Дикари
Шрифт:
Блондинка исчезла не так таинственно. Полагаю, прямо в яму для трупов. Это оставило нас с Арлен наедине, что, по общему признанию, было не так уж и сложно, учитывая большой размер склада.
– Пойдем сюда, - взяв ее под руку, отправились в единственный коридор, куда еще не рисковали ходить, минуя уборную и открытый шкаф с метлами, набитый чистящими средствами.
В конце холла была поднята большая створка, открывавшая ворота из рабицы (прим.: конструкционный материал в виде сетки). По ту сторону - комната,
Позади, работали две морозильные камеры, а справа располагались еще одни ворота, которые вели к тому, что напоминало гараж.
– Откуда они все это взяли?
– с трепетом спросила Арлен.
Чувство было взаимным. Я не видела ничего подобного... никогда, даже когда жила с Орденом. У Ромеро были связи, по-видимому, хорошие. У Тито тоже были связи, но больше всего у нас имелось тампонов, все остальное - минимум, необходимый для полу-комфортной жизни.
– Что ж, мы явно должны были найти эту комнату, чтобы пройти через нее, - прокомментировала Арлен, подталкивая меня к ящикам. Она выбрала одну сторону, а я - другую.
– У меня не было возможности поблагодарить тебя за то, что поддержала меня.
– Я говорила мягко, стараясь держаться и болтать как можно тише.
– В самом деле? Ты же спасла мою задницу, когда кто-то другой беспокоился бы только о себе.
В этом она была права. Я могла сбежать, как только каннибал Билл свалился на землю. Найдя пару джинсовых шорт, которые подошли бы мне, скинула ботинки и натянула их под длинную рубашку.
– Я искала свою сестру, - добавила она после паузы, повернувшись, принялась копаться в коробках за спиной.
Скользнув обратно в ботинки, поднялась и продолжила рыться в другой ящике. Начав говорить, оглянулась и впервые заметила чемоданы, сваленные под столом и некоторые, более дорогие вещи, в определенных коробках.
Найдя в паре джинсов бумажник, открыла его и уставилась на удостоверение личности, находившееся внутри. Джеймс Уоллес. Он был служащим в Центриоле.
– Это плохо, - прошептала Арлен.
– Приуменьшение года.
Существовало лишь одно возможное объяснение, которое я смогла найти. Ромеро не искал случайных людей для пыток, он заставлял их исчезать - многих, судя по всему. Целыми семьями, если несколько сумок для памперсов хоть что-то значили.
Бумажник должно быть оставили случайно. Ни в одной из других коробок не было вещей, указывающих на то, откуда они взялись и кому принадлежали.
Я была поражена холодной реальностью, несмотря на то, что мы были связаны на уровне, понятном только нам, - это не дало мне волшебную способность читать его мысли и знать все тайны.
Что, черт возьми, этот парень задумал?
– Итак, ты никогда не рассказывала мне...
– внезапно спросила она с широкой улыбкой на лице.
Я собиралась уже ответить, но увидела предупреждение в ее глазах и выронила бумажник. Девушка быстро пнула его под стол.
– Она мне тоже не рассказывала, - заявил Ромеро, подойдя сзади и скользя руками по моей талии.
Блокируя в своей голове новоприобретенную информацию, повернулась и обернула руки вокруг его шеи, встретив голодный поцелуй. Его кожа была теплой, где бы он ни был, в здании или снаружи.
– Ты уже готова?
– спросил, отступая.
– Готова для чего?
– Мы собираемся поиграть.
***
Это было безумие. Точка.
Взглянула на большую церковь и в сотый раз покачала головой.
– Итак, есть ли у нас план?
– Ага, убить всех, убедиться, что они мертвы, и пойти домой, - бросил Гримм.
– Гейб не одиночка, как Азель, там будет полно народа.
– Я позвал несколько друзей, - наконец-то произнес Ромеро.
Посмотрела на него в поисках объяснений, но парень их не дал.
– А твои друзья носят жуткие мантии с капюшонами и ведут себя как члены секты?
– спросила Арлен сухим тоном.
– Потому что они уже здесь.
Повернулась на месте, а моя челюсть отпала, когда поток людей в черных мантиях потек через парковку и двинулся прямиком к пристанищу Гейба.
– Пошли.
Не имея другого выбора, выбралась из машины и едва не сбилась с пути, когда меня подхватила группа из четырех... человек.
– Так жутко, - пробормотала Арлен, подойдя, чтобы встать рядом со мной.
Это было ужасно жутко. На всех в черной мантии была белая маска и большой левиафановый крест на шее. Перевернутый крест, вытатуированный под глазами Ромеро и его приятелей, был нарисован в углах по обе стороны странных масок.
Разум что-то кричал мне, но я не слышала или не понимала. Откуда взялись все эти люди?
– Давайте, - сказал Кобра, пробежав перед нами.
Мы оказались почти у дверей, когда группа лиц в черных мантиях прорвалась сквозь них, и все начали наступать. Стекло разбилось от ударов по окнам. Вскоре после этого воздух наполнился симфонией криков.
К тому времени, как смогла войти, началось полное столпотворение. Тела лежали на полу, в проходах и на скамьях. Крест, висевший на задней стене, был сбит, вырвав кусок гипсокартона.
Заметив отца Гейба в задней части церкви, пытающегося скрыться, нацелилась на него и бросилась следом. Перепрыгнула через женщину, которой вскрыли шею, и мужчину, чей нос наполовину отсутствовал. Кровь покрывала мраморный пол, отчего я несколько раз поскользнулась.
Было немного удивительно найти Гейба в его кабинете одного, шагавшего туда-сюда. Только когда проскользнула внутрь и захлопнула дверь, обнаружила в его руке серебристый пистолет. Шок, узнавание и ярость отразились на его лице, поскольку он сразу же узнал, кто я такая.