Дежавю

Форст Мира

У Прохора эта информация в голове отложилась. И когда именно центрального защитника поставили исполнять пенальти в его ворота, он уже знал, что бить тот будет левой ногой и примерно представлял под каким углом полетит мяч.

Левшам редко доверяют бить пенальти, но, видимо, в тот раз тренер соперников решил сделать ставку на неинформированность противника.

А Прохор знал. Мяч отбил. Потом лично благодарил Рюмина.

Слышал, его выдвинули на ТЭФИ. Что ж… заслуженно. Прохор желал Семену победы.

Выключил телевизор. Натянул

свежую белую футболку и закинул за плечи спортивный рюкзак с логотипом «Трезубца».

К стадиону он предпочитал добираться на шоссейном велосипеде с опущенным рулем.

Пока крутил педали, ясное небо неожиданно скрылось под густой тучей. Одиночные крупные капли постепенно сменялись дождевыми стежками.

Прохор залюбовался копной белых волос, волнами струящихся по спине девушки, что оказалась у него на пути. И фигурка красивая. Интересно, а на личико она как? – успел подумать футболист прежде, чем свалиться с велосипеда.

Он собирался объехать блондинку, но та так резко открыла громадный зонт-трость с рисунком подсолнухов, что угодила деревянным наконечником зонта прямо по лицу Зиновьева.

Не удержался от бранных выражений. Нос ему уже ломали однажды. И по ощущениям, сломали вновь. Кровь текла сквозь пальцы, пачкала подбородок, шею, футболку.

Девчонка заохала, засуетилась бестолково, чем взбесила его окончательно.

– Дура, – зажимал он нос рукой. – Не могла зонт перед собой открывать?

– Я не специально. Прости, – совала она ему влажные салфетки и пыталась держать над ним парусиновые подсолнухи.

– Не надо мне ничего, – поднял он велик. Руль немного погнулся. Дождь уже лупил во всю, помогал смывать красное с лица, но кровь все равно продолжала течь из носа.

– Ты точно справишься? – с надеждой в голосе спросила девушка. – А то у меня собеседование важное совсем скоро.

– Надеюсь, ты его провалишь, – от досады вырвалось у Прохора злое.

Глава 4. Дежавю

– Тая, буду поздно, – позвонил Семен, когда она уже вернулась из телецентра, пообедала и теперь готовила незатейливый ужин. – Перешлю тебе протокол к финалу Кубка России. Посмотришь? Может, нароешь какую интересную инфу по игрокам.

Таисия поджала губы. Ей не нравилось, что муж опять где-то задерживается. Насколько она помнила его расписание, на сегодня он был полностью свободен, если не считать того, что умчался с утра пораньше на поле кооперироваться с партнером комментатором.

– Заинька, не сердись, – уловил Семен недовольство. – Лучше скажи, как твое собеседование прошло.

– Я на него опоздала, – вздохнула Таисия. – Автобус ушел раньше, пришлось следующего ждать. Но, мне повезло. Представители спортивной федерации тоже опоздали, – не стала признаваться, что не успела на автобус из-за дурацкого происшествия с зонтом и именитым спортсменом.

– Милая, я тут подумал, пора тебе уже автомобиль водить. Нечего моей

жене на автобусах кататься и на общественных остановках толкаться. Рассматриваешь в качестве подарка к дню рождения машину?

– Ты очень щедр, – странно, но предложение супруга не сильно взволновало ее, хотя о том, чтобы водить самой, она уже не раз подумывала. И права у нее имелись. Надо только дополнительно с инструктором позаниматься, прежде чем одной в город выезжать.

– Решено. Как срастется по времени, едем в автосалон, – пообещал Семен. – Так ты посмотришь протокол?

– Конечно, посмотрю, – собиралась она изучить протокол предстоящего матча совсем не из-за слов Семена о покупке машины. Хотела знать, кого тренеры поставят на ворота.

Из головы не выходили злые слова Зиновьева. Мужчина обозвал ее дурой и пожелал провалить собеседование.

Собеседование она не провалила. Наоборот. Понравилась директрисе переводного отдела. И в Португалию осенью на чемпионат мира ее уже точно берут. Поедет в составе российской пресс-службы.

Таисия выложила на овальное блюдо приготовленную рыбу, посолила поджаренную картошечку и поспешила к компьютеру проверять электронную почту.

Письмо от Семена уже числилось среди непрочитанных.

Пробежала глазами по списку игроков «Трезубца».

– Основной вратарь – Прохор Зиновьев. Отлично, – повеселела Тася.

Она переживала, что невольно нанесла ему травму. Но… раз его имя в протоколе, значит, все нормально.

Собралась уж было готовить сводку для Рюмина, как пальчики зависли над клавиатурой. Стоп. А когда Семен получил документ?

Муж переслал ей данные от пресс-службы. Таисия колесиком компьютерной мышки прокрутила письмо вниз. Комментатору информацию дали рано утром, еще до того, как она распахнула свой зонт.

– Черт…, – разнервничалась Тася. Где бы узнать о состоянии вратаря? Он вроде ничего, сам на ноги поднялся, ругался, от помощи отказался. Но кровь из носа у него сильно текла.

Набрала номер Латышева. Аркашка был таким пронырой, прямо-таки вездесущим. Постоянно искал сюжеты для своих рекламных роликов. И хотя карьера складывалась у него пока не очень, Аркадия все любили за честность, открытость, непосредственность и охотно приглашали рекламщика на всевозможные тусовочные мероприятия. А еще он являлся активным футбольным болельщиком и частенько крутился в околофутбольной среде.

– Аркаш, ты ничего интересного не слышал о завтрашнем матче? – осторожно начала расспрашивать парня Тася.

– Сёме готовиться помогаешь? – догадался Латышев.

– Точно.

– У меня есть кое-какие сведения, – важно заявил друг. – Но скажу в обмен на услугу.

– Хочешь, чтобы я с Лидочкой поговорила? – предположила Таисия.

Худенький Аркадий и Лида с размером одежды 3ХL встречались уже больше года, но на днях между ними вышла какая-то крупная ссора, и парочка теперь дулась друг на друга.