Дигди? Никогда!
Шрифт:
— Не помешаю, Кэт? — раздался позади голос подошедшего Билла. — Майкл и Елена самозабвенно играют в бильярд, а я себе применения никак не нахожу. Вот и решил нарушить твое уединение. Впрочем, я уйду, если моя компания тебя не устраивает. И нисколько не обижусь! — шутливо завершил он.
Флора улыбнулась:
— Наоборот, я рада, что хоть кто-то наконец вспомнил обо мне. А то я чувствую себя так, как будто попала на «Летучий Голландец». Абсолютно никому не нужной!
Весело посматривая на нее, Билл быстро подхватил:
— Кэт, удивительно, насколько совпадают наши ощущения!
Она засмеялась:
— Ну разве что «иногда»!.. Идея, действительно, не так плоха, как показалась мне на первый взгляд.
— Что особенно ценно в умной женщине — это ее умение понять, осмыслить и выделить главное, основное! Как правило, первый взгляд не очень убедителен и даже обманчив. Необходимо повнимательнее присмотреться. Тогда многое открывается в истинном свете. Поэтому считаем, что мы договорились. Будем иногда вспоминать друг о друге. Согласна, Кэт?
Она вздохнула и с улыбкой заметила:
— Уильям, вы поймали меня на слове. Но деться мне некуда. Согласна. Но только на «иногда».
— Хорошо, — согласился Билл. — А идеально было, если бы эти наши «иногда» изредка совпадали.
— Вы слишком многого хотите, Уильям, — мягко укорила его Флора. — А впрочем, не отчаивайтесь! По теории вероятности может быть и такое, что когда-нибудь наши воспоминания друг о друге совпадут.
Он взял ее за плечи и, заглянув в глаза, многозначительно произнес:
— Кэт, как бы я хотел, чтобы это произошло как можно скорее! Кэт… — его дыхание стало прерывистым. — Кэт… давай прямо сейчас одновременно вспомним друг о друге… и больше ни на секунду не станем забывать… и будем вот так…рядом…всегда… в мыслях… и наяву…
Билл притянул Флору к себе, осторожно обнял и нежно и ласково приник к ее губам. Он желал, чтобы этот поцелуй длился вечно. Увы!.. Флора пошевелилась в его руках, пытаясь освободиться, и он, чуть ослабив объятья, отпрянул от ее губ и заглянул в глаза, чуть затуманенным взглядом ответившими на его взгляд. Она смутилась, быстро отвернулась в сторону и перевела дыхание. Билл погладил ее мягкие волосы, пышными прядями рассыпанные по плечам, зарылся ладонью в этой сияющей на солнце бронзе.
Флора понимала, что ведет себя вопиюще нелепым образом, но заставить себя немедленно освободиться из объятий Билла не могла. Ее ошеломила противоречивость собственных чувств, а какие-либо здравые мысли вообще покинули голову. Напоминая себе, что необходимо действовать самым решительным образом, Флора тем не менее ничего не предпринимала, надеясь, что правильное решение обязательно найдется само собой.
— Кэт, ты еще ни разу не заходила ко мне… посмотреть… как я устроился. Пойдем, Кэт! Прямо сейчас… пойдем!.. — услышала она завораживающий шепот Уильяма, который по-прежнему обнимал ее одной рукой за плечи, увлекая за собой.
Флора остановилась и отпрянула. Но Билл удержал ее за руку.
— Уильям… куда вы меня… тащите? — почему-то тоже шепотом заговорила Флора.
— К себе… в каюту… — почти беззвучно ответил Билл.
— Зачем? — все еще не обретя голос, задала Флора
Понимая, что шанс к сближению, казавшийся минуту назад вполне реальным, безнадежно упущен, Билл, все же надеясь на чудо, пояснил:
— Кэт, я думал, что поскольку ты — моя жена, то тебе небезразлично будет узнать, как устроился твой муж. И ты захочешь лично убедиться в том, что мне вполне комфортно.
Испытывая смешанное чувство неловкости и недовольство на себя одновременно, Флора растерянно сказала:
— По-моему, все каюты одинаковы. Думаю, что и ваша каюта достаточно уютная и удобная. И вообще она, наверное, точно такая же, как моя!
— Видишь, Кэт, «НА-ВЕР-НО-Е»!.. Но ты не уверена. Не мучает совесть, что муж брошен на произвол судьбы и напрочь лишен даже минимальной заботы со стороны собственной жены? — иронично поинтересовался Билл, не сводя с Флоры, которая… и он это заметил!.. уже справилась со своими эмоциями и обрела душевное равновесие. — Кэт, как ты можешь спокойно спать, не зная точно, есть ли где спать твоему мужу? А может он, несчастный, ютится на куче лохмотьев в грязном углу между метлой и мусорным баком? Да от такого жалкого зрелища разорвется на куски сердце любой женщины! А ты, Кэт, смеешься! Но ведь именно ты — моя жена.
Флора не просто смеялась. Она хохотала, представив нарисованную Биллом картину. Слезы катились из ее глаз. Забыв обо всем, Флора весело заговорила, преодолевая спазмы смеха, душившие ее:
— Билл… я знаю… чем тебе… необходимо заняться…
Он вопросительно взглянул на нее, удовлетворенно заметив, что Флора впервые со дня их знакомства назвала его «Билл».
— Чем, Кэт?
— Написанием пьес!.. В соавторстве… с мистером… с мистером… Бедом Муфом!.. — вновь захохотала она. — Вы… друг друга… стоите! Билл, ты бы удивился, познакомившись с его «Оглоушенным любовью…», насколько он совпадает по манере изложения с твоим живописным рассказом! Ха-ха-ха!..
— Честно говоря, я хотел вызвать у тебя, Кэт, чувство сострадания и жалости, А не смеха, — иронично укорил ее Билл. — Хороша же у меня жена!.. Заставила влачить убогое существование и смеется-заливается!.. Кэт, я обиделся. Так и знай!
Развеселившись, Флора поддержала шутку:
— И чем я могу заслужить ваше прощение, Уильям? Надеюсь только, что наказание не будет слишком суровым.
Он прямо посмотрел в ее глаза и неожиданно серьезно и одновременно многозначительно ответил:
— Нет. Оно не будет суровым. Я сказал бы, оно будет приятным. Приходи ко мне в гости, Кэт! В любое время! Приходи!..
Он сразу заметил, что Флора моментально сникла, опустила голову и отрицательно покачала ею. Потом внезапно подняла к нему побледневшее лицо и категорично и тихо произнесла:
— Я сожалею, Уильям. Это невозможно.
Уильям открыто и прямо посмотрел на нее, а потом спокойно сказал:
— Кэт, оставим пока эту тему. Тем более нас зовут обедать. Забудь о невзгодах, Кэт! Посмотри, как чудесно вокруг! И твои глаза, Кэт, прекрасны, как этот океан, как это голубое небо! Улыбнись, Кэт! Улыбнись!..