Дикая роза гор

Камерон Кристина

Ребекка глубоко вздохнула, злясь иа себя за то, что проявила слабость. Эдвард помог ей вновь сесть в седло, а сам, вскочив на коня, схватил поводья ее лошади и привязал к своему седлу. Мужчины наконец обсудили маршрут и готовы были продолжить, путь.

– Ты считаешь, что одинокая женщина может преспокойно ездить по этим кишащим разбойниками землям? – Эдвард искоса взглянул на нее.

– Другие женщины не смогли бы, а я могу!

– У твоего клана много врагов. И ты надеешься одна им противостоять? Думаю, ты уже убедилась, что это

тебе не удастся. По крайней мере от меня ты не сбежишь.

Пожав плечами, Ребекка направила коня вперед, насколько позволила ей длина повода. Эдвард свистнул, и животное послушно замедлило шаг.

– Ты не можешь ехать во главе отряда. Ты не должна забывать свое место и обязана покоряться вождю клана.

– Эдвард, ты ведь меня знаешь. Когда это я была послушной и знала свое место? – Ребекка сладко улыбнулась, произнося эту бунтарскую речь.

Он засмеялся.

– Да уж, мы с тобой всегда соперничали. Ты вела счет нашим спорам?

– Если считать и последний, ты победил меня не один раз.

– Разумеется, – самодовольно произнес Эдвард.

Теперь они оба были настроены миролюбиво, но Ребекка не оставила мысль о побеге, хотя, к сожалению, удобный случай никак не подворачивался.

День за днем ехали они по гористой местности, через леса и пустоши. Слишком долгая дорога, чтобы спокойно ее терпеть. А сон рядом с Эдвардом и вовсе лишал ее покоя. Когда наконец показался его замок, Ребекка не смогла сдержать вздоха облегчения. И восхищения. Расположенный у подножия высоких гор, на холме, замок был сказочно прекрасен своей дикой гордой красотой. Высокая стена окружала вершину холма, а за ней высилась мощная крепость, украшенная множеством башен и башенок. Стены замка густо поросли плющом, отчего казались задрапированными каким-то необыкновенным зеленым гобеленом.

Отряд наконец приблизился к замку, стражники на стене затрубили в рога, мост через ров опустился, и широкие ворота распахнулись. За ними открылся внутренний двор с роскошными клумбами и деревьями. Трава и цветы источали свежий чистый аромат.

Ребекка с интересом огляделась вокруг. Покосившись на Эдварда, она заметила, что он пристально наблюдает за ней.

– Просто чудо, – восхитилась она.

– Спасибо, леди, – с гордостью отозвался он. – Возможно, мне удастся уговорить тебя здесь остаться.

– Ты, конечно, шутишь? – усмехнулась Ребекка, пытаясь скрыть удивление, хотя его слова доставили ей удовольствие.

Они спешились и сопровождаемые воинами вошли в главный зал. Огромное помещение сверкало чистотой. Вслед за вождем в зал пришли члены клана, приехавшие из самых дальних деревень, расположенных на землях Макклири, чтобы приветствовать воинов, вернувшихся из похода. Жены и мужья обнимались, дети кидались к отцам.

Все старались обратить на себя внимание Эдварда, но ни жена, ни дети его не встречали. На Ребекку смотрели с любопытством, но и только. В их взглядах не было вражды. То тут, то там раздавался шепоток: «Это Кавена!»

Впервые

в жизни Ребекка задумалась о том, какое впечатление она производит на посторонних. Она увидела себя глазами членов клана: всклокоченная грива белокурых волос и грязное рваное платье. Но смущение заставило ее лишь выше вздернуть подбородок.

Эдвард для начала приказал служанке позаботиться о Ребекке, и та повела ее вверх по лестнице на галерею, а потом дальше по коридору. Они вошли в комнату, расположенную в самом его конце, и Ребекка, подойдя к окну, замерла, пораженная красотой вздымающихся на горизонте гор.

– Меня зовут Гвен. Я сестра Натаниэля, друга Эдварда.

– А я – Ребекка из клана Кавена, – обернулась к ней Ребекка.

– Да, миледи. Меня предостерегли, – покраснев, сказала девушка.

– Предостерегли? Вот как? Не бойся, Гвен. Я не причиню тебе вреда.

– Я принесу вам воды для ванны. – Гвен быстро сменила тему разговора.

– Это было бы чудесно.

Гвен присела в реверансе и выскользнула за дверь. Ребекка уселась на скамеечку у окна и залюбовалась солнцем, садившимся за горы. Изумительные краски заката заставили ее на какое-то время забыть о своих проблемах.

Наконец она отвела взгляд от окна и стала рассматривать комнату. У одной стены стояла большая высокая кровать с деревянными ступеньками, чтобы легче было забраться на нее. Пышный балдахин и аккуратно подвязанные занавески придавали ей уютный вид и, казалось, манили отдохнуть в ее мягкости. Ее потянуло прилечь и погрузиться в сон... Остановило Ребекку лишь неприятное ощущение присохшей к коже грязи.

Дверь внезапно отворилась, и в комнату вошел Эдвард.

– Мойся и одевайся к вечерней трапезе. Я зайду за тобой, и мы вместе спустимся вниз, чтобы я смог представить тебя своим людям, как полагается.

Ребекка круто повернулась к нему.

– Тебе не говорили, что надо стучать, прежде чем войти в комнату леди? – Она терпеть не могла, когда ее заставали врасплох. – Я не столько голодна, сколько устала, и потому тебе придется ужинать без меня.

Эдвард нахмурился.

– Прости мою невежливость. Ты совершенно права: я должен был постучать. Однако поесть что-нибудь горячее ты должна после целой недели на сушеном мясе, а потому ты присоединишься ко мне, даже если мне придется тащить тебя к столу силой.

«Что ж, мне к этому не привыкать», – подумала Ребекка и мысленно выругала себя, за то, что не сумела скрыть свой гнев. Мило улыбнувшись, она изящно присела в реверансе и пролепетала:

– Как пожелаете, милорд.

Кипевшую в ней ярость выдавали только глаза, но она скромно опустила их вниз.

Эдвард сухо кивнул и пошел к двери, но вдруг снова повернулся к ней, как будто собираясь что-то сказать. Однако он сдержался, потому что в комнату уже входила Гвен с ведрами горячей воды.

– Будь осторожна с этой Кавена.– Эдвард погрозил ей пальцем и вышел из комнаты.