Дикарка

Бушков Александр Александрович

Она сделала неуловимое движение рукой, и Женя охнула от пронзительной боли в пояснице.

— Можно еще придушить, — рассудительно сказала Марина. — Дает хорошие результаты. У меня в сумочке подходящий пластиковый пакет, прочный, без единой дырочки…Достаем?

— Не надо… — прошептала Женя сквозь слезы.

— Тогда колись!

— Меня убьют…

— Возможно, и убьют, — согласилась Марина безжалостно. — Ты уловила нюанс? Возможно! Могут убить, а могут — и нет. Зато я пристукну тебя точно, прямо здесь! Взвесь и прикинь. Убийца, который держит тебя за глотку, страшнее любого гипотетического.

Он то ведь рядом. У тебя достаточно мозгов, чтобы это сообразить.

— Натали…

Марина придвинулась к ней вплотную, вновь взяла за горло.

— Ты будешь говорить, сука?

— Ну почему ты решила…

— Ладно, — сказала Марина, чуть ослабив хватку. — Будем играть по всем правилам, чтобы до тебя получше дошло. Итак, я объяснила тебе, что работаю на ту же контору, что и Тим, что должна забрать вещь, которую он для меня оставил. Ты сказала, что нужно знать особый пароль. Я его назвала — «Тангочетыре»… Так?

— Ну да…

— Ах ты, стервочка, — ласково пропела Марина. — Умненькая стервочка, но дура… Я этот пароль придумала там же, не сходя с места и особо не напрягаясь. Выбрав такой, чтобы он нисколечко не походил на настоящий. И, тем не менее, ты мне отдала дискеты. Ты была тогда вполне трезвая, ты не употребляешь наркотиков, и ты отнюдь не глупа… И всетаки с превеликой охотой отдала мне дискеты.

— Я забыла настоящий пароль…

— Не бреши! — сказала Марина спокойно. — Ни за что не поверю! Гораздо предпочтительнее другой вариант. Тимофей тебе ни черта не оставлял. Дискеты тебе дали другие. Они знали, что ктото придет, но не знали пароля, соответственно, и ты его не знала. Но вся игра в том и состояла, чтобы впарить мне эти несчастные дискеты! Я все правильно излагаю? Зайка, я уже знаю, что эти дискеты — полная лажа. Я знаю, кто тебе их дал. Ктото из мальчиков некоего Тараса Бородина?

— Если ты сама все знаешь, зачем тогда меня бьешь? — прошептала Женя.

— Потому что такой, как ты, парочка оплеух уж точно не помешает! Итак, ктото от Бородина…

— Сам Бородин…

— Ах, вот как… Ну, в конце концов, я не телепатка. Сам… Отлично. С Тимофеем ты в самом деле трахалась, или это тоже легенда?

— В самом деле, — сказала Женя, вскинула голову и посмотрела с неподдельной ненавистью. — Только он оказался вроде тебя — такая же лживая скотина! Он меня трахал, а на самом деле подбирался…

— К кому? — рявкнула Марина, проворно ухватив ее за глотку.

Допрос получался удачным. Эта холеная стервочка попросту никогда не предполагала, что ее в один прекрасный момент станут колоть с нешуточными угрозами и оплеухами, и не успела научиться нужным уверткам.

— К брату.

— Твоему?

— Ага.

— Чует мое сердце, не в эротическом плане, — сказала Марина, чувствуя сжигающий охотничий азарт. — Тим мужчинами не интересовался. Чем твой брат занимается?

— Работает в аэропорту.

— Судя по вашей набитой деньгами семейке, не грузчиком и не шофером?

— Он занимает неплохой пост в диспетчерской службе. Отец устроил. Он хотел сделать карьеру… Только приперлись вы и все испортили…

— Лирику — к чертовой матери! — сказала Марина резко. — Коли уж у нас пошел столь продуктивный разговор, отвечай кратко, исчерпывающе, быстренько.

Тим с ним познакомился?

— Да. Он попросил, и я познакомила…

— И дальше?

— Четыре дня назад в аэропорту должен был сделать посадку транзитный самолет. Непассажирский лайнер, небольшой такой. Частная почтовая компания…

— «Первая звезда»?

— Да. Тим хотел, чтобы Сергей помог ему попасть на борт. Под видом чиновника из аэропорта. У них такие порядки, в аэропорту — пока транзитные самолеты летят над нашей территорией, на борту у них обязательно находится наш чиновник. Считается, что это штурман, но на самом деле все знают, что он полицейский. Мало ли какой груз небольшой частный самолет может сбросить, или чтото еще…

— Я уяснила. И что вышло?

— Я не знаю всех деталей… Тимофей нажал, дал денег, достаточно много, чтобы Сергея эта сумма привлекла. Помоему, он на него еще и раскопал чтото такое… В общем, Сергей все устроил. Это было нелегко… Тим в летной форме поднялся на борт и улетел. С тех пор я его не видела. А на следующий день к нам с Сергеем заявился Бородин…

— И что?

— Да в точности как ты сейчас! — всхлипнула Женя. — Грозил, что прикончит в два счета, выспрашивал все, что нам известно…А вообще, я точно не знаю, о чем он говорил с Сергеем, он нас стращал по отдельности…Сергея он так напугал, что тот назавтра попросту сбежал. У него есть квартирка на том берегу, район убогий, занюханный, но там не встретишь никого из знакомых, и Сергей туда таскал девок. Он любит подбирать черт знает кого, из низших слоев. Говорит, там тоже попадаются хорошенькие. В общем, он засел на той квартире и ждет, пока все какнибудь образуется. А отдуваться пришлось мне. Ято не могла прятаться в притонах, меня бы там в два счета… Бородин мне дал эти чертовы дискеты и сказал, что за ними обязательно ктонибудь придет, наверняка есть какойто пароль, но его никто не знает. И я должна отдать дискеты, когда прозвучит любой пароль, лишь бы человек был от Тимофея…

— Опять врешь, — сказала Марина. — Точнее, недоговариваешь. Когда я к тебе подсел а там, в «Кассиопее», у тебя было такое лицо, словно ты меня узнала. А это возможно в одномединственном случае — тебе показали мою фотографию… Ну?

— Ага…

— В смысле, показали?

— Да. Бородин.

— Когда?

— Позавчера.

— Не врешь?

— Позавчера утром…

Этого не может быть, подумала Марина растерянно. Этого просто не может быть!.. Получается, Бородин узнал, кого именно пошлют сюда, буквально через часдругой после того, как в конторе приняли решение. Возможности крупных концернов известны… Но неужели они настолько сильны, что могут моментально получать информацию от нас?

— Что еще?

— Да все, пожалуй, — плаксиво заверила Женя. — И началась не жизнь, а преисподняя. Бородин пугает, ты угрожаешь… Я совсем не хотела лезть в эти ваши дела…

— Кто вас спрашивает… — рассеянно пробурчала Марина. — Знаешь, где эта квартирка? Где засел твой братец?

— Чисто теоретически.

— То есть?

— Улица, дом. Он мне его однажды показывал, ради прикола. Даже подъезд знаю. Квартиру — нет…

— Ну, это уже детали! Поехали, покажешь.

— Я не хочу больше играть в ваши…