Дикая
Шрифт:
И неужели так заметно, что мы неровно дышим друг к другу?
Появление Дениса тоже не улучшает ситуацию, потому что за него я волнуюсь даже больше, чем за развитие наших с Домовым отношений.
— Пошли, — берет меня за руку блондин и поднимает на ноги, — ты слишком взвинчена, чтобы продолжать репетицию. Я договорился с твоим учителем, и на сегодня он освободил тебя от роли Белоснежки, — блондин пытается подавить смех, но улыбку у него спрятать не получается. — Тебя и на несколько дней одну оставить нельзя!
Улыбаюсь в ответ, желая только одного, чтобы Денис никогда
— Отпустите, — рычит парень, и проноситься мимо меня, задевая плечом. Я теряю равновесие и в который раз оказываюсь в объятиях блондина.
— Прости его, — подходит ко мне Димур и нервно теребит ремень сумки. — Насчет вечеринки все в силе, я буду рад, если ты придешь. — Переводит взгляд на Дениса и протягивает тому руку, — Дмитрий.
Блондин уверенно пожимает пятерню футболиста.
— Сегодня вечером мы с ребятами празднуем победу в полуфинале. Приходите с Дашей, я приглашаю, а на Домового не злись, он это не специально. Просто вспыльчивый слишком.
Денис кивает головой, глядя в открытую дверь актового зала, а потом мы, наконец, уходим.
— Ничего себе! — выдыхает блондин, устало проводя по лицу обеими руками, — я и не подозревал, что в школе сейчас все иначе, страсти кипят не детские!
Мне наплевать на то, что только что произошло. Пусть Домовой хоть на голове стоит, это его личные проблемы. Я не давала повода думать, будто мы вместе, и не собираюсь чувствовать себя виноватой за то, что он ревнует. А вот перед ребятами и даже местной дивой мне было действительно стыдно, и я понятия не имела, как исправить свою неспособность к перевоплощениям. Правда, сейчас все это, как и прежде в компании блондина, отходило на задний план.
— Денис, — беру парня за руку, — объяснишь, зачем приехал? У тебя же предпоказ сегодня! Крошка Мел меня возненавидит, да и все остальные тоже, они же так старались ради сегодняшнего дня. Ты сам многое сделал, а теперь….
— А теперь я здесь и хочу с тобой поговорить, — решительно перебивает меня Денис и ведет к огромному байку.
Я мысленно хватаюсь за голову.
И этот туда же!!!
— А, может, на общественном транспорте? — спрашиваю блондина, косясь в сторону автобусной остановки.
— Да, брось, — смеется Денис, — ты же знаешь, что я не способен тебя обидеть. Ведь, знаешь? — совершенно другим тоном говорит блондин.
Я смотрю на его разноцветную челку, скрывающую синеву правого глаза, на прямой нос, мужественные губы и все лицо в целом, которое больше не воспринимается по отдельности, и вижу перед собой необыкновенно дорого мне человека. Каким-то непостижимым образом Денис стал мне даже больше, чем просто другом. Он небезразличен мне, я всецело ему доверяю и хочу, чтобы между нами никогда не было ни ссор, ни недопонимания.
— Я боюсь этих страшных зверей, — тычу в сторону байка, — но тебе полностью доверяю.
— Вот и отлично, — улыбается Денис, надевая на меня шлем и бережно застегивая под подбородком, — я не пропустил предпоказ, малыш, — шепчет блондин, — его перенесли на четверг, и
— Это же здорово! — обрадовалась я за Дениса, — поздравляю тебя!
— Спасибо, дорогуша! — закатывает глаза Ден, манерным жестом откидывая челку со лба, — меня замууучили эти наглые журналисты со своими надоедливыми вопросами, — блондин закатил глаза и возмущенно фыркнул, но тут же снова стал предельно серьезным.
— Я приехал, потому что не мог иначе. — После чего сел на байк и повернул ключ.
Успела заметить, как на школьное крыльцо вышли ребята из спортивного класса, как Волк злобно проводил меня взглядом, а Димур что-то сказал ему, хватая за плечо. Как местная дива подошла к ребятам и тоже посмотрела в нашу с Денисом сторону.
В тот момент я поняла, что если в ближайшее время не начну общаться с ребятами как-то иначе, то восстановлю против себя всю параллель одиннадцатых классов. Для них ничего не стоит объявить бойкот единственной новенькой старших классов, а для меня это будет значить очень многое, в том числе и потерю Домового, к которому я испытывала сумасшедшее притяжение.
Но сначала нужно разобраться с Денисом и узнать, ради чего он примчался ко мне, наплевав на дом и работу.
Мы сидели в полутемной кабинке знаменитого в нашем городке ресторана, который я ни разу не посещала прежде, и Денис напряженно молчал, ковыряясь вилкой в тарелке.
— Объясни мне, что с тобой происходит? — потеряла я терпение, — если ты не расскажешь, чем болен и насколько это серьезно, я с ума сойду от догадок, предположений и переживаний за тебя.
— Необъяснимо, да?
— Что необъяснимо? — взревела я, запуская в Дениса салфеткой, — прекрати изъясняться загадками!
Блондин засмеялся и аккуратно вытер рот белоснежным треугольником.
— То, что я собираюсь просить помощи у малолетки, с которой совершенно не знаком.
— И тем не менее? — вопросительно приподняла я бровь.
— И тем не менее, я все же начну с самого начала.
Денис откинулся на спинку стула и начал рассказ о своей жизни.
— Отец мечтал о пацане и носил меня на руках, вернее, катал на своем любимом байке, который заменил ему работу, увлечения и, в конце концов, семью. Но с самого детства я увлекся рисованием, чем серьезно разочаровал его, а в школе начал посещать модельный кружок.
После очередной фотосъемки, отец нашел мои снимки, где наша группа рекламировала свадебные наряды в греческом стиле, и я красовался с подведенными глазами в распахнутой на груди белоснежной рубашке…
В общем, родители развелись, после того, как я был признан «никчемным ублюдком с замашками педика». Мне тогда только исполнилось шестнадцать.
Вскинула на блондина глаза.
Неужели, он проникся ко мне симпатией потому, что увидел схожесть ситуаций?
— Я сбежал из дома и приехал в столицу, чтобы доказать отцу и самому себе, что чего-то стою, что мной можно и нужно гордиться. Учился и работал, как проклятый. Грузил мебель, обслуживал столы, шил на заказ и, наконец, меня заметили.