Девятиэтажка
Шрифт:
По спине Вадима пробежал холодок, но он не подал виду. Хрущёв пробежался глазами по дверям, что-то прикинул в уме, загибая пальцы, и направился к 144 номеру.
– Меньшее из зол, – резюмировал тот, толкая дверь.
Внутри однушки, напоминающей захваченную крекером квартиру Хрущёва, слышались голоса людей. Зайдя, Хрущёв привычно кинул ноутбук в прихожей, достал тапки из завала обуви в углу, кинул пару Вадиму и понуро побрёл в тускло освещённую комнату. Вадим первым делом забежал на пустую кухню, откуда увидел плоский
– Дорогуша! – закричал женский голос в комнате. – Слава богу, ты пришёл!
– Отстань, – послышался голос Хрущёва.
Вадим понял, что остался без тесака для мяса, но зато он нашёл на кухне новый острый нож длинной сантиметров тридцать. Тихо подобравшись к комнате, он прислушался к разговору.
– Ты снова меня оставил одну, дорогуша, – капризным голосом говорила женщина.
– Ты здесь не одна, – отвечал Хрущёв.
– Они не считаются.
Послышался шорох, шаги, мужской и женский смех, звуки стеклянных бутылок, будто кто-то полгода их складировал под кроватью, а теперь решил наиграть мелодию.
– Эй, отвяжитесь! – крикнул Хрущёв, и что-то упало.
Вадим ворвался в комнату, и увидел, как три тёмные фигуры – будто сконцентрированные тени, внутри которых перекатывались клубы тёмного дыма – повалили Хрущёва на пол и пытаются стащить рубашку.
– Я же так соскучилась по тебе! – женским голосом прокричала одна из теней.
Не давая себе анализировать происходящее, Вадим воткнул нож в одну из теней, а тот словно вошёл в мягкое масло, намазанное на горячий тост. Тень издала визг, а Хрущёв схватил Вадима за руку.
– Придурок, убери нож! Это мои друзья!
Вадим, опешив, отошёл, а две тени помогли подняться Хрущёву и раненному товарищу. Тени, хоть и имели человеческие очертания, но отличить одну от другой было невозможно.
– Друзья? – переспросил Вадим.
– Ну призраки моих ленинградских друзей, – покачал головой Хрущёв. – Или ментальные проекции. Или массовые галлюцинации. Или сгустки пассионарной энергии биосферы Земли. Я признаю: туповат, чтобы разобраться, как они работают. Но я зову их полунастоящими знакомцами. Или коротко – гештальтами.
– Ага, – с офигением ответил Вадим.
– Принёс что-нибудь? – спросила одна тень мужским голосом.
– Нет, – со вздохом ответил Хрущёв.
– Хоть пару марок, – присоединилась раненая тень женским голосом. Никаких следов от ножа, до рукоятки вошедшего в сумрачную плоть тени, не осталось, и сама она даже не обратила внимания на произошедшее.
– Ничего нет, я завязал с веществами и вашими притонами, – отвечал Хрущёв.
– Ну дорогуша! Почему! Мы же ждали! – в разнобой жаловались три голоса.
– Я уехал из Питера,
– Дорогуша, ты говоришь так, как будто мы умерли! – рассмеялся женский голос.
– Физически, насколько я проинформирован, ещё нет, – покачал головой Хрущёв, – но морально – тысячу лет назад.
Тени рассмеялись и о чём-то зашептались между собой.
– Лучше посиди на кухне, – шепнул Хрущёв Вадиму. – Пока что они спокойные и, надеюсь, быстро уснут.
На кухне Вадим снова проверил связь на мобильном – без изменений глухо. Плоский Питер за окном становился темнее: вечерело, хотя по ощущениям Вадима уже должна была пройти ночь и наступать рассвет.
«Стоп, а зачем Хрущёву нужен был ноутбук без интернета?» – подумал Вадим и на цыпочках кинулся в прихожую, думая, что в их обстоятельствах залезть в чужой компьютер допустимо.
– Что это ты удумал? – раздался незнакомый мужской голос за спиной Вадима, принадлежащей одной из теней.
– Не твоё дело, – Вадим от напряжения выпрямил обычно сгорбленную спину.
– Дорогуша, тут вор! – крикнула тень в комнату и схватила Вадима за шею.
– Да я же… ничего… – Вадим вцепился ладонями в руки тени, но те сжимались не по-человечески сильно.
– Петя, отпусти его, – спокойно сказал Хрущёв, – он ничего не сделал.
Тень хмыкнула и швырнула Вадима в угол так, что тот ударился головой об стену, и в глазах потемнело, а звуки мира на секунду пропали. Помогая ему подняться, Хрущёв прошептал:
– Идиот, я сказал тебе сидеть тихо! Ты не знаешь, на что они способны!
– Зачем тебе ноутбук? У тебя есть интернет? – прошептал Вадим, не отпуская Хрущёва, который рвался вернуться в комнату к теням.
– Ну, вроде как есть.
– Вроде как? – чуть не крикнул Вадим. – Ты просил о помощи? Пытался выбраться?
– Ш-ш-ш! – Хрущёв приложил палец к губам Вадима, хрустнув суставами. – Короче, вай-фай ловится в некоторых квартирах, но его хватает ровно настолько, чтобы погамать в Лолку. Но не получается отправлять в чат никакие сообщения, кроме стандартных.
– Ты пытался снять… не знаю, ограничение с локальной сети? – спросил Вадим, совершенно в этом не разбирающийся.
– Эх-ох, конечно, пытался: я в этом шарю и занимался профессионально. Бесполезно. Отпусти.
Хрущёв вернулся в комнату, тени снова обрушились на него, повалив на пол, и начали орать русские попсовые песни.
Вадим с детства усвоил, что после любого потрясения стоит поспать, и станет легче. Поняв, что сейчас он максимально потрясён, однако ничего изменить не в силах, Вадим решил вспомнить не так давно ушедшие студенческие времена и поспать в ванной. На кухне валялась пара подушек, и Вадим расположился в чугунной ванне, холодной, но успокаивающей: горячий июльский воздух проникал везде.