Дикие земли. Шарп
Шрифт:
Следующие несколько минут - а может, и больше, время в такие моменты ведет себя странно - бык гонял нас по арене. Мы втроем будто бы превратились в части какого-то причудливого механизма. Старина Арнольд задавал темп и был главным движителем. Причем, судя по всему, вечным. Первое время я еще надеялся, что он выдохнется и хоть немного успокоится. Но ни черта подобного.
К тому, масла в огонь подливал Сэм. Его наш аттракцион искренне забавлял. Он хохотал, время от времени отхлебывал из бутылки виски и подбадривал своего любимца. Том время от времени перегибался через верхний край решетки
Мы более-менее приноровились качаться туда-сюда, уходя от прямого удара. Но и меня, и Брэндона бык успел пару раз основательно зацепить. Мне и вовсе расцарапал рогом бедро. Кровь обильно сочилась по ноге, джинсы набухли и прилипли к коже.
Рано или поздно он кого-нибудь из нас попросту сдернет с бревна и размажет по арене. А потом и второго. Это дело времени.
Умом я понимал, что наверное, проще всего было бы сдаться. Смерть ведь здесь не настоящая. Я потом просто очнусь. Ну, или в призрака сначала превращусь, я уже толком не помню все эти объяснения. Главное - что это все понарошку. И иногда проще признать, что проиграл.
Но, во-первых, я не привык сдаваться. А во-вторых... Ладно, чего уж там. Страшно! До одури, до поросячьего визга. Одно дело - позволить пустить себе пулю в лоб. Да даже клинок в пузо загнать, как какой-нибудь древний самурай. Но совсем другое - добровольно подставиться под живой рогатый таран. Не получается тут разыгрывать из себя героя, хоть ты тресни!
– Брэндон!
– крикнул я.
– Брэндон!!
Парень, похоже, от ужаса был будто в дурмане. Он не сводил немигающих глаз с быка, но смотрел словно бы сквозь него. Двигался дергано, едва успевая реагировать на нападения.
– Двигай ко мне!
– заорал я.
Моя сторона «весов» как раз опустилась, и я, получив опору под ногами, рывком дернулся вперед, перебрасывая цепь от кандалов вдоль по бревну. Если Брэндон тоже будет двигаться ближе к центру бревна, нас будет меньше болтать. А может, и вовсе удастся уравновесить эту долбанную конструкцию так, чтобы обоим оказаться наверху, и бык до нас не дотянется.
Брэндон меня, кажется, не расслышал. Я, немного раскачавшись, сделал пару рывков вперед, продвинулся еще на полметра. Баланс сместился - у Брэндона теперь плечо рычага оказалось ощутимо длиннее, и он начал меня перевешивать. Причем сильно.
– Брэндон, не спи! Двигай ко мне, я говорю!
Поздно.
Мой край задрался выше обычного, и я на цепи начал соскальзывать еще ближе к середине. Со стороны Брэндона же бревно уткнулось в землю. Он замер, согнувшись и обхватив его скованными руками. Смотрел он, по-прежнему, только на быка. Не отрываясь.
На мгновение все стихло - даже Сэм с Томом замерли, вытянув шеи.
Арнольд, опустив морду к самому полу, шумно фыркнул. От его раздутых ноздрей в стороны взметнулась соломенная труха. Еще немного - и он, вырывая копытами комки утрамбованной земли, попёр прямо на Брэндона.
Я невольно скривился, будто это меня сейчас ударит. И даже, кажется, на мгновение зажмурился. Потому что самое главное пропустил.
Бык, гудя, как товарный поезд пронесся вдоль бревна, но в последний момент чуть свернул в сторону, оставляя Брэндона по левому борту. Пролетел мимо и со всего маху
Удар был такой чудовищной силы, что нижний край решетки немного прогнулся. Сэма же смело с верхнего края, как тряпичную куклу. И, к несчастью для него, свалился он вовнутрь арены, прямо на спину быку, а потом и прямо ему под копыта. Арнольд взревел, взбрыкивая то передними, то задними конечностями. У зверюги будто второе дыхание открылось - он с таким остервенением он начал втаптывать хозяина ранчо в землю, будто мечтал об этом всю жизнь.
Непись - помощник Сэма - бегал вокруг арены, пытаясь криками утихомирить быка. Но с таким же успехом можно было пытаться голыми руками водопад остановить. Брэндон же, словно очнувшись ото сна, начал действовать. Приподнял свой край бревна, в несколько приемов передвинул цепь от кандалов так, чтобы высвободиться, наконец, из наших качелей. Бросился в к стене арены и подобрал уроненный Сэмом дробовик.
– Эй, ты!
– крикнул он негру.
– А ну, открывай ворота!
Тот поначалу замер в замешательстве, глядя на направленный на него ствол ружья. Но быстро опомнился, вскинул руку к бедренной кобуре.
Брэндон опередил его. Выстрел «Буйвола» в гулком пространстве арены прозвучал, как маленький взрыв. Бедолага Том попросту исчез из поля зрения - мгновенно. Похоже, зарядом картечи его отшвырнуло далеко назад.
Бык, испуганный звуком выстрела, замер, опустив башку. Я ожидал, что Брэндон второй патрон потратит на него. Хотя не уверен, что такую махину можно завалить с одного выстрела. Даже из такого мощного ружья.
Но Брэндон, наоборот, медленно, без резких движений, повесил дробовик за спину. Пошарив за пазухой, достал элайскую маску и осторожно, будто боясь обжечься, надел её.
Маска, на первый взгляд, была железной, из того же зеленовато-коричневого металла, из которого были сделаны статуи в Дример-Бэй. Но на лице она вдруг стала пластичной, плотно обхватила голову Брэндона гибкими щупальцами, похожими на побеги растения. И форма её тоже начала меняться - руны пришли в движение, отверстия для глаз удлинились. Дальше я не разглядел, потому что Брэндон шагал прямиком к быку.
Бычара будто в статую превратился - стоял, широко расставив передние ноги, и чуть опустив рогатую башку. Только хвост нервно мотался из стороны в сторону. Сроду не был на корриде, да и, кажется, ее уже давно запретили. Но, по-моему, вся эта сцена здорово напоминает бои быков. Вот уж не думал, что Брэндон сгодится на роль матадора.
Парень, невозмутимо перешагнув через то, что осталось от Сэма, подошел вплотную к быку. Тот чуть попятился, пока не уперся крестцом в ограждение. Вздрогнул, когда ладонь Брэндона легла ему на морду.
И вдруг разом успокоился, обмяк. Даже, кажется, уменьшился в размерах. Я даже сам не понял, как это произошло. Только что это была огромная рогатая машина смерти. А тут - просто крупный бык, стоит смирно, хвостом себя обмахивает. А потом и вовсе опустил морду к земле. Брэндон, опираясь на его рога, как на ступеньку, забрался на его спину, а через нее - на решетку. Перелез через неё, оказавшись как раз на том месте, где раньше сидел Сэм.