Дитя ангела

Грин Грейс

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Дэрмид знал — ОН никогда не забудет этот момент. Он не ожидал увидеть Лейси с младенцем. И уж тем более не ожидал увидеть, как она кормит девочку грудью. А когда он это увидел, на глазах его выступили слезы. Она была так абсолютно уверена, что у нее не возникнет эмоциональной связи с ребенком. А сейчас…

Что это может значить?

— Ты выглядишь фантастически здорово, — прошептал он. Он почти не

дышал, когда очень осторожно шел к ее кровати. — Внизу я встретил Джордана и Флисс. Они сказали, роды были очень тяжелые, а ты молодец. Я так горжусь тобой, Лейси. И мне очень стыдно, что в самый решительный момент я не был рядом, чтобы тебя поддержать.

— Твоя дочка нетерпелива! — Лейси откинула назад упавшую на лоб прядь волос и улыбнулась ему. — Разве мы могли знать, что она не захочет подождать до назначенного срока?

На ней был неприглядный больничный халат не ее цвета, но ему казалось, она никогда не была так прекрасна. И никогда Дэрмид не любил ее так сильно, как сейчас. Он наклонился и поцеловал ее в щеку. Ему хотелось поцеловать ее в губы, но он не знал, как она это воспримет.

Джордан сказал ему, что Лейси его любит.

— Она еще никогда никого не любила, Дэрмид. А сейчас она фактически призналась в любви к тебе. Но она считает свое положение безнадежным… из-за Элис.

— Зачем ты мне это говоришь? — спросил Дэрмид. Его голова гудела, в нем боролись недоверие и надежда, он никак не мог вникнуть в слова Джордана.

— Она моя сестра. Я не хочу, чтобы ей было больно.

— Я не причиню ей боли, Джордан. Даю тебе слово.

Дэрмид твердо намеревался сдержать свое слово — и будь что будет.

Он пододвинул стул к кровати, сел и стал смотреть на свою дочь. И почувствовал, что сердце его исполнено нежности. Маленькая, темные волосы, темные ресницы, нежные щечки… Само совершенство. Она спала и во сне посапывала маленьким, чуть вздернутым носиком. И пока он смотрел, сосок Лейси выскользнул из ее ротика. Лейси запахнула халат, но продолжала держать девочку у груди.

— Тебе, наверное, грустно от того, что ее держит не Элис? — спросила она.

Дэрмид нежно провел пальцем по лобику девочки.

— Когда я думаю об Элис, мне грустно, — ответил он, — но не так больно, как раньше. Конечно, было бы замечательно, если бы она сама могла родить этого ребенка, но судьба решила по-иному, и я давно смирился. Как и с тем, что мне придется одному растить эту девочку.

— Дэрмид, я должна тебе кое-что сказать, — голос Лейси дрогнул. — Мне очень трудно говорить, но…

— Тебе не надо ничего говорить. — Он посмотрел на нее. — Я слышал твои слова, подходя к двери. Слышал, как ты говорила девочке, что никогда не расстанешься с ней.

— Но мы договаривались, Дэрмид, — в глазах Лейси читалось

отчаяние. — Я не думала, что так может случиться. Я знаю, я обещала передать тебе ребенка, как только он родится, велела тебе ни о чем не беспокоиться, уверяла — мне не составит труда просто повернуться и уйти, но… — голос ее прервался. — Я не могу, не могу это сделать. Я знаю, она — дочь Элис. Но она и моя дочь. Я люблю ее, я не смогу с ней расстаться. А теперь, когда я покормила ее грудью…

— Тебе не надо с ней расставаться.

Лейси заморгала. Его слова потрясли ее.

— Не надо… Что ты хочешь сказать?

— У меня есть предложение…

Он не успел договорить: санитарка с подносом в руках влетела в палату.

— Вот ваш чай, мисс Максвелл. И вот гель, который я обещала. — Она поставила поднос на столик у кровати, приветливо улыбнулась Дэрмиду, потом сказала: — Я заберу малышку. — Она взяла девочку, посмотрела на нее, потом на Лейси, потом опять на девочку. — Она очень похожа на вас, мисс Максвелл. Она вырастет красавицей, эта малютка.

Санитарка ушла, и они остались вдвоем.

— Она права, — заметил Дэрмид. — Конечно, девочка похожа на тебя. Не знаю, почему я не заметил этого раньше. Тут нет ничего необычного. Дети часто бывают похожи не на родителей, а на какого-то другого члена семьи. И она верно заметила — Джиллиан МакТаггарт вырастет красавицей.

Лейси откинулась на подушки и, как показалось Дэрмиду, побледнела.

— Дэрмид, какое еще предложение? Что ты имеешь в виду?

Она не давала увести себя в сторону. Она явно хотела вернуться к прерванному разговору. Он тоже этого хотел.

Дэрмид кашлянул.

— Я… видишь ли, я подумал… может, мы могли бы пожениться…

Последовало гробовое молчание. Потом она выдохнула:

— Пожениться?

А если Джордан ошибся? А если она вовсе не любит меня?

Он снова откашлялся.

— Я предлагаю тебе стать моей женой. — Ему трудно было подбирать слова. Он выпалил: — Я хотел бы сделать из тебя порядочную женщину…

— Но я никогда не была непорядочной, Дэрмид!

— …и я хотел бы, чтобы у этой девочки была мама, а не только папа, и, раз ты говоришь, что успела ее полюбить…

— Я люблю ее!

— …ты, наверное, захочешь принимать участие в ее воспитании, захочешь помогать растить ее…

— Да, я хочу помогать растить ее, но ты не обязан на мне жениться.

— Черт подери! — воскликнул Дэрмид. — Я знаю, что не обязан. Я хочу на тебе жениться.

Лейси сильно-сильно прикусила нижнюю губу. Губа стала такой же белой, как ее щеки. Потом опустила глаза и сказала так тихо, что Дэрмиду пришлось напрячь слух:

— Чтобы у девочки была мать.