Динуар
Шрифт:
– Никогда не поверю, что ты притащилась в такую даль, чтобы сказать, какой я идиот.
– Никогда бы не поверила, что ты такой идиот, если бы не увидела все это, – парировала Лиззи, но, вместо того чтобы уйти, уселась в ротанговое кресло.
Когда приходишь в Соулстоун или Холмы, тебя встречает благопристойная Америка. Но колючие улыбки едва ли лучше оскала. Шлюхи в золоченных клетках не перестают быть шлюхами. Просто стареют немногим дольше.
Ленни стоял перед крепким домом на Стэнтнор-стрит, над которым как будто нависла скорбная тень. Черные окна наглухо закрыты плотными шторами, и ветер сдувает мусор на лужайку. Здесь жила Лори. Пока не исчезла. Кажется, здесь давно никто не живет. Дин-дон. Никакого Джимми,
– Краа-а-авитц, я жду! – капризно протянула Лизи Дросс. Ленни очнулся и посмотрел на доску расследований с гребаным Драксом на вершине. Настало время объяснить капитану полиции, насколько некомпетентны ее ребята.
Misper – так это называют на жаргоне. Missing person – словно нелепый псевдоним фокусника. Только в Динаполисе с полторы тысячи за’аров за год пополняют статистику пропавших. Из тех, на кого хоть кому-нибудь не плевать. Полсотни из них не найдут ни в первые сутки, ни в следующие несколько лет. Из ста семнадцати сгинувших за намытыми витринами кафе в последние восемь лет не удалось обнаружить никого.
– И еще. Если кого-то в последний раз видели, скажем, в Дракенсберге 46 , это не значит…
– Что его не похитили коварные вегане, – ехидно продолжила Лиз, подбирая под себя ноги.
А что не так? За’ары переходят в травоядные, чтобы бесить других за’аров. Их отвратительные зеленые флаги реют на маршах капустной недели. В их жилах течет смузи. Еще недавно их совали мордой в унитаз или сбрасывали с Горбатого моста в воду. Очевидно, они озлобились. Очевидно, они жаждали реванша.
46
один из районов Динаполиса
– Ты и половины не знаешь, – Ленни зажег сигарету. – Многие из пропавших не имели разумных причин находиться в районе Юнион и 17-ой. Сколько-то точно были нетравоядные. От слова совсем.
– Поддались моде? Решили подумать об организме? Хочешь быть здоровым – жуй брюкву.
– Вот мистер Смит. – Ленни указал на старичка с тоскливым взглядом. Его глаза получились у сыщика как живые. – Снимал каморку на Спиллейн-стрит 47 . Однажды он выходит из дома и пересекает пол-города, чтобы посетить самое модное заведение Динаполиса!
47
Спиллейн-роуд; очевидно, сыщик оговорился
– Он просто фанат салата из лебеды. Тебе не понять.
– Возможно. Однако в нашем мире он заказывает «Черный Веган». Без гарнира. Без напитков. Без любимого салата. Каково?
– Следовательно… – Лиз сделала еще одну эффектную паузу. – Он фанат гамбургеров, да?
Сыщик оттянул подтяжки большими пальцами и устало посмотрел в окно. Она всегда так выбешивала или только последнюю пару лет? Гигантский тривижн на выезде с Уэстлейк демонстрировал дождливую улицу. «Есть и другие места, кроме этого. Travis Passage». Обычно парни специализировались на экстремальном отдыхе. Недельный тур в Антарктиду – их последняя задумка. По такой жаре – самое то. Детектив повел взглядом дальше, будто хотел увидеть «другие места», которых, разумеется, не было. Только темные квадраты крыш скорбной чередой шли на север, сливаясь с линией горизонта. Мрачная Рэнсонс Тауэр в излучине Рэй-ривер высилась, как королева городской застройки. Казалось, готическое здание светится мистическим черным светом.
– Мистер Смит расплатился чеком. Об этом говорят два свидетеля, все в твоих бумагах. Однако мистер
– Дуглас, – она провела ногтем по отчету.
–… этот чек не обналичил. Он вообще не имеет привычки обналичивать чеки. Впрочем, отрицать присутствие мистера Смита не стал. Был и ушел. А потом пропал. Установлено, что из 47 случаев за последний год 15 произошли рядом с «Дырой в Стене». – Кравитц с силой затушил окурок в ладонь. – А теперь скажи, где я неправ?
Лиззи вертела в руках рисунок, на котором гигантский плотоядный цветок заглатывает фигурку за’ара, подозрительно похожего на детектива с Гулд-стрит. Прощальный презент мистера Хопса. Тот назвал его «Sweet a fan dune noir», что бы оно ни значило.
– Зря не пошел в художники, – наконец ответила она. – А от меня ты что хочешь?
– Ну как… – Ленни подъехал к ней на кресле и протянул тамблер с «Мадам Вастрой» на два пальца. – Пришли своих парней из 11-го 48 . Раскрути полицейскую машину.
48
по нашим прикидкам, в Динаполисе 8 полицейских участков и одно управление шерифа округа. Департамент присваивает номера в хронологическом порядке, номера закрывшихся участков выводятся из обращения
– Основания?
– Ну…
Краун не искал оснований. Он просто подписал бумаги. «И чуть не застрелил», – весело поддакнул Донни. Туше.
Когда часы показали полночь, Ленни вытащил из кармана несчастный ордер. Размашистый почерк на изломанных листах. Что-то про «экзистенциальный опыт» и «его волю». Он долго смотрел на бумагу, но обещанные чары не пропадали. Он стоял как дурак в паре кварталов от Фаррагут-роуд, и молнии гуляли по скатам крыш за спиной. Ничего. «Интересно, на что я рассчитывал? – с кривой улыбкой подумал Кравитц. – Парень явно спятил, причем давно». А потом строчки начали таять, словно их стирали, буква за буквой. Практическая магия и немного исчезающих чернил. Вот тебе и тыква.
«Ты в курсе, что в оригинале сказки голуби вырвали глаза сестрам Золушки на ее свадьбе? – спросил судья. – Пернатые крысы».
Так какие у меня основания? Ну-ка прикинем.
– На Левом берегу действует преступная сеть, если еще не дошло. – Эх, копы-копы. Был бы Ленни потупее, сам бы пошел в легавые. – Эти твари проворачивают минимум по похищению в месяц. Сто с хреном жертв набежало. Безопасность граждан под угрозой, и все такое.
Три года назад в «Шрайк» был материал «Кафе с говорящим названием» об исчезновениях в веганской закусочной. Автор Томми Пес или как там его. Статья уверенно расположилась между заголовками типа «Рептилии прошлого – трансгендеры?» и «Война в Заливе – происки инопланетян». По иронии судьбы сам репортер 49 куда-то запропастился.
49
нам почему-то кажется, что Томми Волк все-таки был журналистом
– Каждое утро в Динаполисе кто-то выходит из дома, чтобы никогда не вернуться, – пожала плечами Лиз. – Чего уж говорить о вечерах.
– И ты подалась в философы?
– А этого я помню. – Капитан глотком осушила виски и ткнула в бледное фото. – Рексфорд Джонс. Бил подружку, приторговывал лизергинкой. Или она его? Жертва, безусловная жертва социального уклада общества. Небось лежит сейчас в неглубокой могиле на съезде с 61-ого с обломанным пером в груди. Ты вообще отчеты читаешь?
Мистер Джонс жил в подвале у родителей и подружки ввиду такого обстоятельства не имел. Он мог бы быть веганом, если б не барыжил дурью. Чего не отнять у травоедов, так это пропаганду здоровья. Мое тело – храм, и все такое. Кравитц отлично делал свою работу.