Дигди? Никогда!
Шрифт:
— Сейчас довольно поздно, — как можно сдержанней заговорила Флора. — Я устала. В другой раз — с удовольствием.
— Ну зачем же откладывать, мисс Маккензи? Тем более, кофе бодрит!
Он взял Флору за руку и заглянул в ее глаза. Она убрала руку, отступила к двери и с легкой долей раздражения сказала:
— Извините, но мне пора. До свидания!
Молодой человек придвинулся вплотную, уперся в дверь руками с двух сторон у головы Флоры и многозначительно спросил:
— А может быть, передумаете, мисс Маккензи?
Он так близко наклонился к ее лицу, что Флора почувствовала его обжигающее дыхание. Она отклонила, насколько могла, голову
— Нет.
— Добрый вечер…
Знакомый тихий голос прозвучал для Флоры громовым раскатом.
Молодой человек опустил руки и повернулся. Это дало Флоре возможность отступить в сторону.
— Добрый вечер! Здравствуйте! — с излишней горячностью выпалила Флора.
— Рада нашей встрече! Очень рада!!!
— И я «очень»… — иронично произнес Билл. — Надеюсь, не помешал?
— Нет! Что вы! — поспешно возразила Флора. — Мы как раз прощались!
Билл усмехнулся, оглядел Флору с ног до головы и все с той же иронией в голосе сказал:
— Я так и понял.
Молодой человек посмотрел на Билла, потом на Флору и, видя, что они не обращают на него ни малейшего внимания, занятые друг другом, попрощался и быстро уехал.
Под прицелом пристального взгляда Уильяма Флора смутилась, только теперь до конца осознав, в какую двусмысленную ситуацию попала, сама того не желая. Совсем смешавшись, она неожиданно произнесла:
— Добрый вечер!
Билл поднял брови и насмешливо ответил:
— Добрый вечер, Кэт. Ты сегодня вежлива, как никогда раньше. Три приветствия при встрече — это, по-моему, чересчур! Я вижу, ты не скучаешь. В отличие от меня, ожидающего тебя, Кэт, весь сегодняшний вечер. Но если бы я знал, что мою жену и без меня находятся желающие развлечь, то, конечно, не сидел бы в машине до полуночи, как последний дурак! — неожиданно раздраженно закончил Билл. Чуть помолчав, он добавил: — Сожалею, что не вовремя появился и нарушил твои планы.
Флора нахмурилась и категорично объявила:
— У меня не было никаких планов, кроме одного — попасть как можно скорее домой!
Билл исподлобья бросил на нее недовольный взгляд и холодно произнес:
— А мои планы поменялись. Теперь я хочу поговорить со своей женой.
Он помолчал, а потом резко, почти грубо, спросил:
— Где ты была?!!
Возмущенная его тоном, Флора вскинула голову, отвернулась и ничего не ответила.
Билл сжал ее плечи, развернул к себе и, заглянув в лицо, теперь уже бесстрастно и размеренно повторил:
— Где ты была?
— А вам что за дело? — дерзко бросила Флора, прямо глядя в его глаза. — Что вам дался именно сегодняшний вечер? Вас же не волновало, где я проводила предыдущие?!!
Он отпустил ее и усмехнулся.
— так вот что тебя возмущает, Кэт! Ты недовольна, что муж уделял тебе все это время должного внимания и, ни мало не медля, стала искать его на стороне! Очень разумно.
Потеряв последнее самообладание, Флора резко возразила:
— Ваше внимание мне ни к чему! Меня возмущает ваш повелительный тон и неуместные расспросы! Я же не спрашиваю вас, как вы распоряжаетесь своим временем и проводите его. Мне до этого нет дела. И вы оставьте меня в покое! Я — самостоятельная женщина.
— Прежде всего, ты — замужняя женщина, — поправил ее Билл и, больше не сдерживаясь, неожиданно жестко заявил: — Я тебя предупреждаю. Еще один подобный милый вечер, и ты убедишься, что я с тобой не шучу. Впредь изволь ставить меня в известность, где ты и с кем. Мой номер телефона у тебя есть. Пока!
Он зашагал
37
Весь следующий день Флора была рассеянной и раздраженной. Заявление Уильяма во многом было тому причиной, что усугублялось почти бессонной ночью и, как следствие, головной болью и общим «разбитым» состоянием.
Флора мучительно искала решение возникшей проблемы: звонить или нет Биллу, как он того потребовал. Конечно, сама Флора звонить не хотела ни в коем случае. Все протестовало в ней против этого. Но и не звонить было категорически нельзя. Ведь дальнейшая ответная реакция Уильяма была непредсказуема. А значит и последствия его действий могут сказаться самым нежелательным образом на ее, Флоры, жизни.
И зачем только она ввязалась в эту авантюру?!!
Флора честно признала, что во многом потому, что Уильям ей нравился. И еще потому, что в его присутствии она теряла здравый смысл, наслаждаясь общением с ним. Конечно, убеждала себя Флора, его красота, его обаяние, ум, опыт помогали увлечь и соблазнить любую женщину. Это случилось с Нэнси… потом с ней самой… Правда, до «соблазнить» дело пока не дошло и вряд ли дойдет, что бы Билл не предпринимал. Потому что ей, Флоре, хватило горького опыта Нэнси, чтобы самой не попасть в те же силки. Особенно, тогда, когда интерес Уильяма к ней, Флоре, угаснет. И если, выступая в роли очередной его подружки, подобное развитие событий закономерно и предсказуемо, то для жены… да еще жены, любящей своего мужа!.. измена будет ужасной катастрофой.
А ведь только случай помог ей убедиться в ненадежности и легкомысленности Уильяма! Иначе она, Флора, так и пребывала бы в идиотском заблуждении, что он всерьез увлечен ею. Да еще сама полюбила бы по-настоящему!!!
К тому же Уильям ведет себя так, как будто все то, что произошло на вилле Кастлов, само собой разумеющиеся. Да еще без зазрения совести допытывается, что изменило их отношения, в чем причина!!! Конечно, для него, попрощавшись с одной, через минуту устремиться к другой и весело проводить с ней время — не причина! Так, пустяк! Поэтому естественно, что Уильям давно и думать о нем забыл. Подобный цинизм в отношениях людей, тем более, мужчины и женщины, Флора считала недопустимым. Если нет доверия, если чужды понятия верности и преданности, нет уважения к чувствам друг друга, то зачем такие отношения нужны? И разве при этом можно даже заикаться о счастье и любви? Главное, о любви! Потому что любовь и цинизм — не совместимы и всегда были, есть и будут чужды друг другу. Поэтому чужими друг другу останутся она, Флора, и Уильям. И никогда их жизненный путь не станет единым, общим. Они слишком разные — она и Билл. Поэтому и пойдут разными дорогами, оставив в воспоминаниях свою негаданную и странную, нелепую и скоропалительную женитьбу.
Флора вздохнула и принялась готовить себе ужин. Потом вдруг решительно направилась к телефону. Каким бы дурацким и возмутительным не казалось требование Уильяма, при данных обстоятельствах выполнить его было необходимо.
Она нервно набрала номер и, услышав голос Уильяма, коротко объявила:
— Дома. Одна.
Флора сразу положила трубку. Затем села на диван и, обхватив руками голову, зарылась ладонями в волосах. Ситуация настолько была абсурдной и до такой степени возмущала, что Флора начала задыхаться. Негодуя, она рванула волосы с такой силой, что от боли слезы выступили на глазах. Затем сжала кулаки и неистово застучала ими по сиденью.