Дикари

Беннетт Натали

***

Не было никакого желания видеть, что осталось от тела Саймона. Как только мы вернулись на склад, вышла из джипа и бросилась внутрь.

– Больше никогда, бл*ть, не называй себя шлюхой.

По дороге на кухню остановилась.

– И вот здесь думаю, что теперь я твоя особенная шлюха, - вздохнув, продолжила идти слегка подпрыгивая.

Подойдя сзади, развернул меня.

– Какого хера я только что сказал?

– Кажется, уже позабыла. Повторишь?

Проскользнув между ним и стойкой,

увеличила расстояние между нами, обогнув противоположный конец стола.

Парень смотрел на меня минуту, прежде чем потер рукой лицо.

– Я жду.

Он скрестил руки и уставился на меня нечитаемым взглядом.

– Почему ты убил того маленького мальчика? Он был еще ребенком, Ром.

– Значит, в ней осталось некое подобие нравственности, - усмехнулся надо мной.
– Это был не ребенок, а животное. Он бы сожрал твою еб*ную мордашку во сне. Я видел десятки таких же детишек, как и он.

– Ты ведь тоже животное! Да ты...

– Дикарь. Знаю. Не оправдываюсь и не сожалею. Это то, кем хочу быть, и мне все равно, если тебе это не по нраву. Ты или со мной, или против меня.

– А что, если я против?
– тихо спросила.

Разумеется, не была. Я была с ним полностью, но теперь уже могла представить Тито в зеркале заднего вида.

Если бы знала с полной уверенностью, что между ними не будет разногласий, то выложила бы все на чистую воду. Однако чутье подсказывало, что все совсем иначе.

– Если ты не со мной, то, полагаю, будешь шлюхой, - выплюнул в меня слово, будто чувствовал мерзкий вкус во рту.
– Тащи свою задницу наверх, нах*й с глаз моих.

Он ушел обратно в переднюю часть склада.

– Дерьмо, - пробормотал Кобра, бросившись следом, оставив бестолковую блондинку рядом с Арлен.

Вздохнув, посмотрела ему вслед, а потом вниз, когда почувствовала, что меня дергают за запястье.

– Идем, - уговаривал Гримм.

Позволив ему вести себя вверх по лестнице, удивилась, когда он последовал в комнату Ромеро.

– Я не ищу перепиха из жалости, - пояснила сразу.

– Мне не нужно... Никогда бы не стал...

Он выглядел подавленным самой идеей - единственной, написанной на его лице эмоцией, которую когда-либо видела. Покачал головой, поглаживая бороду.

– Я бы никогда не стал тебя трахать, потому что ты принадлежишь моему лучшему другу. Он бы сделал со мной вещи, которые даже не могу себе представить, а у меня богатое воображение, просто чтобы уточнить. Я бы никогда не трахнул тебя, потому что все, что ты сказала в той машине, было неправдой. Ты не шлюха, Кали. Ты была всего лишь маленькой девочкой, и никто не был рядом, чтобы защитить. Клянусь, в этом мире много людей, которые очень сожалеют об этом.

Искренность его слов ударилась об мою каменную броню. Опустив взгляд в пол, села на край кровати и сухо рассмеялась.

–

Это очень мило с твоей стороны, Гримми, но никто в этом мире никогда не извинялся за то, что со мной случилось, я больше не жду этого. Просто хочу найти местечко, в которое вписываюсь.

– Ты уже это сделала. У меня нет никаких проблем с твоим пребыванием тут, если это надолго. Мы еще не добрались до хороших моментов.

Играя с волосами, одарила его маленькой улыбкой.

– Спасибо.

Вернулось его обычное непроницаемое выражение лица, но могу поклясться, что мужчина почти улыбнулся. Он кивнул и направился к двери, остановившись после того, как распахнул ее.

– Ты чокнутая и заноза в заднице. Он сумасшедший и всегда ох*енно угрюмый, но связь бесспорна. Все видят это. Вы подходите - еб*нутая пара влюбленных звездочек.

С этими словами он вышел из комнаты и закрыл дверь, оставляя меня погрязшей в размышлениях.

Упав на кровать, посмотрела в потолок, надувая щеки.

Я и Ром.

Ром и я.

Мы были невменяемыми, дисфункциональными, токсичными.

Могла пролистать энциклопедию и словарь, но все равно не нашла бы слов, чтобы описать нас.

Помимо возбуждения от похоти, он подарил моему больному сердцу утешение, которого никогда не знала. Между нами была верная смерть, сплошной туман и темное небо без восхода солнца, но я нуждалась в том, что хотела - это именно он.

***

Ромеро

Ее стоны становились все громче и громче, а изголовье кровати в устойчивом ритме ударялось о стену, эхом отражаясь в темном помещении.

Взглянул на Арлен и усмехнулся.

– Это не смешно.

– Либо звук е*ли вызывает у тебя раздражение, либо тот, кто, бл*ть, занимается этим делом. Попробую предположить и скажу, что последнее.

– Мне не нужно, чтобы ты играл в психотерапевта, Кобра ее тоже трахнул, потому это противоречит твоей теории.

Она сбросила одеяло и села, скрестив татуированные руки на груди.

– Какова твоя история?
– уже знал это. Просто хотелось послушать ее ответ.

– У меня ее нет. Пыталась найти сестру, а меня схватили каннибалы.

Ха... это была почти правда.

– Разве ты не должен прямо сейчас целовать задницу?

– Я мог бы согнуть тебя...

– У тебя есть три секунды, чтобы изменить это предложение. Не давай мне повода взять у Кали твои яйца как ожерелье.

Засмеялся, впервые почувствовав себя так, за целый день.

– Я просто подъ*ебнул тебя, малышка. Я не обманываю женщин.

На самом деле проверял ее верность. Если бы все пошло не так, то быстренько прикончил и сказал бы Кали, что она смылась.

Еб*ная Кали.

Мне нужно было выпить, но я не пил.