Диверсанты
Шрифт:
– Докладывайте.
Лхор стал диктовать, делая длинные паузы.
– По доносу нашего агента нами была обнаружена и захвачена группа весьма подозрительных иноземцев, предположительно шпионов или контрабандистов. При задержании они приняли большую дозу одурманивающего препарата. Это вынуждает отложить допрос, но окончательно подтверждает версию о шпионаже. Брат Фиун предполагает допросить всех задержанных с применением Чтения Мыслей. Но среди них есть ребенок – мальчик на вид приблизительно восьми лет.
– В вас внезапно проснулось сострадание? – последовал вопрос с той стороны.
– Э… не
На том конце возникла пауза. Потом Лхор услышал ответ наместника, переданный через мага.
– Вам предписывается произвести допрос всех пленных без применения Чтения Мыслей. Повторяю: всех из этой группы пленных. Не следует наносить их психическому здоровью непоправимый вред. Здоровье физическое наместника Затаба не интересует. Вы должны ждать прибытия нашего человека, который этапирует их в Егелан. Все полученные сведения и пленных передадите ему. На месте мы проведем окончательное дознание, разумеется, с применением Чтения Мыслей. Если в ходе допроса будет выяснено что-то очень важное, не следует без нужды ставить в известность командира Фиуна. Особо по ребенку. Вы правы, наместник, вероятно, найдет ему лучшее применение. Отделите его от остальных пленных, содержите в строгости, изоляции и неведении, но не допрашивайте и не настраивайте враждебно без нужды. Наместник Затаб передает вам благодарность за ценную информацию. Запишите код, подтверждающий подлинность сообщения для командира Фиуна: семь, тринадцать, сорок, пять…
Командир Фиун зря гневался на своего подчиненного. Преследуя свои корыстные цели, брат Лхор в конечном счете сохранил ему жизнь. А маг снов надеялся, что еще несколько таких доносов, и он либо займет место командира гарнизоном, либо его переведут куда-нибудь поближе к ставке Великого Джаггарана.
Кею казалось, что он лежит на берегу очень теплого, даже горячего моря. Вода почему-то была темно-красной. Рядом находились какие-то люди. "Вот… смешные… такая одежда… на пляже" – мысли Кея рождались очень медленно и красиво, как будто распускались бутоны цветов. А люди, стоявшие вокруг, говорили, тараторя так быстро, что Кей не мог уловить смысл. Или ему лишь казалось, что они говорили быстро.
– Почему он не истек кровью?
Ответила женщина в белом:
– Несколько табипенов укусили его. Все процессы в организме замедлились стократно, в том числе и кровообращение. А наркотик, похоже, смешался с ядом, и получился непредвиденный эффект. Вместо того, чтобы умереть от болевого шока, он впал в глубокую спячку.
– Джуна, Камо, вы сможешь спасти его? Люпина мы потеряли,
– Надо попробовать, – сказал Камо. – Пока не знаю.
– Непонятно, какие еще сюрпризы может преподнести смесь яда и наркотика, – заметила Джуна.
– Надо найти и других, – сказала Алия.
– Найти – не проблема, вот отбить – проблема, – ответил магистр.
Комната была скучной. Серые стены. Окно так высоко, что виднелся лишь краешек неба. Дешевый зеленый ковер устилал пол. Сбоку находилась ниша с простым туалетом. Тяжелая и гладкая, постоянно запертая дверь тоже не представляла никакого интереса. Ему дали абстрактные фигурки для какой-то игры. Эйдар не знал ее, и изобретал собственные правила, стараясь разогнать скуку и тоску.
Щелкнул засов двери. Ребенок встрепенулся, надеясь увидеть дядю Джерра или хотя бы тетю Лин. Но это был один из тех… Серая повязка – маг снов. Это малыш усвоил твердо, как и то, что такие, как он чуют ложь. А мысль о том, что этот страшный дяденька может свести его с ума, приводила в ужас.
– Ах, вот ты где, мальчик, – голос мага был слащав.
"Где еще я могу быть? Ты же сам меня тут запер", – подумал Эйдар, но вслух ничего не сказал, боясь навлечь на себя гнев.
– Я смотрю, ты уже почти пришел в себя. Неудивительно, учитывая особенности детского метаболизма… Значит, мы с тобой сможем поговорить. Не так ли?
Почему-то ребенок не поверил, что все ограничится одним лишь разговором.
"Сейчас он меня начнет убивать. Как родителей!" – решил Эйдар, и разревелся.
– Ну… ну… не надо, – сказал мужчина с недовольной интонацией.
Эйдар увидел, как от мага отделилась какая-то блестящая штучка, и вонзилась прямо в него. От удивления у мальчика округлились глаза. Он почувствовал, что ему больше не хочется плакать. Нет, кажется, все еще хочется, но гораздо меньше. "Что это было? Какая-то магия? Похоже на стихию снов".
Мальчик видел энергию, собранную вражеским магом. Запасы хранились у того в подбородке. Жалкие крохи по сравнению с тем, что у магистра Икена. Вот бы украсть у этого страшного человека хоть чуть-чуть… тогда можно было бы увидеть ауры. Тут Эйдар осознал, чего он только что возжелал, и испугался еще больше: вдруг враг догадается. Тот почувствовал внезапный страх ребенка.
– Что-то ты слишком пуглив сегодня, – сказал маг. – Твой интеллект и восприятие в порядке, а эмоции, как я вижу, еще очень далеки от нормы. Давай договоримся: ты сейчас скажешь мне, как тебя зовут, и сколько тебе лет. А после этого я уйду.
"Соврет и не уйдет" – подумал Эйдар.
– Эйдар. Шесть лет.
– Шесть? А выглядишь на все восемь. А теперь я уйду, как и обещал, – сказал маг и действительно вышел, не забыв запереть за собой дверь.
"Он еще моложе, чем я думал", – размышлял маг. – "Прямо как мой сын, и внешне похож, разве что физически крепче, и от того кажется старше. Я был прав, когда рискнул действовать через голову Фиуна: вряд ли от такого крохи будет хоть какой-то толк. Потом я его допрошу подробнее, но все самое интересное начнется только тогда, когда очнутся взрослые".