Дежурное происшествие

Никольская Надежда

Транспорт не подвел, в отделение она попала до начала пятиминутки и, быстро облачившись в халат, пошла в ординаторскую.

— Доброе утро, Алексей Максимович! Как ваше дежурство?

— Доброе утро, Вера Васильевна! — Алексей Максимович выглядел необычно радостным. — Про Василевскую вы уже знаете, а в остальном без происшествий. Вы уж извините, что вас ночью побеспокоили.

— Да тут такая история… Ее внучка Танечка оказалась подругой моего сына, — призналась Вера Васильевна.

— Кошмар! — сочувственно округлил глаза Алексей Максимович.

— Почему же! Она довольно милая девушка! — Вере Таня и вправду

начинала нравиться.

— Вам, конечно, виднее. Но ведь у нее запросы такие, наверное…

— Не знаю. По-моему, девушка как девушка.

Алексей Максимович спорить не стал.

В ординаторскую подтянулись Зоя и Галина Марковна, за ними пришли старшая сестра и новая дежурная смена.

Вере Васильевне показалось, что средний и младший медперсонал как-то странно поглядывает на Алексея Максимовича и Зою.

После пятиминутки она спросила у доктора:

— Алексей Максимович, у вас в отделении нет никаких проблем?

— В каком смысле?

— В смысле вашей свадьбы. Мне не хотелось бы, чтобы вы проявляли перед бракосочетанием повышенное внимание к Зое. Она девушка молодая, несовременная, я бы даже сказала. Доверчивая.

— Вера Васильевна, я не знаю, как вам сказать… В общем-то я на Зое женюсь.

— Вот как! Кажется, в этом отделении я все новости узнаю последней. Могли бы и вчера сказать.

— Я же не знал, как вы к этому отнесетесь.

— А как я к этому могу отнестись? Поздравляю! Хотя, конечно, это несколько неожиданно.

— Да я и сам не ожидал. Просто вдруг понял, что лучше никого не найду.

— Наверное, это правильно.

— Вера Васильевна, можно я сегодня пораньше уйду? — Алексей Максимович не сомневался в положительном ответе. Заведующая никогда не вредничала в мелочах, отпускала и после дежурства, и просто по делам.

Но ответить Вера Васильевна не успела. У нее зазвонил мобильный:

— Да, Марина Валерьевна, доброе утро! Да, конечно! Выздоравливайте! Да, я все понимаю, не беспокойтесь. — Вера Васильевна помрачнела. — Алексей Максимович, мне жаль, но Марина Валерьевна заболела, нам с вами нужно посмотреть ее больных, сделать записи и все прочее, а потом, конечно, можете идти. Когда она выздоровеет, отгул возьмете. Ладно? А то у нас, сами знаете, отделение заполнено, народу много. Я одна не справлюсь. Да еще сегодня несколько человек поступить должны.

— Хорошо, Вера Васильевна, я понимаю. А как вы думаете, Марина Валерьевна надолго?

Вера Васильевна снова не успела ответить. В ординаторскую заглянула уже одетая Зоя, но, увидев заведующую, смутилась и попыталась спрятаться за дверь.

— Да заходи уж, — позвала Вера Васильевна. — Поздравляю тебя! Так я пойду по другим делам…

В общем, эти молодые люди уж как-нибудь сами разберутся. Во всяком случае, на данный момент за них можно не беспокоиться. Вот с Мариной Валерьевной дело обстоит гораздо хуже. Но вмешиваться в ее жизнь Вера Васильевна все равно не может. Совет она уже дала. А уж что девушка будет делать дальше…

Марина Валерьевна

Марина Валерьевна тем временем даже не собиралась вылезать из кровати. С самой юности у нее было представление, что беременность — это не болезнь, но что-то довольно близкое. Женщинам, ожидающим ребенка, почти все дозволено. И еще они делают только то, что хотят. И все их балуют. Баловать Марину Валерьевну

было некому. Зато она совершенно не хотела сегодня идти на работу и не пошла. Сама о себе не позаботишься — никто не позаботится. Марина дошла до кухни, проинспектировала холодильник, сделала себе бутерброд, рассудив, что диета, которую она обычно соблюдает, ей какое-то время не понадобится. Потом включила телевизор, одним глазом поглядывая на дурацкое ток-шоу, задумалась. Зарплата у нее не маленькая. Но и не большая. Около сорока тысяч. Поскольку Марина на вечной диете, на еду у нее уходит немного, в основном требуются одежда и косметика, ну и фитнес, куда же без него. Конечно, что скрывать, Вячеслав Николаевич немного помогал: дарил дорогие подарки, водил в рестораны. Один раз они даже съездили в Турцию. Кое-какие сбережения у Марины есть. Очень небольшие сбережения. И на пособие в декрете она долго не просидит. Ребенка же одного не оставишь. Его и кормить еще придется, одевать. Ох, как же она справится? В ответ на эти, прямо скажем, непозитивные мысли к горлу подкатила тошнота.

— Ладно, ладно, — сказала Марина вслух, — не обижайся. Справимся как-нибудь. Может, нам бабушка поможет. Мама моя то есть.

Мама как будто дожидалась, чтобы Марина про нее вспомнила, потому что немедленно позвонила.

— Мариночка, здравствуй, как дела! Я тебя не отвлекаю? Ты на работе?

— Здравствуй, мама! Я дома.

— Дома? Почему? Ты же в это время всегда на работе! Я думала, ты и говорить особо не можешь. Так, на всякий случай звоню.

— Я плохо чувствую себя. — Марина не могла решить, говорить маме про то, что она скоро станет бабушкой, по телефону или все же подождать личной встречи.

— Я так и знала! Ты совершенно неправильно одеваешься. Конечно, простудилась. У тебя какая температура?

— У меня нет температуры, и вообще дело не в этом.

— Значит, ты опять ешь всухомятку. Вот когда ты последний раз суп ела?

— Мамочка, ну при чем тут суп?

— При том. Ты могла бы давно выйти замуж, варила бы суп, у тебя был бы здоровый желудок.

— Мама! — Марина начала раздражаться. — Почему обязательно суп?

— Потому что. У меня были бы внуки, и ты кормила бы их нормальной едой.

— Ты так сильно хочешь внуков?

— Да, я вполне готова стать бабушкой. Но от тебя разве дождешься! — легкомысленно заявила мама.

— Готова стать бабушкой? Действительно этого хочешь? — Марина чувствовала себя кошкой, играющей с мышкой.

— Очень хочу! — с пафосом заявила мама.

— Тогда я могу тебя порадовать, тебе осталось ждать всего каких-то восемь месяцев!

В трубке наступило длительное молчание.

— Мама! — Марина испугалась. — Ты что молчишь?

— Марина! Ты это серьезно? Ты что, беременна?

— Да.

— Я даже не знаю, что сказать.

— Как что? Обрадоваться. Ты же готова стать бабушкой!

— Мариночка, давай я к тебе приеду, и мы серьезно поговорим, — вкрадчиво предложила мама.

— О чем говорить?

— Как о чем? Кто отец? Вы поженитесь?

— Мама, ты хотела стать бабушкой, а не тещей, — из последних сил сдерживалась Марина.

— Но как же ты будешь? Одна, с ребенком?

— Почему одна? У нас ты есть!

— Марина, не кривляйся! — Мама говорила ей так с детства. — Ты все прекрасно понимаешь! Обо всем этом нужно хорошо подумать!