустим. Вопрос о психологических причинах войны более важен, но над ним бьются много столетий лучшие умы, и вряд ли его решу именно я, даже будучи непосредственным наблюдателем. А ребенок-маг – это совершенно новое и уникальное явление. Но зачем вы обо всем этом спрашиваете? Какая теперь разница, чего я бы хотел, если за мной скоро прилетит шаттл?
– Вообще-то он не маг, а неофит. До мага ему еще много лет расти, – поправил старик. – Дело не только в нем, но и в тебе. Хотя и в нем тоже. Подожди минутку.
Магистр встал, и вышел из-за стола. Отворил дверь, накинул капюшон и вышел на улицу. Через минуту он вернулся назад, неся ведро с землей.
Сев, он поставил на стол тазик, вывалил землю в него и разворошил. Оттуда выполз очень солидный червяк, на вид – противнее некуда.
– Что это за дрянь? – спросил Игнатов брезгливо.
– Это большой червяк или маленькая змея? – поинтересовался Джексон.
– Какое интересное беспозвоночное… либо это кольчатый червь, либо его местный аналог… – заинтересованно проговорила Вэй Лин.
– Если его съесть, то руки сразу вырастут, – сказал Джерр.
Кей посмотрел сначала на него, потом на червяка. Джерр был серьезен. Безрукий землянин уточнил:
– Съесть… это?
– Точно, – кивнул лекарь.
– А… это что за зверь?
– Вообще-то это падальщик.
– Вот они какие… – биолог закатала рукав и снимала животное со всех ракурсов камерой своего наручного компьютера.
Кей поморщился.
– Можно… можно я уточню?
Джерр кивнул.
– Это случайно не те самые животные, которые… погребают мертвецов?
Джерр кивнул.
– То есть, они едят мертвечину?
– И перерабатывают фекалии в выгребных ямах, – подтвердил лекарь.
Лицо Кея приобрело сероватый оттенок.
– А я, значит, должен съесть его?
– Нет, не должен. Ты можешь улететь, и ждать несколько месяцев на своем корабле, пока тебя вылечат ваши лекари.
– Понятно, – протянул Кей, с нескрываемым отвращением разглядывая скользкое животное. – Съесть… это…