Дикая роза гор
Шрифт:
– По-моему, такое у нас уже было. – Ребекка прерывисто дышала, стараясь сдержать неожиданный отклик своего тела на его близость.
Эдвард решил воспользоваться ее беспомощностью.
– Поскольку твое внимание мне сейчас обеспечено, позволь тебя спросить. Почему, как ты думаешь, я приказал тебе оставаться в своей комнате?
Он убрал меч от ее горла, но продолжал крепко прижимать ее к земле.
Ребекка подняла глаза к небу. Он взял ее за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
– Твой отец может позволить тебе непочтительное поведение,
Ребекка отвела взгляд.
– Смотри на меня!
Ей понадобилась вся сила воли, чтобы вновь встретиться с его внимательным взглядом, который, казалось, пронизывал ее насквозь и читал в ее душе как в открытой книге. От напряжения на глаза ее набежали слезы. Долгих десять лет она тосковала по этому человеку.
– Отвечай на мой вопрос! Почему тебе необходимо оставаться в своей комнате?
– Для моей безопасности.
– Никогда не забывай об этом! Тебе постоянно грозит опасность со стороны членов моего клана и людей Руперта. Выезжать одной за стены замка было глупо. Ты даже меч с собой не взяла! Не смей больше так поступать! – Его пальцы еще сильнее сжали ее подбородок. – Поняла?
– Да, лэрд Эдвард. – Только сейчас, назвав его титул, она осознала, что он теперь вождь, а не пятнадцатилетний задиристый мальчишка.
Эдвард наконец убрал руку.. Она продолжала смотреть ему в глаза и увидела, как в них разгорается жаркий огонь. Огонь страсти. Он хочет ее? Тело Ребекки горело, жаждая его ласк... обладания... Ее жгло ответным огнем, откликнувшимся на жар его взгляда. Но время еще не пришло. Вождь клана или нет, но она сумеет держать его на расстоянии до тех пор, пока не убедится, что он ее любит.
Эдвард встал и помог ей подняться. Не желая считать себя побежденной, она лучезарно улыбнулась ему и в ту же секунду, когда он, помогая ей, ослабил бдительность, обеими руками вцепилась в его руку и дернула вниз. Громко выругавшись, он рухнул на нее. В мгновение ока она вывернулась из-под него и, вскочив на ноги, бросилась бежать, слыша за спиной смех Эдварда.
– Больше не жульничай, Ребекка! – крикнул он.
Путаясь в поворотах – два раза она попадала в тупики, – Ребекка, к собственному удивлению, довольно быстро выбралась из лабиринта и огляделась вокруг. Эдварда видно не было. Оборачиваясь время от времени на выход из лабиринта, она подбежала к яблоне, сорвала яблоко и, быстро сев, прислонилась к ее стволу с таким видом, будто дожидается его здесь уже целую вечность.
Вдруг листва над ней зашуршала, и к ней на колени упал яблочный огрызок. Она вскрикнула и отбросила его в сторону. Эдвард спрыгнул с дерева рядом с ней.
– Что тебя так задержало?
Ребекка запустила в него недоеденным яблоком, Эдвард увернулся и протянул ей руку.
– Беда в том, Эдвард, что мы с тобой знаем друг друга только как товарищей по летним играм. – Она отряхнула юбку от налипшего мусора.
– Беда в том, Ребекка, что у меня вечно не хватало времени поучить тебя хорошим манерам, – произнес он, грозя ей пальцем.
– Ах ты... Теперь я понимаю...
В этот момент к ним подошел один из стражников замка и сообщил Эдварду, что он срочно нужен.
– Пожалуйста, простите меня, миледи, – склонил перед ней голову Эдвард и приказал солдату: – Проследи, чтобы леди Ребекка вернулась в замок и оставалась там.
Произнося это распоряжение, он настороженно смотрел на нее. Но она лишь присела в реверансе и, потупившись, кротко промолвила:
– Благодарю вас, милорд. Мне доставила большое удовольствие наша прогулка.
Эдвард прошел в библиотеку и занялся делами со своим помощником. Разбирая бумаги на столе, он вспоминал далекое лето, проведенное в обществе Ребекки. Они спорили и весело ссорились, в точности как сегодня. Его и тогда поражали ее энергия и ловкость. Они подстраивали друг другу разные каверзы и строго вели счет победам.
Ее своенравная красота с первой встречи обратила на себя его внимание. Можно сказать, сразила наповал. Каждое утро она фехтовала со своим наставником, и Эдвард в конце концов присоединился к ее занятиям. Он многое узнал в то лето: и о фехтовании, и о ее шалостях. После полудня они часто бродили по окрестным холмам, и Ребекка постоянно втягивала его в какие-то авантюры. Когда же он пытался отплатить ей той же монетой, ему влетали от отца.
Как-то после долгого дня, проведенного за очень нудной работой, придуманной ему в наказание, он разыскал Ребекку. Она стояла на берегу озера, и он, разозленный, с воинственным воплем набросился на нее и столкнул в воду. А потом, хохоча от восторга, с удовольствием наблюдал, как она неуклюже пыталась оттуда выбраться в мокрых широких юбках.
В конце концов он протянул ей ветку и вытащил на берег. Выражения, которыми она его осыпала, изумили не только его, но и подъехавшего к ним в эту минуту ее отца. Оказавшись на берегу, она сразу набросилась на него с кулаками.
– Разве можно так обращаться с тем, кто только что спас тебе жизнь? – удивился отец Ребекки, спешившись. Ему с трудом удалось ее скрутить и оттянуть от Эдварда. Она никак не могла успокоиться.
– Он сам столкнул меня в озеро! – кричала она, стуча от холода зубами.
Эдвард честно рассказал Маккею обо всем.
– Пожалуй, нам с твоим отцом, парень, стоит вас поженить, – заявил ее отец и, хохоча, удалился. Как помнил Эдвард, с тех пор они не бегали к своим отцам с жалобами друг на друга.
– Тебе что, больше делать нечего? – сердито спросила Ребекка стражника, когда поняла, что он намерен следовать за ней по пятам.
–Простите меня, миледи, но лэрд Эдвард приказал мне присматривать...
Не слушая его оправданий, Ребекка, вздернув подбородок, пошла вперед. Она все равно улизнет от него, но попозже. Сначала она зашла на кухню и, попросив воды, увидела сестру Эдварда Мэйделин, увлеченно обсуждавщую с поварихами меню очередной трапезы.
– Мэйделин, как ты поживаешь? – кинулась к ней Ребекка.