Девятиэтажка

Рудакова Елена

– Раз, два…

– Эй, подожди…

– Три! Быстро, беги!

Вадим помчался к выходу, но что-то пошло не так: дверь не приближалась, а отдалялась. За спиной слышался хруст печенья, и сначала он настигал парня, но потом стал отставать. Вадим припустился быстрее, но стены как будто раздвигались, потолок поднимался, а пол удлинялся. Вокруг становилось темнее, и парень испугался, что снова окажется в кромешной тьме без стен и ориентиров. Только дверь к лифтам оставалась впереди туннеля, а над ней Вифлеемской звездой висела лампочка Ильича.

Он

бежал, должно быть, с полчаса. Сзади его нагонял крекерный хруст и голоса Эльдара и Ани, непонятно что кричавшие. Мало-помалу Вадим приближался к выходу, но для этого ему приходилось бежать с постоянным ускорением.

«Парадокс Чёрной Королевы гласит, что гену постоянно нужно адаптироваться и совершенствоваться, чтобы не проигрывать гонку вооружений конкурирующим генам, – подумал Вадим голосом Хрущёва. – Чёрная Королева из «Алисы в Зазеркалье» говорила: здесь следует бежать со всех ног, чтобы просто оставаться на месте. Давай не проиграем нашу гонку, пожалуйста».

Вадим, наконец, добежал до двери, но ручка не поддавалась. Он заколотил по ней со всех сил, разбивая руки, которые уже почти не чувствовал, в кровь.

– Эй, кто-нибудь! – охрипшим голосом кричал он. – Помогите, я заперт здесь! Спасите!

Голоса преследователей были совсем близко, когда входная дверь распахнулась, и Вадим почти ослеп от яркого света.

– Он жив! – крикнул женский голос.

– Вытаскивай! – скомандовал более высокий женский голос.

Вадима схватили за руку и бесцеремонно вытащили на площадку перед лифтом, повалив на пол.

– Отойди! – крикнул тот же высокий голос.

Послышался лязг металла, свист расходящегося вокруг оружия воздуха и крики Эльдара.

– Там ещё одна! – крикнул более низкий женский голос.

Одинокий всхлип Ани был прекращён новым ударом.

– А это что за хрень? – рассмеялся высокий голос. – Карина, ты это видела?

Крекерный хруст прекратился после нескольких ругательств и ударов. Вадим пытался поднять хотя бы голову, хотя бы веки, но не выходило.

– Быстрее, затаскиваем его в лифт, пока поток открыт! – крикнул низкий голос.

Две пары рук подхватили Вадима под руки и ноги и затащили в отвратительно пахнущий маленький лифт. Как и все лифты, собственно говоря.

– Теперь всё будет хорошо, спи, – пообещал Вадиму высокий голос, и тот отключился.

5

В полусне Вадим заметил, как его затащили в лифт и долго-долго куда-то везли. Девушки о чём-то тихо переговаривались между собой, осматривали Вадима, лазали по карманам. Кажется, они нашли кухонный нож, запрятанный в заднем кармане – его последнее оружие и последнюю надежду – и забрали себе.

На другом этаже их встречали новые люди, но Вадим так и не справился с тяжёлыми веками, чтобы разглядеть незнакомцев. Он понял, что его тело погрузили на скрипящие носилки и понесли по длинному-длинному коридору, где пахло дымом и палёным мясом. Только оказавшись на мягкой скрипучей кровати, Вадим позволил

своему сознанию улететь и провалился в глубокий сон без сновидений.

– Жить будет, – говорил мужской голос, прорезая сон Вадима. – Усталость, обезвоживание, переизбыток молочной кислоты в мышцах… Обычные симптомы после пары дней на нижних этажах.

– Когда он очнётся? – спросил низкий женский голос, который Вадим слышал, убегая со второго этажа.

– Может через два дня, а может и сию секунду. О как! – воскликнул мужчина, заметив открытые глаза парня.

Вадим осмотрел тёмную комнату и с удивлением обнаружил горящий на полу костёр. Потолок над ним был покрыт светоотражающими серебристыми панелями, какие ставят в машинах на жаре, дабы не грелся салон. Панели казались старыми и порванными, словно их нашли на помойке. В помещении стояло пять одноместных коек, пара стульев и покосившийся шкаф, на дверце которого висел порванный советский плакат, где образцовый товарищ отказывается от водки с надписью «НЕТ!». Пожилой мужчина, которого Вадим определил как врача, в свитере грелся у костра, а девушка – скорее женщина – стояла у его кровати в плотной куртке, надетой как будто на бронежилет. В её причёске лежал широкий седой локон, а на груди висел железный армейский жетон, как из американских фильмов.

– С пробуждением, – слегка приподняла губы в улыбке она.

– Где я? – Вадим попытался подняться на трясущихся руках.

– На пятом этаже, – ответил мужчина. – Меня, молодой человек, зовут Андрей Максимович, а это – Карина.

– Я Вадим. Есть вода?

Андрей Максимович протянул ему кружку тёплой воды, которая согрелась у костра.

– Почему у вас костёр в квартире? – Вадим выбрал один из миллиона вопросов, крутящихся у него в голове.

– Чтобы не замёрзнуть, – заметил врач, грея руки над огнём.

– Сейчас же лето, – Вадим попытался разглядеть пейзаж за окном, но там была космическая темнота.

– У тебя было лето, а здесь всё иначе, – покачала головой Карина. – Ты давно в Девятиэтажке?

– Дня два… Наверное.

– Зелёный совсем! – с сожалением сказал Андрей Максимович. – На каких этажах был?

Вадим вкратце пересказал и историю с доктором Поповой, и бег через темноту первого этажа, и крекерного монстра (врач с Кариной не смогли сдержать смех), и встречу с Хрущёвым, и квартиру с питерским притоном, и квартиру своей первой любви, куда как-то поместилась комната покойного друга.

– Насыщенное знакомство с Девятиэтажкой, – присвистнул доктор. – Но я не понял, что за Хрущёв. Неужели тот самый?

– Едва ли у нас их два, – пожала плечами та.

– То есть, кроме него, вас ничего не смутило?! – нервно засмеялся Вадим.

– Ничего, – ответила Карина. – Мы живём здесь по несколько месяцев, слышали и о более страшных квартирках.

– Месяцев?! – Вадим подскочил на ноги, оказавшись сантиметров на тридцать выше Карины. – Какого хрена? Я домой хочу! Я и так работу два дня пропустил, а скоро начнутся пары!