Диссонанс
Шрифт:
– Ага… Ты "Код Гиас" идёшь досматривать?
– Да, мне Зак уже все уши прожужжал про Лелуша. Он меня живьём съест, если не досмотрю сегодня, – хмыкнула девушка, направляясь в спальню.
– Расскажешь, чем закончилось? – Ирэн включила воду.
– Лучше сама посмотри…
– Не охота.
Девушка закончила мыть посуду и задумчиво оглядела прибранную кухню, размышляя, чем заняться. Вещи были собраны, домашнего последние дни не задавали, завхоз Лейквуда обещал позаботиться о Смайли, Тимми и Корише, билеты домой были готовы – самодисциплина освобождала львиную долю времени.
– Гвен, я пойду прогуляюсь, – заглянула Ирэн в спальню.
– Только не до сумерек, –
– Окей…
Летний вечер был непривычно прохладным и сухим, окрестности размывал легкий туман. Мягко ступая кедами по коротко стриженному газону, погруженная в раздумья Ирэн остановилась напротив главного корпуса Лейквуда и затуманенным взглядом оглядела огромное здание. Строгие линии геометрического дизайна строения, созвучие металлических деталей и стального отлива стеклянных витражей, прямоугольные колонны у входа, классический орнамент белой с зеленым плитки, приятная свежесть стройных хвойных кустарников по краям округлого крыльца – самый вид Лейквуда вызывал в памяти давно ставшее банальным «инновационное учреждение». В широких стенах просторной и светлой школы жили, учились, бездельничали, мечтали и встречались студенты разных национальностей, дети политиков, банкиров, владельцев крупных корпораций и звезд шоу-бизнеса. Девушка криво улыбнулась, вспомнив свой первый день в престижной и знаменитой на всю страну школе, вступительные экзамены по английской литературе и математике, собеседование с членами Управляющего Совета и писклявый голосок заведующей учебной частью, пропищавшей в ответ на смущенное молчание озадаченной очередным вопросом Гвен: «Ну, что вы молчите, мисс Бёртон? Смелее надо быть, мы в Лейквуд робких не берем. Вот примем в школу Ирэн, а вас – нет». Сейчас, по прошествии нескольких лет, сердце Ирэн отзывалось короткой вспышкой острой боли при воспоминании о полном страха и отчаяния взгляде Гвен, простодушно поверившей в эту ложь. Короткое молчание и резкие слова Ирэн, вызвавшие дружный смех преподавателей: «А я без Гвен тут учиться не собираюсь».
Девушка глубоко вдохнула и медленно выпустила ртом воздух, моргая, чтобы высушить увлажнившиеся глаза. Сколько их было – переломных моментов, когда жизнь проверяла их с Гвен дружбу на крепость; едких замечаний, когда завидовавшие их любви однокурсники предпринимали тщетные попытки их рассорить; глупых сравнений, когда преподаватели пытались оправдать свое предвзятое отношение к молчаливой и вежливой Гвен, таланты которой редко кто их них мог разглядеть и тем более развить.
– Прости меня, Гвен, прости за то, что не держишь обиды, за то, на что ты никогда ни обращала внимания, за то, что ты всегда была мишенью… за то, что я не смогла тебя защитить, – прошептала Ирэн.
Неделю назад Гвен отмахнулась от ее слов: «Я отомщу» веселым: «Да брось, было бы из-за чего тратить энергию!». Девушка понимала, что сестра права; нет смысла мстить тем, кто в силу порочного мировоззрения не понимает порочности своих поступков. Она осознавала также, что не сможет оставить все, как есть. Запустив руки в карманы старого бежевого кардигана и устало склонив голову, Ирэн обогнула главный корпус и направилась знакомой дорожкой вглубь парка, раскинувшегося в школьном дворе, мимо библиотеки, мимо медиастудий, мимо двух огромных спортзалов в сторону озера к северу от школы, окруженной густым лесом, сквозь который к нему вела неприметная тропинка. Почувствовав влажную свежесть, доносившуюся со стороны озера Кристалл Уотерс, девушка ускорила шаг и остановилась на середине моста, пересекавшего водную гладь, по которой бегали нефритовые блики, рождаемые игрой слабого ветерка и светом вечернего солнца. Воздух был напоен
Радостный лай и мягкий топот собачьих лап заставил ее оглянуться.
– О, привет, Пайки. Давно не виделись, старина, – девушка присела на корточки, почесывая за ушами золотистого ретривера, бурно высказывавшего свою радость по поводу встречи.
Пайки отбежал и обернулся, приглашая ее последовать за ним. Ирэн знала, что он хочет отвести ее к старому клену на берегу озера, где выступавшие из-под земли корни окружали небольшую полянку, заросшую шалфеем и зверобоем. Пайки любил лежать рядом с девушкой, когда она сидела, прислонившись к грубой коре, а его большая умная голова покоилась на ее коленях.
– Что ж, пойдем, – улыбнулась Ирэн, – все равно увидимся только через два месяца.
Прыжки неизменно счастливого при каждой их встрече пса, кружившего вокруг девушки с оглушительным лаем, немало мешали Ирэн идти вперед, но она не могла даже прикрикнуть на лишенного дара речи друга, любившего ее столь искренне и столь бескорыстно. Вспомнив последнее анкетирование, девушка не сдержала слабой улыбки: она с трудом преодолела искушение написать имя Пайки в ответ на вопрос: «С кем Вам уютно молчать (укажите род отношений: член семьи, друг, наставник)?».
– Скажи, что бы ты сделал с теми, кто предал твое доверие за ничтожную цену? – задумчиво спросила девушка, поглаживая макушку расположившегося возле пса.
Пайки проворчал что-то нечленораздельное, вытянув шею и удобнее положив голову ей на колени.
– Да ладно? – недоверчиво фыркнула Ирэн, склонив голову и разглядывая мирно сопевшего друга. – Думаешь, это так легко – не обращать внимания? Вообще-то, – призналась она мгновением позже, – я всю жизнь этим занимаюсь… Хорошо, что у меня есть Гвен, – улыбнулась она, – иначе давно бы сломалась.
Пес вскинул голову с недовольным рычанием.
– Эй, хорош ревновать, – подначила его Ирэн, – в моей маленькой вселенной у тебя почетное третье место… после родителей и Гвен, – добавила она, поглаживая мягкий подбородок ретривера.
Подкупленный лаской, Пайки снова устроился на ее ногах. Девушка усмехнулась, проводя пальцами между его ушами. Солнце неспешно пряталось за неровные макушки раскидистых темно-зеленых крон, озеро одевалось в бледные сумерки, ветер становился холоднее. День угасал. Предпоследний день в Лейквуде – а Ирэн впервые в жизни радовалась тому, что покидает его на целых два месяца.
– Не забудьте забрать перечень литературы на следующий год и сдайте книги в библиотеку…
Ирэн едва ли прислушивалась к голосу фрау Шульц, проводившей последний кураторский час в учебном году; на тетрадном листочке перед девушкой уже красовались каллиграфические надписи: «Death Note», «L Lawliet», «Nite River», «Michael Khell», и она продолжала бессознательно обводить красивые буквы, не слушая несколько визгливого голоса суетливого куратора группы, в n-ный раз проверявшего списки и ведомости.
– Внимание! – донесся из динамиков на стене тягучий голос профессора Уолтерс, за редким исключением дававшей почти все объявления в школе. – Мисс Ирэн Бёртон, пройдите, пожалуйста, в кабинет директора. Повторяю. Мисс Бёртон, пройдите, пожалуйста, в кабинет директора.
Протяжный гул и улюлюканья, наполнившие класс, полные довольства выкрики с задних парт и вопрос в глазах фрау Шульц, отвлекшейся от очередного списка, – Ирэн невозмутимо посмотрела на куратора и бесцветным голосом поинтересовалась: