Диагнозы

Кесслер Оксана

Если вдруг окажется, что в общем-то

Кто-то не припомнит что я здесь,

Маленькая, хворая, голодная,

Полузамороженная есть.

Через век примчится рыцарь – лекарь мой

И заплачет над моим письмом:

«Плохо, если вспомнить было некогда,

Но гораздо хуже – если влом.

КолыбельнойО для взрослЭх

Спал котёнок, и сон назывался котячьим,

Спал ребенок, и сон назывался ребячьим,

Спали зубы, и сон был крокодиль'ячьим…

Даже кариес спал, но в неназванном сне…

Что ж так долго не спится какому-то мне????

ИЛЬЯ ГРОВ

День багаж в рюкзак пакует,

Ночь врубила свой модем,

Всем пора на боковую,

Только ты не спишь совсем.

Залезай под одеяло,

Выключай компец и мозг,

Колыбельную срифмую

Непадеццки, а всерьез.

Ну, короче, байки-байки,

Сон пришел в наш мирный дом,

В огороде дрыхнут зайки

у морковки вечным сном.

Сторож тоже, ствол повесив,

Помянув их, лег в салат.

Добрых дел накуролесив

Спит спецназовский отряд,

Спят в пруду своем утята,

Спит собачка и енот,

Что уснуть не может кто-то

Их, зверушек, не е.....т.

Спит чижонок по-чижачьи,

По ежачьи спят ежи,

Совершенно по-палачьи

Спят под плахой палачи,

Немцы дрыхнут по-немецки,

По гопеццки – гопота,

В организме по-простецки

Отдыхает простата....

В общем, типа, все заснули,

Отрубились, так сказать,

Так ответь, роднуля, х...ли

Только ты не можешь спать?!

Есть подушка, одеялко,

Димедрол в конце концов...

Спи быстрее сладко – сладко,

закрывай свое лицо.

Ну, давай, засни на скорость,

Баю-баюшки – баю,

А не то тебе еще раз

Колыбельную

спою.

___________________

Благодарю глубокоуважаемого автора Илью Гров

http://www.stihi.ru/avtor/grove

за пищу для вдохновения :-)

Икс хромосома

Стерва

Расхохоталась в лицо, гордо плечи расправила,

В дым сигаретный закуталась пряча застенчивость.

К

черту все. Ей ли, живущей по собственным правилам,

Плакать от счастья слезами нашедшейся женщины.

Да. Улыбалась. И свечи горели плаксивые.

Да. Растворялась. И бредила в космосе шепота.

Это вчера. А сегодня все та же: Красивая,

Гордая, стойкая… с сердцем железного робота.

Стерва. Пусть плачут другие – ее не касается.

Чувствовать – больно. А боль – это слабость. Не правильно.

Ей не под силу лишь верить, любить и раскаяться:

Женщине стойкой, живущей по собственным правилам.

Да. Было время – бежала с улыбкою солнечной,

В сильных руках ЕГО пряталась робкой девчушкою.

А для него полоумье октябрьской пОлночи

И эта девочка – были забавной игрушкою.

Просто ушел потрепав по плечу: Все случается

Просто ушел. А она промолчала безропотно.

И наблюдая, как дочка во сне улыбается,

Выросла Женщиной С Сердцем Железного Робота.

Прямо взглянула в глаза: – "Позабавились. Мало ли….

Все что случилось – досадная опрометчивость".

Хлопнула дверь. На ладони тревожно закапало

Горькой полынной водой – одиночество женщины.

В родильной палате

В родильной палате – шесть коек рядами,

За окнами – вечер погас...

Реальность и бред поменялись местами,

Мне вечностью кажется час...

И бьётся под тканью просторной сорочки

Набатами новая жизнь.

Как будто сказать мне отчаянно хочет:

"Немножко еще продержись!"

И я, упираясь ладонями в стены,

Шепчу заговор, как в бреду:

"Я выдержу всё!.. Я должна непременно!

Я сильная!.. Я же смогу!"

Вот боль, наступая, врезается в тело,

Знамением высших побед...

И нет ни границ, ни конца, ни предела,

И времени, кажется, нет...

А мысли – как ветром пустые страницы,

А в пульсе – последний порог...

Потом, как сквозь вату, лицо фельдшерицы:

"Давай же!.. Последний рывок!"

И я, сделав вдох, атакую буксиром

Всему напролом, вопреки!

К победе над болью, к рождению Мира,

К источнику новой строки...

Но... губы – до крови, и битва с собою,

И крик над пристанищем крыш

Служили, поверьте, достойной ценою

За первое "здравствуй, малыш"!

Она убегала